Последний кадр

Келли крепко держала в руках металлическую коробку.

Пэйтон не сводил глаз с кулона.

В доме снова стало тихо.

Настолько тихо, что было слышно, как где-то за стенами стучат капли дождя.

— Попробуем? — спросила Келли.

Пэйтон медленно кивнул.

— Думаю... именно для этого мы сюда и пришли.

Келли осторожно вставила кулон в замочную скважину.

Несколько секунд ничего не происходило.

Потом раздался тихий металлический щелчок.

Замок открылся.

Они переглянулись.

Келли глубоко вдохнула и медленно подняла крышку.

Внутри не оказалось ни денег, ни драгоценностей.

Лишь несколько вещей.

Старые наручные часы.

Кожаный браслет.

Потрепанная кассета.

И небольшой сложенный вчетверо лист бумаги.

— Это... всё? — тихо спросила Келли.

Пэйтон осторожно взял часы.

На обратной стороне была выгравирована надпись:

«Пэйтону. Никогда не теряй время зря. Папа.»

Он долго смотрел на часы.

— Мне их подарили на день рождения...

Я совсем забыл...

Келли впервые увидела, как он улыбается воспоминанию, а не ей.

И от этого улыбнулась сама.

— Значит, память возвращается.

Он кивнул.

— Медленно...

Но возвращается.

Келли развернула лист бумаги.

Это оказался не дневник.

Не письмо.

А карта.

Нарисованная от руки.

Схематичный план особняка.

На нем были отмечены комнаты.

Лестницы.

Коридоры.

И красным карандашом был обведен подвал.

Рядом стояла всего одна надпись.

«Не спускайтесь.»

Келли переглянулась с Пэйтоном.

— Это писал ты?

Он несколько секунд всматривался в почерк.

— Да...

Это мой.

— Но зачем тебе было прятать карту?

Он покачал головой.

— Не помню.

Последней вещью оставалась кассета.

Обычная аудиокассета.

Без подписи.

Без даты.

Келли удивленно посмотрела на нее.

— Здесь есть магнитофон?

Пэйтон медленно осмотрел комнату.

И неожиданно указал в угол.

Под старым покрывалом действительно стоял небольшой переносной магнитофон.

Пыльный.

Но целый.

Келли осторожно сняла ткань.

— Неужели...

Она нажала кнопку включения.

Ничего.

Еще раз.

Тишина.

Пэйтон присел рядом и открыл отсек для батареек.

Внутри уже стояли старые элементы питания.

Он закрыл крышку.

— Попробуй снова.

Келли нажала кнопку.

Раздался тихий треск.

Магнитофон ожил.

Она медленно вставила кассету.

Нажала «Play».

Несколько секунд слышался только шум пленки.

Потом...

Раздался молодой мужской голос.

— Если ты это слушаешь...

Значит, всё пошло не по плану.

Пэйтон резко побледнел.

Это был его голос.

Девятнадцатилетнего Пэйтона.

Келли затаила дыхание.

Запись продолжилась.

— Меня зовут Пэйтон Мурмаер.

Сегодня 14 октября 1996 года.

Если честно...

Я сам не знаю, зачем это записываю.

Наверное, потому что боюсь.

Он нервно усмехнулся.

— Ребята думают, что я сошел с ума.

Но уже несколько недель мне снится один и тот же сон.

Один и тот же дом.

Один и тот же коридор.

И девушка...

Келли удивленно посмотрела на Пэйтона.

Запись продолжалась.

— Я никогда не видел ее раньше.

Темные волосы.

Светлая кофта.

Испуганные глаза.

Она всё время пытается мне что-то сказать.

Но я не слышу ни слова.

Сегодня мы с друзьями решили поехать в тот самый дом.

Если мои сны что-то значат...

То, возможно, сегодня я наконец узнаю правду.

Пленка тихо зашипела.

Запись оборвалась.

Келли почувствовала, как сердце забилось где-то в горле.

— Пэйтон...

Он медленно повернулся к ней.

Его лицо было белым.

— Это была ты.

— Что?..

— Девушка из моего сна...

Это была ты, Келли.

В комнате снова воцарилась тишина.

Келли не могла произнести ни слова.

Получается...

Не только она увидела Пэйтона через тридцать лет.

Пэйтон тоже видел её...

За несколько дней до своей смерти.