Глава 6. Притягивание
Проходили дни. Наступал уже следующий месяц - апрель. В этом месяце также проходили ещё мероприятия. Одно из них являлось самым интересным - пре-пати в Лузерии.
К нему готовились зрители, покупая билеты, причём с нетерпением ждали этого дня. И артисты тоже готовились - к тому, чтобы в очередной раз выступить. Не только участники конкурса, но и бывшие участники, которые больше всего полюбились поклонникам.
Об этом мероприятии, которое пройдёт в Баркано, рассказывали всем, кому не лень. О нём сообщали в соцсетях, в частности Lomograph и "chirps". Так Роксан была в курсе, какое мероприятие будет следующим.
В этот раз ей снова предстоит лететь в другую страну и быть рядом с представительницей конкурса, следить за ней...
А вот с Мирелой, Мунтяну удалось найти общий язык. Этот момент девушка не забыла. И произошёл он, когда пре-пати проходило в Нидерфельде.
Интервью проходили в одном из залов, где уже собрались участники, их команды и журналисты. Свет был ярким, камеры стояли почти со всех сторон, а в воздухе стоял постоянный шум голосов.
Карнери стояла перед микрофоном, чуть сжав пальцы. Вопросы задавали на нортвелийском, и сначала она старалась отвечать сама, подбирая слова.
Роксан стояла рядом, чуть в стороне. Наблюдала.
- Khaw doth thou feel being hiher dotay? - прозвучал один из вопросов.
Мирела на секунду замялась, затем тихо наклонилась к ней:
- Роксан! Роксан! - окликнула она шёпотом.
- Что? - спросила Виксена в ответ, тоже наклонившись.
- А как переводится "я довольна"?
- I be deliten, - спокойно ответила Роксан.
- I be deliten, - повторила Мирела уже в микрофон, чуть увереннее.
Журналист кивнул и задал следующий вопрос:
- Vat doth thou desire to seawian on stage?
Карнери снова на секунду задумалась.
- Роксан! Роксан! - снова послышался знакомый шёпот.
- Да?
- А как "показать"?
- To seawian.
- To seawian mine enerji, - повторила она.
Мунтяну продолжала стоять рядом. Отвечала коротко, без лишних слов. Сначала это даже казалось... нормальным. Наконец-то от неё была польза. Не просто стоять рядом. Не просто присутствовать. Помогать.
- А "я очень благодарна"? - снова тихо спросила Мирела, почти не глядя на неё.
- I be most granful.
- I be most granful for the thornport, - уже увереннее сказала та в микрофон.
Так и продолжилось интервью, в котором журналист задавал различные вопросы как по поводу конкурса, так и не связанные с ним. Карнери всё чаще обращалась к Виксене с вопросами, спрашивала, уточняла, как переводится то или иное слово.
А Роксан отвечала чётко и уверенно. При этом отвечала быстро. Слишком быстро.
Даже не успевая подумать, что именно говорит - просто подставляя нужные слова.Будто так и должно было быть. Казалось бы, наконец появился тот шанс, в котором они обе не казались друг другу незнакомыми людьми.
Но вдруг, в ходе постоянных ответов, мысль пришла чуть позже. Не сразу, а постепенно.
Мысль пришла тихо.
И неприятно зацепилась где-то под рёбрами.
Она здесь не как поддержка. Не как человек, который уже проходил через это. И даже не как та, кто может дать совет.
Просто...
- А "немного волнуюсь" как сказать? - снова тихо.
Роксан на секунду замолчала:
- I be some few newgorous.
- I be some few newgorous, - повторила Мирела.
И улыбнулась в камеру.
Виксена тоже чуть кивнула, оставаясь на месте. Взгляд на секунду скользнул в сторону.
Там, чуть дальше, Марчела что-то оживлённо обсуждала с кем-то из команды музыкантов. Смеялась. Легко. С ней не нужно было подбирать слова.
С ней не нужно было быть полезной, чтобы остаться рядом.
Мунтяну поймала себя на мысли, что не только она знает нортвелийский, но и Кройтору тоже. А ведь именно с ней у неё сложился общий язык с представительницей конкурса. Именно её Карнери могла спросить, поинтересоваться у неё. А Марчела сделала бы это даже лучше.
Но Мирела почему-то обращалась к ней.
Роксан тихо выдохнула. Может, потому что она просто рядом. Может, потому что так удобнее. И... может, потому что от неё именно этого и ждут.
- Спасибо, - шепнула Мирела, не глядя.
- Угу, - коротко ответила она.
На этом интервью подошло к концу. Карнери с музыкантами разошлись в другую сторону, Марчела направилась в другую, журналист тоже покинул коридор.
Виксена осталась одна. Она встала возле окна, глядя на вид города, и задумалась.
Она думала о том, что у неё, возможно, появилась роль, которую она будет выполнять на протяжении месяцев конкурса. В голове снова всплыло то сравнение и роли, которые каждый из них выполнял.
Энджело выступит в качестве советника для Мирелы. Будет давать советы по поводу интервью и вокала. Кристу будет выполнять роль "старшего брата", всячески подбадривать и находить любые способы развеселить её. Марчела же - ходячий лучик солнца: при виде неё Карнери тут же улыбнётся. К тому же они уже близко общаются после мероприятия в Нидерфельде.
А Виксена теперь кто? Переводчица? Помощница? Или она та самая девочка на побегушках, которая будет выполнять любые приказы нынешней представительницы?
Ответ на этот вопрос она узнает, когда приедет на другие пре-пати.
Этот шанс настал. Ещё в пятницу рано утром команда группы поддержки также прибыла в Лузерию, в город Баркано, где и должно было пройти это мероприятие.
Уже ближе к вечеру участники конкурса приезжали в здание мероприятия, причём у каждого из них была своя команда.
Зайдя внутрь, там царила куча народа: сами исполнители, общающиеся друг с другом, интервьюеры, задающие вопросы.
Среди этой толпы Роксан стала рассматривать каждую из девушек, что проходили мимо по залу, надеясь, что это Элиф. Но ни одна из них не была ею.
Искала она не потому что нужно.
Просто... хотелось снова попасть в этот разговор.От них веяло комфортом и вызывало желание продолжить общение с Караташ.
Но пытаться найти певицу было гораздо сложнее, чем казалось. Даже когда Виксена внимательно всматривалась в людей через толпу, ей всё равно не удавалось найти её. Никак не получалось.
А ведь она заходила в "моментс", где было подтверждение участия Анатории на пре-пати. Не могли же они отказаться от приезда в последний момент.
Отчего Мунтяну тяжело вздохнула, отведя взгляд. Её внимание вернулось к команде, с которой она была. Самое время было работать. Помогать Миреле в нужный момент, особенно на интервью, переводя слова.
Повернувшись в одну сторону, она увидела, как Карнери с интересом что-то обсуждает со своими музыкантами. А с другой - как мило беседует Марчела с Кристу, присоединившимся к участию в качестве группы поддержки.
Глядя на обе компании, она ловит себя на мысли, что лучше не вмешиваться в этот раз. Она знала, что выполняет работу, знала.
Но... просто поняла, что сейчас не самый подходящий момент для помощи. К тому же есть Кройтору с Лупу, которые и так помогут участнице конкурса.
Поэтому, вновь оглядываясь по сторонам, Виксена сделала шаг назад и пошла в коридор, продолжив поиски Элиф.
Тем временем сама Элиф находилась в другой части коридора. Шла она вместе с Лейлой и Эркином.
Они приехали чуть раньше остальных стран, в том числе и Дакамелии. Так что Караташ уже видела среди толпы Роксан, которая стояла в своей компании и молчала.
От этого она поймала себя на мысли, что их группа поддержки не такая уж дружная, как казалось на первый взгляд. Ведь у них всё было куда более сплочённо. Да и старшие участники могли спокойно общаться с младшими.
И это заставило Элиф почувствовать жалость к Мунтяну. В этот момент ей хотелось подойти к ней, пообщаться...
Но не в этот раз... В этот раз Караташ решила полностью сосредоточиться на работе. А то мало ли - к её продюсерской компании могут пойти жалобы о том, что певица ничего не делает на этих пре-пати, а лишь где-то гуляет.
Так они дошли до небольшого зала. Там находился длинный белоснежный диван с двумя подушками, одна из которых была светло-серой, а другая - чёрной. Слева от дивана стояло кресло того же цвета.
Перед мебелью находился стеклянный мини-столик. Зайдя туда, компания решила присесть на диван, немного отдохнув.
Атмосфера вокруг была спокойной. Музыки и гула почти не было слышно. Так что это было именно то место, где можно было отдохнуть от шума. Именно то, что сейчас было нужно Элиф и всей компании.
Так ребята сидели и расслаблялись. Это продолжалось до тех пор, пока их не обнаружил один из интервьюеров, который нашёл их здесь и подсел к ним на кресло.
- Здравствуйте, я блогер с канала "fun la Harmonia", - представился мужчина, держа в руке микрофон. - Не против, если я возьму интервью?
- Конечно, почему бы и нет? - улыбнулась Лейла.
- Хорошо, тогда начнём.
Позже оператор направил камеру на команду Анатории, и началась запись интервью.
Журналист задавал участнице вопросы на нортвелийском. Джылдырым всячески старалась отвечать на них, хотя её уровень не был таким высоким. Некоторые слова девушка не знала, поэтому обращалась к Элиф за помощью.
- А как мне объяснить то, что я рада и волнуюсь одновременно по поводу конкурса? - спросила она полушёпотом.
- Есть такое слово, как "onxydnes". Можешь им воспользоваться, - спокойно объяснила Караташ.
Лейла кивнула, повернулась к журналисту и ответила:
- I be so onxydnes to representere Anatoria on La Harmonia Contest.
- Graut! Nehst hwest, - улыбнулся он. (Отлично! Следующий вопрос). - Wat say you to the import of thy melody? (Какое значение твоей песни?)
Чтобы объяснить значение, Лейле пришлось вновь повернуться к Элиф.
- А как будет "показать гордость за свою страну"? - спросила она.
Ненадолго задумавшись, та ответила:
- Это будет "To seawian the glory of mine countraland".
- To seawian the glory of mine countraland, - повторила Джылдырым.
Так и продолжилось интервью. Элиф спокойно относилась к тому, как Лейла часто к ней обращается. Нортвелийский не был её первым языком, а помогать - было одной из важных функций.
От этой мысли она тут же вспомнила собрание участников группы поддержки, на котором говорилось, что они должны помогать представителям, несмотря ни на что. Не важно, связано ли это с пением или нет - команда должна поддерживать артиста.
Джылдырым не спешила. И Караташ тоже не спешила отвечать.Как будто между ними было место - не только для слов.
Вдруг в эту часть коридора подошла Роксан. Она зашла сюда, чтобы наконец убедиться, есть ли Элиф здесь или нет.
Та тихонько прошла по коридору в эту комнату, стараясь понять, находится ли она здесь.
Какая же радость появилась внутри, когда Мунтяну увидела её - сидящую на диване. Было видно, как та сидела рядом с представительницей Анатории, объясняя слова на нортвелийском.
Сначала Роксан просто наблюдала. Но потом что-то в этом зацепило. Не сам факт помощи. А то, как это выглядело со стороны.
Элиф не делала из этого усилие. Не показывала: «я сейчас спасаю ситуацию». Она просто была рядом - как будто это естественно.
И в этот момент в голове Роксан резко всплыло другое.
Стол. Свет софитов. Интервью в Нидерфельде.
- А как будет... я немного волнуюсь? - спрашивает Мирела, чуть наклоняясь к ней.
Роксан тогда быстро отвечает. Старается не ошибиться. Держит тон ровным.
- Спасибо, - говорит Карнери и сразу поворачивается к интервьюеру, будто Мунтяну уже выполнила свою задачу.
И всё. Без паузы. Без второго взгляда.
Виксена моргнула. Здесь, в комнате, Лейла снова что-то уточняла у Элиф, а та спокойно объясняла дальше, не ускоряясь и не раздражаясь. А там - она просто «помогла».
Мысль пришла тихо, но неприятно:
«Я тогда тоже просто переводила. Не участвовала».
Роксан чуть сильнее сжала рукав своего пиджака.
- Интересно... - пробормотала она почти неслышно.
И сама не поняла, о чём именно это было.
Вскоре интервью у Джылдырым подошло к концу. Съёмки завершились, интервьюер вместе с оператором покинули небольшой зал.
Понимая, что Элиф тоже может выйти в этот момент, Роксан решила вернуться в главный зал, чтобы сохранить спокойствие.
И как раз Караташ вместе с Лейлой тоже вышли оттуда. У них завязался разговор по поводу языка:
- Как будет «я справлюсь»? - быстро спросила Лейла, поворачиваясь к Элиф.
Она уже открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент рядом послышался ещё один голос:
- I canst hanlen.
Роксан сказала это спокойно. Почти автоматически.
Джылдырым моргнула, будто не сразу поняла, от кого это прозвучало. Караташ тоже посмотрела на неё - чуть удивлённо, но без раздражения, скорее с интересом.
- Так тоже можно сказать, - добавила Мунтяну тише, будто только сейчас осознала, что вмешалась.
Лейла повторила фразу, пробуя произношение:
- Хм... Лучше звучит, - кивнула она.
Элиф слегка улыбнулась:
- Да. Более уверенно.
Роксан кивнула в ответ, но уже без привычного ощущения, что она «просто помогла».
Обычно после таких моментов она бы замолчала и отошла в сторону. Но сейчас... она задержалась.
Джылдырым снова что-то спросила у Караташ, и разговор продолжился без неё. Роксан автоматически сделала шаг назад - привычное движение, привычная роль.
И вдруг остановилась. Не полностью. Почти незаметно для окружающих.
Элиф заметила это первой. Не словами - взглядом. Быстрым, коротким, словно проверка.
- Ты тоже была на интервью раньше, да? - вдруг спросила она, негромко, не привлекая внимания.
Мунтяну моргнула.
Обычно на этом всё бы закончилось. Её бы поблагодарили. Или просто переключились дальше.
Она уже почти открыла рот, чтобы ответить привычное «да, всё нормально». Но вместо этого сказала:
- Да. И... там тоже часто просили переводить.
Повисла пауза. Она сама почувствовала, как это звучит.
И добавила, чуть ровнее:
- Хотя я тогда больше думала не о переводе.
Лейла уже ушла на пару шагов вперёд с Эркином, не заметив этого разговора. Караташ осталась рядом.
- А о чём? - спросила она спокойно.
Роксан на секунду отвела взгляд. И впервые не попыталась спрятать ответ за шуткой или короткой фразой.
- О том, что я говорю вместо себя, - сказала она.
Тишина была короткой. Не неловкой. Просто настоящей.
Элиф кивнула, будто поняла без объяснений:
- Это не всегда плохо.
Мунтяну чуть усмехнулась, но уже без привычной защиты:
- Зависит от того, слышат ли тебя после этого.
Караташ посмотрела на неё внимательнее, но не стала давить.
- Я услышала, - сказала она просто.
И этого оказалось достаточно, чтобы Роксан не отвернулась сразу. Она всё ещё стояла в привычной роли - рядом, чуть в стороне, не в центре.
Но впервые не чувствовала, что обязана там оставаться.
Вскоре, спустя некоторое время, началось само пре-пати. Участники по очереди выходили на сцену, где и выступали со своими номерами.
Они прошли довольно незаметно и тем самым подошли к концу. Участники выходили из закулисья, постепенно покидая здание.
Элиф шла чуть медленнее остальных. Лейла и Эркин ушли вперёд, обсуждая что-то про завтрашний график. Она не сразу поняла, почему остановилась.
Направившись в буфет, она увидела Роксан, стоящую у автомата с напитками. Не разговаривала. Ни с кем. Не в роли. Просто стояла и смотрела, как стакан медленно наполняется кофе.
Это было странно. Потому что раньше Элиф всегда видела её иначе - рядом с людьми, в моменте объяснения, уточнения, перевода. Как будто Виксена всегда была между кем-то.
А сейчас - нет.
Караташ сделала шаг ближе, но не сразу заговорила.
Мунтяну заметила её только тогда, когда взяла стакан.
- Что, теперь уже без сахара? - спросила Элиф спокойно.
Роксан чуть подняла бровь, будто вопрос был неожиданным именно своей простотой.
- Да. Иногда я так пью.
Короткая пауза.
Караташ кивнула, но не отвела взгляд:
- В Фьорле ты добавляла два пакетика сразу.
- Это было... случайно, - Мунтяну слегка усмехнулась.
- Два раза? - уточнила Элиф с лёгкой иронией.
Роксан не ответила сразу. Только посмотрела в сторону, будто вспоминая.
И в этот момент Элиф поймала себя на странном ощущении. Она привыкла думать о Роксан как о человеке «внутри процесса». Та, которая помогает. Объясняет. Переключается.
Но сейчас она просто... была.
- Ты всегда так стоишь в стороне? - вдруг спросила Караташ, не слишком серьёзно, но и не шутя.
Мунтяну повернулась к ней:
- В какой именно стороне?
Элиф чуть пожала плечами:
- Там, где ты не обязана быть в центре.
На секунду Роксан замолчала.
- Наверное... да.
Тишина между ними не была пустой. Она была внимательной.
- Странно, - тихо произнесла Элиф.
- Что странно?
- Я раньше думала, что ты просто... всегда знаешь, что делать.
Роксан тихо выдохнула, почти с усмешкой:
- Обычно это звучит наоборот.
Элиф слегка улыбнулась:
- Может, я просто не туда смотрела.
Роксан не ответила сразу.
И в этом молчании впервые не было роли, которую нужно выполнить.
Просто два человека, которые ещё не договорили друг о друге.
- Я просто... начинаю замечать тебя, - сказала Элиф наконец. - Не как часть команды.
Повисла тишина.
- А как? - тихо спросила Роксан.
- Пока не знаю.
И это было честнее любого определения.
Элиф сделала шаг назад:
- Увидимся.
- Увидимся, - повторила Мунтяну.
Элиф ушла, растворившись в коридоре и голосах. А Роксан осталась ещё на секунду. С кофе в руках. И с ощущением, которое было непривычным.
Не «меня используют». Не «я лишняя». А то, что её только что... увидели.
Караташ уже шла к своей команде, но мысль не отпускала. Она видела Роксан через соцсети. Много раз. В разных ситуациях.
Но только сейчас появилось ощущение, что всё это было поверхностно.
Как будто она знала силуэт, но не человека.
Мунтяну же осталась у автомата ещё на мгновение дольше, чем нужно.
И впервые не пыталась объяснить себе, почему разговор не закончился привычной пустотой.
Потому что в нём не было пустоты.
Таким образом и завершился день в Лузерии, где Роксан чувствовала себя чем-то большим, чем просто переводчицей или девочкой на побегушках.