Счёт 1:0 в пользу любви

Ты на секунду замерла, переваривая его слова, но вместо того чтобы успокоиться, вспыхнула с новой, ещё более безумной силой. Рациональные аргументы про близнецов Уизли просто разбились о стену твоих бушующих эмоций. Твой мозг окончательно отключился, уступая место чистой, неконтролируемой истерике.

— Да что ты мне заливаешь, Вуд?! — взвизгнула ты на всю библиотеку, резко вырывая свою руку из его хватки. — Близнецы Уизли?! Это лучшее, что твой крошечный квиддичный мозг смог придумать в оправдание?!

— Т/И, это правда, спроси у них са… — попытался вставить Оливер, но ты перебила его ответным криком.

— Да заткнись ты! Ты просто жалок! — ты начала мерить шагами пространство между столами, отчаянно размахивая руками и выдумывая на ходу абсолютно бредовые теории. — Я всё поняла! Ты специально всё это подстроил! Ты сговорился с Уизли, чтобы они намазали тебя этой помадой, чтобы Дэнни это увидел, прибежал ко мне, а ты тут как тут — выскочил из-за кустов! Ты шпионил за мной! Ты... ты вообще маньяк, Оливер Вуд! Вы, гриффиндорцы, все повернутые!

Оливер стоял на месте, его глаза округлились от шока. Он смотрел на тебя как на сумасшедшую, не понимая, как обычная шутка с кубком превратилась в его голове в масштабный заговор против тебя.

— Ты специально караулил меня у гостиной вчера, чтобы проклясть Слизерин! — не унималась ты, окончательно потеряв связь с реальностью под наплывом эмоций. — Ты хочешь отравить нашу команду! Ты подсыпал что-то Дэнни, чтобы он шпионил за мной изнутри! Ты хочешь украсть мои конспекты по зельеварению, чтобы завалить меня на экзаменах и отстранить от квиддича! Да ты… ты просто спишь и видишь, как бы разрушить мою жизнь!

Ты тяжело и часто дышала, твое лицо горело ярким румянцем, а из глаз от переизбытка злости едва не капали слезы. Ты наговорила кучу абсолютной, нелогичной чуши, но в этот момент тебе казалось, что ты раскрыла самый коварный заговор в истории Хогвартса.

Оливер сделал глубокий вдох, медленно подошел к тебе вплотную и, перехватив твои трясущиеся от гнева плечи, заставил остановиться.

Оливер не стал спорить, кричать в ответ или доказывать твою неправоту. Он просто сделал шаг вперед и крепко прижал тебя к себе, заключая в плотные, надежные объятия.

— Т/И, тихо… Всё хорошо. Успокойся, — негромко шептал он, уткнувшись подбородком в твои волосы.

Его руки уверенно держали тебя, но ты, полностью ослепленная бушующими эмоциями, всё ещё не могла остановиться. Твой голос срывался, а из глаз от перенапряжения всё-таки брызнули слёзы, пачкая его гриффиндорский джемпер.

— Отпусти меня! Ты... ты невыносим! Ты специально выводишь меня из себя, чтобы Слизерин проиграл кубок! — продолжала ты отчаянно бормотать ему в плечо, выдумывая очередную глупость. — Ты специально пахнешь этим своим дурацким полиролем для мётел, чтобы у меня разболелась голова перед матчем! Ты худший человек в этой школе! Я ненавижу тебя, Вуд, ненавижу…

Твои слова звучали зло и агрессивно, но тело вело себя совершенно иначе. Вопреки собственным безумным крикам, ты даже не попыталась вырваться или оттолкнуть его. Наоборот, твои пальцы мертвой хваткой вцепились в ткань его джемпера на спине. Ты уткнулась носом в его грудь и обняла Оливера в ответ так сильно, словно он был твоим единственным спасением в этом шторме эмоций.

Оливер почувствовал, как твои руки сжали его спину. Он тихо, облегченно выдохнул и стал медленно поглаживать тебя по лопаткам, давая тебе возможность выплеснуть всё, что накопилось за эти дни. Твои крики постепенно перешли в тихое, прерывистое сопение. Безумная злость медленно отступала, оставляя после себя лишь жуткую усталость и странное, непривычное тепло от его объятий.

Вы стояли посреди библиотеки, напрочь забыв про Дэнни, помаду Уизли и многолетнюю вражду факультетов.

Ты затихла, уткнувшись в его джемпер, и в библиотеке наконец повисла тишина. Твоё бешено колотящееся сердце постепенно замедляло свой ход. Оливер аккуратно ослабил хватку, давая тебе пространство, но его ладони всё ещё мягко лежали на твоих плечах.

Он заглянул в твоё лицо, на котором смешались следы злости, румянец и капли слёз, и тихо, с искренним беспокойством спросил:

— Т/И... Ты как? Всё нормально?

Этот мягкий, заботливый тон подействовал на тебя как ушат ледяной воды. К тебе мгновенно вернулось осознание того, где ты находишься, кого ты только что обнимала и какую чушь несла минуту назад. Слизеринская гордость тут же взвилась на дыбы, а щёки вспыхнули с новой силой — теперь уже от дикого смущения.

Ты резко оттолкнула Оливера от себя, едва не сбив со стола стопку свитков по зельеварению.

— Пошёл ты, Вуд! — вскрикнула ты, судорожно вытирая слезы тыльной стороной ладони. — Ты придурок! Самый настоящий, невыносимый придурок!

Оливер от неожиданности даже отступил на шаг, растерянно подняв руки.

— Да что я опять сделал?! Ты же сама только что...

— Заткнись! — перебила ты его, на ходу сгребая свои вещи в сумку. — Забудь вообще всё, что здесь было!

Ты закинула сумку на плечо, смерила парня самым яростным взглядом, на какой была способна, и стремительно пошагала прочь. Ты практически вылетела из библиотеки, громко хлопнув дверью, отчего мадам Пинс на другом конце зала возмущенно выронила перьевую ручку.

Твои шаги эхом разносились по коридору. Эмоции всё ещё кипели внутри, но теперь к ним примешалось странное, щемящее чувство в груди. Ты злилась на Вуда, злилась на Дэнни, но больше всего — на саму себя за то, что в его объятиях тебе на секунду показалось, будто ты дома.