Счёт 1:0 в пользу любви

Ты резко развернулась на каблуках, готовая пулей вылететь из раздевалки, лишь бы навсегда исчезнуть из Хогвартса, бросить квиддич и переехать в другую страну. Но сбежать тебе не удалось.

Оливер срезал расстояние между вами в один бесшумный, молниеносный шаг. Прежде чем твои пальцы коснулись ручки двери, его крепкая рука легла на дерево прямо над твоей головой, намертво блокируя выход. Его разгоряченное после душа тело оказалось так близко, что ты спиной почувствовала его тепло.

— Куда так спешишь? — тихо, с хриплыми нотками в голосе спросил Вуд над твоим ухом.

Ты медленно развернулась, оказавшись зажатой между дверью и его обнаженной грудью. Оливер смотрел на тебя сверху вниз, и в его карих глазах больше не было злости. Только странный, обжигающий огонь и тень той самой упрямой ухмылки.

— Повтори, — негромко попросил он, наклоняя голову чуть ближе. — Повтори то, что ты сейчас сказала.

Твое сердце сделало кульбит и забилось где-то в районе горла. Смущение мгновенно трансформировалось в новую волну паники, и ты снова предсказуемо включила режим защиты.

— Да пошел ты, Вуд! — закричала ты ему прямо в лицо, отчаянно упираясь ладонями в его твердую, влажную грудь, чтобы хоть немного отодвинуть его. — Ничего я не скажу! Ты бесишь меня! Своим дурацким квиддичем, своими мокрыми волосами, тем, как ты смотришь на меня! Ты невыносимый, самоуверенный, тупой гриффиндорский…

Оливер не дал тебе договорить. Ему явно надоел этот бесконечный поток криков и оскорблений.

Он резко перехватил твои запястья, прижимая их к двери по обе стороны от твоей головы, и решительно перебил твою тираду поцелуем.

Всё произошло так быстро, что ты даже не успела вдохнуть. Его губы, влажные и горячие, накрыли твои с такой уверенностью и напором, что у тебя подкосились колени. Это не был мягкий или робкий поцелуй — в нем отразились все те три года взаимной ненависти, соперничества на поле и глухого раздражения, которые, как оказалось, всё это время были совершенно другим чувством.

Ты возмущенно замычала в его губы, пытаясь дернуться, но Оливер лишь крепче зафиксировал твои руки, углубляя поцелуй. Его близость, запах мыла и кожи окончательно лишили тебя рассудка. Твоё упрямство сдалось первым: ты перестала вырываться, расслабила пальцы и, шумно выдохнув, ответила на поцелуй с той же страстью и накопленной злостью, с которой только что кричала.

Когда Оливер наконец неохотно отстранился, чтобы сделать вдох, его лоб уперся в твой. Вы оба тяжело и часто дышали, глядя друг другу в глаза.

Оливер, не давая тебе прийти в себя и вставить хоть слово, снова накрыл твои губы поцелуем. Но в этот раз всё изменилось. Вся твоя слизеринская гордость, накопленная ярость и те годы, что вы провели в статусе непримиримых врагов, выплеснулись наружу. Ты ответила ему яростным, собственническим поцелуем, запустив пальцы в его влажные волосы и крепко притягивая парня к себе.

Вуд глухо и прерывисто выдохнул прямо тебе в губы от такой внезапной отдачи. Поцелуй стал глубже, горячее и отчаяннее. Оливер окончательно потерял контроль. Он подхватил тебя под бёдра, заставляя обвить его талию ногами, и в несколько размашистых шагов донёс до деревянной лавки для переодевания.

Ты оказалась повалена на деревянную поверхность, а Оливер навис сверху, вдавливая тебя своим тяжёлым, горячим телом в лавку. Его ладони жадно скользили по твоей талии, сминая спортивную форму, а поцелуи спускались от губ к челюсти и чувствительной коже на шее, заставляя тебя тихо вздрагивать и выгибаться навстречу. Воздух в раздевалке казался раскалённым до предела.

И именно в этот, самый интимный и безумный момент, тяжёлая дубовая дверь раздевалки с оглушительным скрипом распахнулась.

— Т/И! Капитан сказал, что ты ушла, но я подумал, что ты забыла свои перчатки для квиддича и...

Дэнни застыл на пороге как вкопанный. Его слова застряли в горле, а челюсть буквально отвисла.

Картина перед ним предстала более чем однозначная: его старшая сестра лежит на лавке, а сверху её прижимает полуобнажённый, мокрый капитан Гриффиндора, которого они оба ещё вчера «ненавидели».

Вы с Оливером отпрянули друг от друга за долю секунды. Вуд резко выпрямился, тяжело дыша и пытаясь загородить тебя своей широкой спиной, пока ты судорожно поправляла задравшуюся форму и пыталась вернуть способность дышать.

В раздевалке повисла такая звенящая тишина, что было слышно, как с потолка душевой капает вода. Дэнни переводил ошарашенный взгляд с тебя на взъерошенного Вуда, хлопая глазами в полной прострации.