Я прилетел за твоим сердцем

После всей этой джазовой музыки Тэхёна и внезапного букета хризантем, сотрудники двенадцатого отдела наконец-то разошлись по своим рабочим кабинетам и местам. Все вокруг усердно делали вид, будто вообще ничего странного пару минут назад не произошло, и усердно шуршали отчётами директора Кима.

Однако Чимин сразу же заметил жутко подозрительную картину. Гордый Ким Сокджин, вместо своего привычного пафосного места в центре комнаты, зачем-то забился в самый дальний, тёмный и глухой угол офиса. Парень сжался на стуле, отчаянно стараясь сидеть так, чтобы никто из коллег физически не смог увидеть его пунцовые, жутко горящие от стыда и смущения красные уши.

Чонгук, крутя в руках пустую чашку, хитро прищурился и лениво окликнул старшего хёна на весь кабинет:

— Эй, Джин... Чего это ты там так далеко в углу в одиночку сидишь-то? Иди обратно за стол.

— Отвали, Чон! Мне тут... тут просто жутко тепло сидится! — панически фыркнул Worldwide Handsome, повыше натягивая воротник своего белоснежного пиджака.

Чонгук вальяжно откинулся на спинку своего кресла, на его губах заиграла самая дерзкая, победная ухмылка, и он жутко уверенно выдал в лоб:

— Да ладно тебе. На моих коленях тебе сейчас будет в сто раз теплее и уютнее, так что давай, иди уже сюда.

— ЗАТКНИИИИИСЬ, ЧОН ЧОНГУК, БЛ+ТЬ!!! СЕЙЧАС ЖЕ ЗАКРОЙ СВОЙ РОТ!!! — оглушительно, на весь этаж заорал в тотальной панике покрасневший Джин, едва не запустив в брюнета ближайшим степлером.

Чимин, наблюдавший за этим флиртом из прохода, заливисто рассмеялся на всю комнату. Пусанец коварно прищурился и решил прямо сейчас оставить этих двоих наедине, чтобы ещё сильнее помучить и пощекотать нервы бедному Джину. Парень тихонько прикрыл за собой дверь и пошёл прогуливаться по длинному безлюдному коридору, откровенно скучая и не зная, чем себя занять.

Вдруг тишину безлюдного коридора резко нарушил жутко громкий, невероятно заразительный мужской смех. Чимин испуганно вздрогнул, моментально обернулся на звук и замер.

У приоткрытой двери двенадцатого кабинета, согнувшись в три погибели, стоял Чон Хосок. Менеджер вовсю тайно подглядывал за оставшейся внутри парочкой сквозь узкую щёлочку. Чимин аккуратно подошёл ближе и заглянул ему через плечо. Картина внутри кабинета была просто неописуемой: Чонгук окончательно забил на все скучные таблицы Министерства и вместо чисел вовсю увлечённо рисовал на листах бумаги жирные сердечки, аккуратно сминал их и метко кидал прямо в Ким Сокджина. Бедный Джин от такой бешеной атаки флирта уже буквально с ног до головы оказался завален этой любовной макулатурой, продолжая панически отмахиваться руками.

Хосок, утирая выступившие от смеха слёзы, жутко угарно прошептал себе под нос:

— Господи... Бедная наша офисная уборщица, ей же это всё потом выметать...

— Привет, Хоби хён, — весело ухмыльнулся пусанец, легонько пихая менеджера локтем в бок. — Что, тебе сегодня тоже абсолютно нечем заняться, раз ты тут шпионишь?

Хосок резко обернулся, ни капли не смутившись, и его лицо мгновенно озарилось фирменной, сияющей солнечной улыбкой:

— Да щас, разбежался, Чимин-а! Ещё как есть чем! Вот скажи мне, пожалуйста: стоять здесь и вовсю нагло ржать над этими двумя придурками — это разве, по-твоему, не жутко важное государственное дело?! Самое лучшее занятие на сегодня!

— Ну, не знаю, хён... По-моему, это всё-таки далеко не настолько смешно, чтобы стоять тут и караулить их у щели. Ну кидается парень бумагой, подумаешь.

— Да нет же, Чимин-а, ты просто вообще не догоняешь всей сути! Наш Чонгук прямо сейчас вовсю вырезает эти свои дурацкие розовые сердечки из той самой жутко важной, секретной премиум-бумаги, которая сегодня нужна Намджуну боссу для годового отчёта Министерства! Директор за эти бланки его живьём закопает!

Чимин на секунду замер, переваривая услышанное, но затем всё-таки весело ухмыльнулся, пытаясь найти в кулинарно-кулачном хаосе Чонгука хоть какие-то плюсы:

— Ну, хён, зато... зато это просто шикарный, железобетонный намёк для Джина! Это ведь доказывает, что ради него Чонгук реально готов пойти абсолютно на всё в этой жизни!

— Да-да, отличный намёк, — вдруг раздался прямо за их спинами жутко леденящий, пафосный голос. — А зато... нас всех тут прямо сегодня до конца рабочей смены убьют на+рен. Единогласно.

— С-секретарь Ким?! — панически подпрыгнул на месте Хосок, лихорадочно хватаясь за сердце и роняя диванную подушку прямо на пол.

Тэхён стоял позади них, строго скрестив руки на груди, и с самым обречённым видом смотрел на заваленный розовыми бумажками двенадцатый кабинет. Чимин испуганно округлил глаза, подбежал к секретарю и умоляюще зашептал ему прямо в лицо:

— Тэ, умоляю, только Намджуну боссу обо всём этом сейчас ни в коем случае не говори! Нам конец!

— Да конечно я ему ничего не скажу, Чимин-а! Я что, по-твоему, совсем из ума выжил?! — панически замахал руками Тэхён, поспешно отступая назад к лифтам. — Наш директор Ким в гневе ведь не только одних виновников жестоко наказывает, но ещё и всех попавшихся под руку свидетелей за компанию! Что-то я жутко не хочу потом из-за розовых сердечек Чонгука перед боссом отдуваться и ломать авторитет компании!

Чимин принял единственное верное решение — оперативно скрыться вместе с Хосоком в его же личном кабинете менеджера, пока директор Ким Намджун не вышел на поиски своей макулатуры. Секретарь Ким Тэхён, которому жутко вовремя дали новое важное задание на втором этаже, нацепил самый равнодушный вид и технично зашагал к лестнице, делая вид, что вообще ничего в коридоре не видел и ни с какими свидетелями не знаком.

Едва массивная дверь закрылась, пусанец тяжело опёрся спиной о косяк и зашептал:

— Так, хён... Нам СРОЧНО придётся заново напечатать точно такую же секретную розовую бумагу для босса. Иначе Чонгука, а за компанию и нас, Намджун просто сотрёт в порошок.

— Уже, уже включаю наш рабочий принтер, — лихорадочно закивал Хосок, шустро клацая кнопками на панели гудящего аппарата.

— Эх, Юнги сейчас, конечно, везёт жутко, — лениво вздохнул Чимин, усаживаясь на край стола. — Сидит там спокойно в своём отдельном кабинете зама, отчёты проверяет или, чего доброго, вообще нагло спит на диванчике...

— Ну, знаешь, Чимин-а... А мне вот прямо сейчас в этом кабинете вообще-то везёт намного, намного больше, чем Юнги, — вдруг тихо, как-то непривычно мягко выдохнул Хосок, на секунду отрываясь от экрана принтера.

— М-м? — Чимин удивлённо приподнял брови. — Это ещё почему?

— Да забудь, — поспешно осёкся менеджер Чон, пряча взгляд и неловко шурша чистыми листами. — Лучше вон на зелёную кнопку старта нажми. Сейчас быстро напечатаем новые отчёты Министерства и вернём бланки на место.

— Э-э-э, нет, Хоби хён, так не пойдёт! Ты же отлично знаешь, какой я жутко любопытный человек! — коварно прищурился пусанец, спрыгивая со стола. — Везёт... Так, давай подумаем логически...

— Да не надо тебе сейчас вообще ничего думать, Чимин, просто на кнопку нажми! — панически замахал руками Хосок, стремительно краснея до самых кончиков ушей. — Господи, вот я д+бил, язык мой — враг мой...

— Везёт... Хм... — Чимин замер прямо напротив менеджера, внимательно всматриваясь в его взволнованное лицо, и в его голове внезапно, словно молния, пронеслась шокирующая догадка. — Слушай, Хоби хён... А тебе сейчас, везёт не потому ли, что именно я прямо сейчас нахожусь здесь, с тобой в одном кабинете?

— Ч-что?! — Хосок от такого лобового вопроса аж застыл на месте, выронив пачку бумаги из рук, и испуганно округлил глаза. — Чимин, с чего... с какого это х+я ты вообще это сейчас взял?!

— Ну... Это просто самое первое и логичное, что мне только что пришло в голову, — робко пожал плечами Пак, чувствуя, как сердце в груди начинает бешено стучать.

Хосок пару секунд молча смотрел на него, а затем тяжело, обречённо вздохнул, уныло опуская плечи под мерный гул принтера:

— М-да... А ты, оказывается, жутко догадливый парень, Чимин-а. Насквозь меня видишь.

Чимин в полном, тотальном ах+е ошарашенно захлопал глазами, чувствуя, как воздух вокруг них мгновенно стал жутко тяжёлым и наэлектризованным. Парень сглотнул и едва слышно пролепетал:

— Хён... П-повтори, что ты сейчас сказал?..

— А может... именно поэтому я и подрался с Юнги посреди коридора? — вдруг совсем тихо, с какой-то отчаянной горькой ухмылкой выдал Хосок, делая шаг ближе к пусанцу.

Чимин от такой новости попятился назад, едва не задев гудящий принтер, а в его мыслях всё окончательно перевернулось вверх дном:

— Ч-что?! Почему ты вообще сейчас постоянно говоришь какими-то странными вопросами, хён?! Юнги подрался с тобой... НА САМОМ ДЕЛЕ ЗА МЕНЯ?!

— На этот раз Хоби абсолютно прав — ты действительно жутко догадливый, Чимин, — вдруг раздался от самой входной двери леденящий, хриплый и до боли знакомый голос.

Чимин панически подпрыгнул на месте, резко разворачиваясь на пятках. Прямо у дверного косяка, вальяжно прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди, стоял Мин Юнги. Его тёмные кошачьи глаза опасно и жутко ревниво поблёскивали в полумраке кабинета.

— ДА ВЫ ЧТО, ИЗДЕВАЕТЕСЬ НАДО МНОЙ СЕГОДНЯ ВСЕ?! МИН ЮНГИ, ДА ОТКУДА ТЫ ВООБЩЕ ПОСТОЯННО ПОЯВЛЯЕШЬСЯ ИЗ НИОТКУДА?! — окончательно сорвался на оглушительный крик Пак, готовый схватиться за голову.

— Откуда я пришёл — это прямо сейчас вообще неважно, Чимин-щи, — лениво отмахнулся замдиректор.

Юнги отлепился от стены, сделал медленный, уверенный шаг вглубь комнаты и, прожигая младшего брата своим самым суровым взглядом в упор, леденящим тоном процедил:

— Ну так что, Хосок?.. Может, ты теперь и мне в этом кабинете тоже что-нибудь интересное про свои чувства расскажешь?