Нимфоманка. Курс (не)лечения |18+

Ошибка, совершенная другим, всегда кажется гадкой, но стоит нам самим сделать подобное, и это уже не выглядит так плохо. Чужие пороки всегда хуже наших пороков. Свои мы всегда можем оправдать, а чужие судим по полной.

Светлана Мерцалова.
С опозданием на много лет..

От лица Самуэля:

С подобным в своей практике я сталкивался впервые. И нет, я сейчас говорю вовсе не о нимфомании. Пациентов с эротоманией и гиперсексуальностью через мое кресло прошло более чем достаточно. Я больше чем уверен, что в современном мире от скрытой сексуальной зависимости страдает чуть ли не каждый третий.

Вот только ничтожно малая часть людей способна признать это и прийти за квалифицированной помощью к врачу. В основном люди стыдятся, прячут свои девиации под маской приличия и упорно делают вид, будто сверхповышенное либидо и беспорядочные связи — это абсолютная норма.

Но это ложь. Подобный диагноз на корню разрушает обычную, здоровую жизнь. Человек с такой зависимостью не способен сконцентрироваться на работе, на карьере, на хобби или бытовых мелочах.

Мозг нимфоманки заперт в ловушке: он думает только о том, как поскорее получить очередную порцию эндорфинов и разрядку. Она раба собственного оргазма.

Я чиркнул зажигалкой, глубоко затянулся и подошел к панорамному окну. Там, далеко внизу, на залитом солнцем тротуаре Манхэттена, отчетливо виднелся крошечный силуэт моей новой пациентки. Кимберли Харт. Безумная, сумасшедшая девчонка, которая буквально одержима внутренними бесами, похотью и первородным грехом.

Такой строптивой и опасной особы в моих стенах еще не было. И я уже сейчас отчетливо понимал, что эта история будет иметь очень странный, возможно, катастрофический финал. Эта девчонка мгновенно привлекла мое внимание, пробив все барьеры профессиональной защиты.

Я докурил, бросил окурок в пепельницу и подошел к напольному зеркалу. Взгляд сам собой опустился на правое бедро дорогих дизайнерских брюк, где красовались отчетливые, уже подсохшие пятна от соков её изголодавшейся киски. Я поспешно запахнул полы медицинского халата, стараясь скрыть этот позор от самого себя. Черт, я даже не представлял, как буду объяснять всё это своей жене, если она заметит...

С Элеонорой у нас были стабильные, хорошие отношения. Мы много лет прожили вместе, построили статус, вырастили общего сына Итана. Но, понятное дело, я оставался мужчиной. И как бы сильно я ни уважал свой брак, я всегда поглядывал на молодых, сочных девушек. Такова мужская плоть, мы сотканы из первобытных инстинктов, и отрицать это глупо.

Я медленно вернулся к своему дубовому столу. Мой взгляд тут же наткнулся на край столешницы, где лежал крошечный, кружевной лоскуток — мокрые трусики Кимберли. Воздух в кабинете словно разом закончился.
— Ты попал, причем по-крупному, Сэм... — глухо произнес я в пустую комнату.

«Сэм...» Она посмела так развязно обратиться ко мне. Светила психиатрии, кандидата наук, авторитетного доктора, директора лучшей, частной клиники в Нью-Йорке она назвала просто по имени.

И самое страшное — я ей это позволил. Не выставил за дверь, не оборвал на полуслове.
В штанах мгновенно стало невыносимо тесно. Член налился тяжелой, болезненной кровью, стоило мне лишь на секунду представить, как я срываю с Кимберли этот чертов белый пиджак, жестко нагибаю её над своим рабочим столом и с размаху вонзаюсь сзади в её тесную, брызжущую смазкой промежность. Заставляю её умываться собственными слезами и стонать мое имя.

— Стоп. Мать твою, остановись, Сэм... — я с силой зажмурился и потер виски, прогоняя наваждение.

— Тебе нужно срочно прийти в себя. Остыть. Прямо сейчас отменить вечерних пациентов и поехать в спортзал, чтобы жестко перезагрузить мозги. Иначе эта нимфоманка сожрет тебя с потрохами.

***

От лица Кимберли:

Все то время, что оставалось до вечера, меня немилосердно трясло. Впервые в жизни я ощущала себя настолько беспомощной перед чужой волей. Что, если Сэм и вправду окажется чертовым гением? Что, если его «шоковая терапия» сработает, и я навсегда перестану чувствовать это дикое, сжигающее изнутри возбуждение? Как я буду жить дальше, если лишусь своего главного удовольствия? Эти вопросы мучили меня, выжигая мозг.

Но первобытное, изнуряющее желание снова оказаться в руках доктора Блэквуда и в конце концов сесть на его стояк было сильнее любых страхов.

Как только стрелки часов приблизились к назначенному времени, я запрыгнула в машину и рванула на свой первый официальный сеанс.
В элитном медицинском центре уже почти никого не было. Длинные коридоры погрузились в приятный полумрак, а большая часть персонала разошлась по домам.

Я дошла до нужной двери, но не успела даже поднять руку, чтобы постучать — массивная створка распахнулась, и я столкнулась лицом к лицу с Самуэлем. Он уже снял белый халат, оставшись в одной черной рубашке с закатаными рукавами, обнажающими крепкие, мускулистые предплечья.

— Вы вовремя, мисс Харт.

— Не в моих интересах опаздывать, доктор, — я вызывающе цокнула каблуками и прошла мимо него в кабинет.

— Минут через двадцать последние сотрудники покинут этаж.

— И? К чему эти логистические подробности? — я обернулась, скрестив руки на груди.

— Подождем немного. Мне нужно, чтобы клиника была абсолютно пустой, — Самуэль вернулся к своему столу, открыл мою карту и лениво заскрипел ручкой. — Для начала заполним анамнез. У вас есть вредные привычки?

— Я курю. Нечасто, иногда... Когда бываю очень злой или взвинченной. Например, как сейчас.

— И как? Сигареты вам помогают? — он поднял на меня тяжелый взгляд, и в его глазах промелькнула насмешливая ухмылка.

— Нет. Это иллюзия обмана. Они только травят мой организм, а внутренний пожар никуда не исчезает.

— Рад, что вы хотя бы это понимаете. А как обстоят дела с алкоголем?

— Мы не лучшие друзья, но вполне хорошие знакомые, — я порочно улыбнулась, присаживаясь на край серой кушетки.

— Что именно предпочитаете пить?

— Вино. Желательно белое, сухое и ледяное.

— А из более крепкого алкоголя?

— Водку. Чистую. Желательно в компании мужчин.

— Удивляете, Кимберли, — Самуэль хмыкнул, закрывая карту и откладывая ручку в сторону. — С этим нужно завязывать. Вы разрушаете себя.

— Не имею ни малейшего желания завязывать с тем, что приносит мне удовольствие.

— Тогда... я заставлю вас захотеть, — его голос опустился до низкого, вибрирующего баса, от которого у меня между ног мгновенно образовалось целое болото.

За панорамными окнами окончательно стемнело. Послышался щелчок закрывающейся входной двери на этаже — клиника опустела. В тишине кабинета отчетливо застучали его тяжелые шаги. Самуэль подошел ко мне вплотную и ледяным, не терпящим возражений тоном приказал:
— Разденьтесь полностью. Догола, мисс Харт.

— Чего? — я буквально выпучила глаза, а мое сердце сделало кульбит. — Раздеться? Прямо здесь?

— Да. Вы пришли на сеанс шоковой терапии. Вы должны быть полностью обнажены перед своим лечащим врачом. Начинайте.

Внутри меня все мгновенно вспыхнуло адским пламенем, киска запульсировала от дикого прилива крови, но растерянный мозг все еще пытался сопротивляться. Дрожащими пальцами я медленно расстегнула пуговицы, скинула на пол пиджак, а затем и остальную одежду. Под его тяжелым, сканирующим взглядом я осталась стоять абсолютно голышом посреди кабинета.

Самуэль медленно обошел меня по кругу, оценивая каждый изгиб моего тела, словно хищник перед броском. Когда его длинные, горячие пальцы внезапно коснулись моих сосков, я больно закусила губы до крови, сдерживая стон. Соски мгновенно превратились в твердые бусины.

Доктор ничего не говорил. Его рука плавно скользнула ниже, обжигая кожу живота, и проникла прямо между моих раздвинутых бедер. Сэм уверенно провел пальцами по моей истекающей соком промежности, собирая обильную, тягучую влагу. А в следующую секунду он поднял руку и... грубо, властно обмазал моей собственной смазкой мои стоячие соски.

Я затаила дыхание, голова пошла кругом. Но Самуэль на этом не остановился. Он резко наклонился вперед, его горячие губы обхватили мой мокрый сосок, и тут я уже не выдержала — тихо, протяжно застонала, выгибаясь к нему навстречу. Сэм неторопливо, с оттяжкой облизал мою грудь, заставляя меня буквально плавиться от похоти, а затем отстранился, вытирая губы тыльной стороной ладони. Его глаза горели первобытной темнотой.

— А теперь... идите за мной, Кимберли. Шоу начинается.

***

Сэм повел меня, абсолютно обнаженную, через весь длинный, погруженный во мрак коридор клиники. Стыд и непривычное смущение липкой волной окатили тело: я шла босиком по холодному полу, шлепая каблуками туфель в руке, и понятия не имела, что этот черт собирается со мной сделать. Он остановился у неприметной двери, повернул ключ в замке и пропустил меня внутрь.

Стоило мне переступить порог, как меня крупно затрясло от панического азарта. Посреди смотровой комнаты, в холодном свете медицинских ламп, возвышалось массивное гинекологическое кресло.

— Зачем мы здесь, доктор? — я обернулась к нему, пытаясь удержать на лице маску безразличия.

— Сначала осмотр, а после — терапия, — его голос звучал пугающе спокойно. — Садись на кресло, Кимберли. Разведи бедра и зафиксируй ноги на металлических выступах.

Я сглотнула вязкую слюну и послушно выполнила приказ. Гордость трещала по швам, уступая место первобытному страху: я сидела перед ним, полностью раскрытая, положив икры на леденящие железные подножки. Самуэль шагнул вперед, вставая вплотную, и его пронзительный взгляд тут же устремился к моей промежности.

— Она буквально течет... — хрипло констатировал он.
Доктор резко отвернулся, и в его руках со зловещим звуком натянулись кожаные ремни. Прежде чем я успела сообразить, он навалился на меня своим массивным телом, блокируя любые попытки сопротивления, и начал быстро, профессионально связывать мои руки и туловище, намертво притягивая их к основанию кресла.

— Что вы делаете?! — вскрикнула я, дергаясь всем телом.

— Делаю так, чтобы ты не сбежала с собственного лечения, — жестко отрезал он.
В следующую секунду широкие кожаные фиксаторы намертво зажали мои лодыжки. Меня охватил настоящий, подступающий к горлу испуг, но дороги назад уже не было. Самуэль снова встал между моих широко разведенных ног.

Его длинные пальцы опустились на мою плоть, медленно скользя по испачканным соком губам, но он намеренно, издевательски обходил стороной пульсирующий бугорок. Мы пожирали друг друга взглядами: я пыталась выгнуться навстречу его руке, но прочные ремни не давали мне сдвинуться ни на миллиметр.
Наконец его палец с влажным звуком глубоко скользнул внутрь моей тесной дырочки.
— Ах... — я судорожно запрокинула голову, закатывая глаза. — Умоляю, Сэм... Быстрее!
Он двигал пальцем медленно, тягуче, заставляя меня буквально сходить со ума от невыносимого, дразнящего зуда внизу живота. Контроль ускользал от меня.
— Ускорься, черт тебя подери! Сделай это нормально! — в ярости приказала я, теряя остатки разума.

Самуэль тут же резко выдернул палец, лишая меня даже этой крошечной ласки.
— Сэм, прошу тебя... Ну же!
Он молча отошел к стеклянному шкафчику в углу комнаты, открыл дверцу и достал оттуда узкую, короткую кожаную плеть. Не говоря ни единого слова, доктор Блэквуд вернулся к креслу, замахнулся и со всей силы хлестнул ремнем прямо по моей мокрой, беззащитной киске.

— А-а-а! Черт! — пронзительный крик боли и дикого наслаждения сорвался с моих губ. Глаза обожгло слезами. — Ты что творишь, подонок?!

— Во-первых, я уже предупреждал вас, мисс Харт: для вас я доктор Самуэль Блэквуд, — его лицо оставалось безжалостной маской. — А во-вторых, на моем сеансе вы не получите оргазма. Вы будете терпеть.

— Мистер Блэквуд, вы издеваетесь?! Я на такое не подписывалась! Отпустите меня немедленно! Я буду кричать так, что сюда сбежится вся полиция Манхэттена!

— Это основа моей шоковой терапии, Кимберли. Довести до предела, соблазнить, но не дать разрядки, — он снова повернулся к шкафчику, доставая оттуда круглый силиконовый кляп на кожаных ремешках.

— А это — для того, чтобы ты не отвлекала врача своими криками.
Он грубо толкнул кляп мне в рот, лишая возможности говорить, и застегнул пряжку на моем затылке. Я могла лишь глухо мычать, безуспешно брыкаясь в прочных путах. Моя киска буквально плакала, источая липкие соки, каждая клеточка тела требовала немедленного, спасительного оргазма, но я была полностью беспомощна.

Самуэль отошел к медицинскому столу, и когда он повернулся ко мне снова, в его сильных руках зловеще блеснули тонкие датчики с тонкими электрическими проводами.
— А теперь, мисс Харт, мы подключим физиотерапию. И я буду аккуратно бить вашу ненасытную киску микротоками...

От автора:

Всем приветик мои хорошие ❤️ Как вам глава?

Как вам мысли от лица Сэма?

И как вам концовка с микротоками?🙊

Что же будет дальше?

Пишите скорее свое мнение в комментариях
❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️