Глава 25: Чимин выбивает дверь
Директор Ким Намджун тяжело вздохнул, поправил очки на переносице и, проигнорировав глупый вопрос Сокджина про красные стены, перевёл свой жутко суровый, пронзительный взгляд на притихшего пусанца:
— То есть, ты, Пак Чимин, прямо сейчас на полном серьёзе считаешь абсолютно нормальным встречаться с Мин Юнги? Ты вообще понимаешь, к чему это может привести?
— Честно говоря, директор Ким, я лично вообще не вижу во всех наших чувствах ничего плохого, — твёрдо и жутко уверенно отрезал Чимин, гордо вскинув подбородок под наводящим ужас взглядом босса.
— Вообще-то, это напрочь портит... — начал было леденящим тоном Намджун босс, шурша испорченными бланками, но договорить ему так и не дали.
— ДА, ПОРТИТ! — вдруг оглушительно, на весь двенадцатый отдел закричал Чонгук, резко подскакивая с коврика и сжав кулаки от бешеной ярости. Брюнет сделал шаг вперёд, заслоняя собой Чимина. — Портит этот твой дурацкий корпоративный авторитет! Ну а мне лично на все эти условности уже тотально, сокрушительно ПО+УЙ! Понял?! Я в этой жизни точно такой же человек, как и Чимин по поводу искренней любви! И что, бл+ть, с того?! Ну и что ты мне прямо сейчас за это сделаешь, а, Намджун?! Уволишь?! Тебя в этой грёбаной компании, кроме твоих сухих бумаг и всемирного рейтинга, вообще хоть что-нибудь ещё в этой жизни волнует?! Скажи мне, у тебя у самого в груди вообще есть хоть какое-то живое сердце?!
В двенадцатом отделе мгновенно повисла такая оглушительная, звенящая тишина, что в ней было отчётливо слышно мерное гудение принтера в коридоре. Директор Ким Намджун застыл на месте как вкопанный, в полном шоке округлив глаза и приоткрыв рот от дикого ступора. Он за все долгие месяцы управления международной корпорацией просто физически не привык, когда обычные подчинённые сотрудники нагло называют его на «ТЫ», кроют трёхэтажным матом в лицо и устраивают такие яростные крики прямо посреди рабочего дня. Чон Чонгук в эту самую секунду официально стал самым первым человеком во всей компании, кто посмел совершить такой сумасшедший бунт.
А Ким Сокджин, который всё это время заворожённо и молча наблюдал за этой безумной картиной со своего места, в полном шоке захлопал глазами, переводя взгляд на тяжело дышащего брюнета.
«Господи... — ошарашенно и жутко умилённо пронеслось в мыслях у Всемирного Красавчика. — А я-то, наивный, на полном серьёзе думал, что дружу в этом отделе с каким-то обычным д+билом... Чёрт, кажется, я этого парня сильно недооценил.»
Тэхён испуганно перевёл взгляд с тяжело дышащего Чонгука на застывшего каменным изваянием босса и жутко неловко, примирительно улыбнулся, пытаясь спасти отдел:
— Директор Ким... Давайте мы прямо сейчас просто пойдём, тихонько успокоим Хосока и Юнги? А потом мирно разойдёмся по своим местам, ладно?
— Наверное... Наверное, так действительно будет лучше всего... — едва слышно, всё ещё пребывая в тотальном шоке от чонгуковского мата, пробормотал Намджун босс, растерянно потирая переносицу. — А... а где они вообще сейчас находятся? В каком крыле?
— Точно я не знаю, директор Ким, но буквально пару минут назад я лично видел, как они вдвоём жутко угрюмо ковыляли в сторону нашего медицинского пункта, — пафосно поправив причёску, подал голос Джин.
— Оу, тогда идёмте скорее туда и... Чимин? — Чонгук резко обернулся, растерянно оглядывая комнату. — Эй, Чим, а ты где вообще?
А Чимина в двенадцатом отделе уже и след простыл. Парень, стоило ему только краем уха услышать это страшное слово «медпункт», мгновенно сорвался с места и со всей возможной скоростью полетел по длинному коридору, бешено перебирая своими маленькими ножками. Его сердце колотилось в груди как сумасшедшее. Чимин напрочь не замечал, как спотыкается на скользком паркете, как испуганно расталкивает плечами встречных сотрудников Министерства — у него прямо сейчас была одна-единственная, железобетонная цель в жизни. Спасти Юнги и Хосока.
В тихом больничном покое Министерства раздался оглушительный, страшный треск дерева.
— БОЖЕ МОЙ!!! ДА ЧТО ТУТ ВООБЩЕ ТАКОЕ ПРОИСХОДИТ?! — в тотальном ужасе и панике завизжала местная медсестра, роняя из рук поднос с ампулами.
Чимин в буквальном смысле этого слова с одного мощного пусанского удара выломал массивную дверь кабинета. Деревянная створка жалобно скрипнула, сорвавшись с одной петли, и лишь чудом удержалась в проёме. Понадобилось всего пару секунд, чтобы весь этот дерзкий, наэлектризованный напор парня мгновенно испарился, и он тут же панически заорал на весь кабинет, прижимая ладонь к груди:
— А-А-А-А-Ай!!! Дверь-то какая-то слишком прочная оказалась! Чёрт, кулак теперь болит просто невыносимо!
— Да что... что вы вообще себе здесь позволяете, молодой человек?! Вы с ума сошли?! — лихорадочно хватаясь за сердце, закричала на него перепуганная медсестра.
Чимин, абсолютно проигнорировав её крики и яростно баюкая ушибленную руку, грозно сверкнул глазами в глубь палаты и на всю белую комнату оглушительно потребовал:
— ГДЕ?! ГДЕ ЭТИ ДВОЕ?! НЕМЕДЛЕННО ГОВОРИТЕ!
— Да вон там они оба сидят, в единственной палате! — недовольно прикрикнула вдогонку медсестра. — У нас тут, вообще-то, обычный офисный медпункт, а не городская центральная больница, чтобы по тысячи коек и отдельных мест для каждого раненого устанавливать!
Чимин, даже не дослушав её ворчание, пулей забежал в белую комнату палаты, баюкая свой пострадавший кулак. Его сердце в этот момент бешено стучало, а в голове рисовались самые страшные картины с перебинтованными головами, кровью по стенам и сломанными носами Чонов.
Однако реальность оказалась жутко далека от всех его панических ожиданий. Чимин замер на пороге, ошарашенно открыв рот.
Юнги и Хосок абсолютно мирно сидели друг напротив друга на соседних кушетках. На их лицах не было ни одной свежей царапины, а на прикроватной тумбочке спокойно остывали две кружки с лечебным ромашковым чаем.
Замдиректора лениво откинулся на спинку кровати, заметил запыхавшегося пусанца и удивлённо приподнял бровь:
— А ты тут что ли?
— НЕЕЕТ, бл+ть, я в космосе! — в тотальном шоке саркастично выкрикнул Чимин, упирая здоровую руку в бок.
— Да ладно тебе, Чимин-а, успокойся. Всё в полном порядке, — мягко улыбнулся Хосок.
— А где гипсы, бинты, и все такое? — Чимин растерянно перевёл взгляд с одного на другого, не веря своим глазам.
— Ты так хочешь ран? — лениво хмыкнул Мин Юнги, качнув головой. — Нету у нас ничего.
— Лучше расскажи что-нибудь нормальное в отличии от Юнги, — Хосок устало вздохнул, ставя кружку.
Юнги хитро прищурился, посмотрел на младшего брата и с самым серьёзным видом выдал:
— Хоба, а спорим ты не знаешь, какая самая последняя буква алфавита?
— Ты издеваешься? — жутко недовольно фыркнул Хосок. — Буква «Я», конечно же! Что за глупые вопросы?
— А вот и неправильно! — победно ухмыльнулся Юнги, качнув головой. — Самая последняя буква «алфавитА» — это буква «А»! Проиграл!
— Да ну тебя на+рен с твоими деб+льными шуточками, Мин! — обиженно отмахнулся менеджер Чон.
Чимин, продолжая стоять у выломанной двери со своим дико ноющим, опухшим кулаком, ошарашенно перевёл взгляд с одного на другого. Парень жутко обречённо вздохнул и едва слышно пролепетал в пустоту:
— Я ради этого пришел?.. Вы серьёзно?!
— Ладно тебе, Чимин-а, выкладывай, что там в отделе стряслось, — улыбнулся Хосок.
— Чонгук обматерил и наорал на Намджуна! — с ходу выдал пусанец.
— ЧО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О?! — в тотальном шоке в один голос оглушительно заорал Хосок, едва не выронив чашку.
— КАК?! Как он вообще это сделал?! — Юнги от неожиданности аж выпрямился на кушетке.
— С самым серьезным лицом! — заливисто рассмеялся Чимин. — А Джин, как влюбленный дурак на него смотрел после такой речи. Окончательно растаял!
Юнги лениво покачал головой, пряча улыбку:
— М-да... В этой истории мне сейчас чисто по-человечески жалко только Тэхёна. Он-то во всей этой суматохе вообще ни в чем невиновен, а получает от босса за компанию.
Чимин хитро прищурился, переводя взгляд с одного брата на другого:
— А вы... вы, получается, уже окончательно помирились, что ли?
— Как видишь, — Хосок весело качнул своей чашкой в воздухе.
— УРА-А-А-А-А-А-А!!! — радостно захлопал в ладоши пусанец, прыгая на месте от счастья. — Тогда, когда вы окончательно вылечитесь, мы всей нашей офисной толпой будем устраивать грандиозную брачную ночь Чонгуку и Джину!
Хосок от такой бурной фантазии младшего жутко неловко закашлялся:
— Э-э... Мне кажется, все эти свои интимные дела они как-нибудь отлично и без нас решат...
— А... Ой... Кажется, я лишнее ляпнул........... — моментально пунцово покраснел Чимин, испуганно прикрывая рот ладошкой под издевательский прищур зама.
Юнги лениво поднялся со своей кушетки, не спеша подошёл к Паку вплотную и своей бледной ладонью жутко нежно, аккуратно переплёл их пальцы, притягивая пусанскую булочку к своему плечу. Замдиректор тепло посмотрел на притихшего Хосока, затем на смущённого Чимина и едва слышно, жутко искренне выдохнул:
— Ну и придурки же вы... Но мне это нравится.
Хаос двенадцатого отдела официально закончился самым тёплым домашним покоем, который, подумать только, начался с обычного авиарейса. Только сейчас Чим понял, что его жизнь расцвела благодаря самолёту.
КОНЕЦ ФАНФИКА