12 глава - «Материнские сказки»
– О, Владислав! Как раз к тебе топал. Держи от матушки письмецо.
По дороге домой повстречал Влад Дмитрея. Пожали друг другу руки и парень увидел, что Дмитрей был как всегда потрепанный: волосы взъерошены, синяки под глазами, в целом вид замученный. Наверное, накануне вечером пил много.
– Здравствуй! Без происшествий поездка прошла?
– Да какие там происшествия! Они меня ещё дома поджидают.
– А чего так? – немного сморщился Влад от запаха мужчины. От него несло кислостью и тухлостью.
– Перед моим уездом поссорились с Лелечкой, так она пол-хаты разнесла. Не мог бы ты прийти на днях, помочь дыры в полу заделать? Ох... – взялся за голову Дмитрей. Болела жутко.
Владиславу стало неловко, потому что он знал, из-за чего это всё происходило. И не он один знал, а вся деревня.
– Хорошо, помогу, – согласился на просьбу добрый парень.
– Вот и славно! Ой, и хорошо, что вы уехали из Белояра, там такая разруха... Мужиков – по пальцам посчитать, бабы одни. Не переживай, твоя мать – живчик! Шустрая такая. И хорошо хоть Ермола старого не забрали, с ней водится, помогает, да компанию составляет.
– Ну и славно, что всё хорошо, – выдохнул Влад.
– Ещё на словах тебе передала всякие нежности, но я их забыл. Мне моя такого никогда не говорила.
Владиславу снова стало неловко.
– В следующем месяце снова в твой город заеду. Так что обращайся, – продолжил мужчина.
– Зачем? Сам говоришь – разруха, – зная ответ, всё равно спросил Влад.
Дмитрей лукаво улыбнулся.
– Там... Нужно же поднимать дух у оставшегося народа! Я им песню раз – приласкают. Я им песню два – зацелуют... Очень благодарные слушатели. Даже скажу – ценители!
Дмитрей был гусляром. Раз в несколько месяцев он бродяжничал по деревням и городам со своими новыми играниями и песнями. А расписные гусли его были для него ценнее матери!
– Хорошо, я как ответ напишу, передам тебе. Благодарствую.
– Перебрал же я вчера... Пиво – зло! А я – злодей! – Дмитрей рассмеялся.
– А что так-то?
– Поемь придумывал! А ты как думал, просто так это всё?
– Вообще не представляю. Придумал же?
– Придумал только как буду Лелю за ляжки кусать!
Владиславу не хотелось продолжать этот разговор. Его физически подташнивало – не столько от перегара, сколько от того, что несёт этот вонючий рот. Кто бы мог подумать – Дмитрей же по-своему талантлив! Это он придумал песенку-считалочку «Зайчик скок через Белочек скок», что стала главной для детей в деревне Лебяжье.
Только придя домой, Владислав выдохнул. Ведь когда он попрощался с Дмитрием, то ещё долго слышал позади, как тот стал приставать к остальным прохожим.
Саяны дома не было, пошла она уже сама в гости к бабуле Ульяне Мироновне. Шипицы-то ей вылечили тогда, так другая напасть пришла. Ушла зачем-то бабуля в лес, до ночи прийти не успела. Ветер поднялся сильный холодный и застудил ей пол-лица! Не движется теперь оно. Вот шаманка побежала разбираться.
Влад же стал кипятить самовар. Затем сварил себе отвар с шиповником, уселся на лавке поудобнее и начал бересту от матери читать. В это время на улице полил дождь. Пришлось ненадолго отвлечься, чтобы зажечь свечи, ведь на улице, как и в доме, из-за туч потемнело.
Парень развернул хрустящий свиток. В этот раз береста оказалась особенно длинной. Интересно, о чём мать ему расскажет? Может, о том, как ей надоел Ермола? Или о том, что горячо ждёт сына? Или в который раз откажется покидать город? Разгладив кору ладонью, всмотрелся в неровные, нацарапанные писалом строчки:
«Владюша мой! Зайчик мой!
Со мной всё хорошо. Ермола каждый день злит. Ругаемся. Бранится много, мне не нравится, я его за это наказываю. По-своему, по-женски!
Недавно Ермола почистил с оставшимися мужиками наш колодец, вот тут молодец.
У нас в городе дела как обычно идут. Приходят раненые, латаем, снова уходят. Когда уже всё закончится? Уезжать никуда из своего дома не хочу. Много раз тебе об этом говорила. Как всё закончится, приезжайте в гости.
Как там Саяна? Ей передавай целование.
Как прочитала письмо твоё прошлое – ужаснулась. Бедный Боря! Бедная его девочка! Ни тела, ничего от человека на земле не осталось... Я неделю после этой новости не сплю! Вы главное с Саяной вместе держитесь, берегите друг друга!
Что только не происходит! Судьба проклятая...
Когда вокруг Смерть бродит, невольно задумываюсь, вот бы Живую воду иметь! Сказки это всё, знаю. Дак в чудеса верить желаю. Не помню, рассказывала я тебе про неё или нет? Я буду кратка.
Упала как-то звезда большая на землю нашу. Раскололась она на три части большие: Явь, Навь и Правь. Явь – стала домом для всего живого, Навь – для всего мёртвого, Правь – для богов праведных светлых.
Во время раскола земли оказались двое братьев Святослав и Глеб по разные стороны: первый стал светлым Богом в Прави, позже прозвали его Белобогом. Свет, весну, урожай – всё дарил миру живому в Яви! Его ждали все! Ведь только он мог направить тебя на истинный путь. Был покровителем и помощником.
Глеб же, оказавшись на стороне Нави, лишился души своей – стал мертвецом ходячим. Ловил его душу брат годами, но не в силах был её заставить в тело вернуться. В момент отчаянный, после стольких попыток и скитаний, благодаря силе своей, создал Святослав ключ с волшебной водой, который бил прямо из дерева. Облокотившись спиной об него, лежал уж неделю Глеб с глазами тёмными. Тело его было цело, хоть тысячу раз искал он смерти. Как вода полилась ручьём, попала в рот парню – ожил. Но стал другим Глеб. Душа его хоть и вернулась в тело, но Нави подчиняться будет впредь. Навь полюбила душу юноши – не отпустит. Ныне зовут его Чернобог. Правит Навью, Тьмой Великой, увяданием, старением и холодом.
На том месте, где душа вернулась в тело, из-под земли забил второй источник. Тёмный и ужасно холодный. Противоположность Живому ключу. Мёртвая вода не воскрешала, а лишь замораживала то, куда должна была вернуться душа...
Ох, Владюша, вот бы у нас была Живая вода! Береста заканчивается, так я бы тебе много чего написала... Жду ответа!»
Владу было тяжело читать это письмо, ведь буквы были слишком мелкими, дабы всё уместилось. Он отложил его на стол и прикрыл глаза рукой. Сморщился. «Мда... Это, конечно, всё хорошо... Послал же мне Бог женщин-сказочниц. Ах, вот бы правда всё это было!»
Устал на сегодня парень, взобрался на печь и стал дожидаться любимую.