Первый раз

15 июля 20:30

Ковыряя вилкой салат, я все еще находилась глубоко в своих мыслях. Мы сидели на террасе уютного семейного ресторанчика, но я не замечала происходящего вокруг. Разумом я была в своем новом воспоминании. Это было так по-настоящему. Я даже помнила свои рассуждения... Там, в Сан-Хосе... За рулем. Это было невероятно. Как так сложилась судьба Паулы, что она оказалась там? Мне очень хотелось узнать ее ближе... То есть, узнать себя.
Оторвавшись от своего салата, я подняла голову на своих компаньонов, пытаясь уловить, о чем идет речь. Наверное, на моем лице, все еще была блаженная улыбка, потому что только так я могу объяснить очередной прожигающий взгляд Ричарда, сидящего напротив. Закинув очередную порцию еды в рот, я сделала вид, что не заметила его внимания, и что мне гораздо больше интересуют красивые вечерние огни города, который постепенно начинал утопать в ночи.
— Привет мальчики! — донесся мелодичный голос слева, явно обращенный к нашему столу.
— Катрина! Ты все-таки приехала!
Фридрих резко вскочил из-за стола, и стиснул девушку в объятьях. Она была милой. В очках, с портфелем и университетской форме. Ганс, вслед за своим другом, тоже поднялся поздороваться. Ричард же просто улыбнулся, отсалютовав, даже не дернувшись с места.
— Я значит сорвалась ради него, а он сидит как приклеенный. Где ты оставил свое воспитание? Америка тебя явно портит. — Проворчала она, но потом плюхнулась на диван напротив и обняла Ричарда за шею. Он обнял ее в ответ. Ганс в это время притащил себе дополнительный стул, чтобы мы все уместились за столом. А я успела почувствовать себя пустым местом, пока ее живые карие глаза не остановились на мне.
— Поли? Да? Очень рада познакомится. Катрина. — Протягивая руку через стол, протянула она со смешком.
Я пожала руку в ответ, уже успев подумать, что она не такая уж и милая, но она вовремя пояснила, что ее так насмешило.
— Поли, я тобой восхищаюсь. Разбить машину Ричарда и выйти сухой из воды это сильно. Знаешь, как он в детстве орал, когда я сломала его игрушечный самосвал? Я потом неделю уши лечила. Прикинь, барабанные перепонки лопнули от его воплей.
— Очень смешно, — заметил Ричард, под всеобщий смех за столом.
Катрина мило ему улыбнулась.
— Ну прости, мне когда Ганс рассказал это, в своей сухой манере, — осуждающе стрельнув глазами на главного скептика в их компании, Катрина продолжила, — я не могла не приехать, чтобы убедиться, что ты в здравом уме, после такого серьезного удара по твоей тонкой психологической организации.
— Еще пару таких комментариев, и я начну расспрашивать о твоей учебе.
— Ааах, — приложив руку к сердцу, Катрина наигранно удивилась, переведя взгляд на улыбающихся Фридриха и Ганса. — Уже рассказали эти говнюки?
— А надо было раньше приезжать. Ты что не знаешь наше главное правило? Если тебя нет за столом, значит ты в меню. — Играя бровями, произнес Фридрих, сидящий слева от меня.
— Теперь ясно, почему я всегда икаю и спотыкаюсь на ровном месте, — отрешено заметил Ричард, резко заинтересовавшись вывесками на соседней улице.
За столом снова раздался смех. Беседа потекла своим чередом. Фридрих рассказывал события последних дней, периодически перебиваемый Гансом, который дополнял какие-то детали. Звучали шутки и легкие дружеские подколы. Меня практически ни о чем не спрашивали. Только о том, как мне удалось меньше чем за час подкинуть жучок. Катрине было очень любопытно, не страшно ли мне было такое проворачивать в одиночку, и как только Ричард меня подбил на это. В итоге, Катриной был сделан вывод, что у Ричарда нет ни стыда, ни совести. С ней конечно было трудно не согласится, но вслух я ничего не сказала. Я все еще была должна ему денег за машину...
Наверное, именно это подразумевают люди, когда говорят, что провели вечер в приятной компании. Мне было очень хорошо с друзьями Ричарда. Но когда мы уже собрались уходить, я все равно задалась одним вопросом. Почему они ничего не спрашивали у него? Как дела в Америке? Как учеба? Как дела с его гонками или еще с чем-нибудь? Я не узнала ровным счетом ничего нового о нем. Может они и так в курсе последних событий? Или, у них не принято интересоваться его жизнью? Что захочет, то сам и расскажет? Я украдкой уставилась на Ричарда, который закрывал счет.
Любопытство меня точно погубит. Когда-нибудь. Но не сегодня.
В дом Генриха мы вернулись за полночь. Сразу со всеми попрощавшись, я прямиком отправилась в свою комнату. У меня хватило сил только на раздеться и закопаться в мягкое одеяло на кровати, полностью игнорируя существование душа. Как только я приняла наиболее удобную позу, дверь в комнату отворилась, заставляя меня вздрогнуть и обернуться на источник шума. Ричард стоял в дверях.