Глава 18
Было бы смешно уснуть, сидя в кресле возле Пэйтон. Нет, Адель вообще не помнила, чтобы спала в аэропортах или самолетах. Тем более, слишком волнительно, а вдруг за это время что-то случится. Нет, нет, Пэйтон будет смотреть на нее спящую, вдруг потечет тушь. Она не может позволить себе такое.
Адель перевела взгляд на капитана, но Пэйтон снова смотрел на дисплей, читал, или дремал, она не видела его глаз. Его поза была расслаблена, он даже снял летный китель и повесил его на ручку чемодана, одной ногой он упирался о чемодан.
И пахло от него вкусно: уютом и теплом, летом и морем, а еще Провансом и чистыми простынями. И еще поддержкой, улыбкой. Глаза Адель стали закрываться, она даже не поняла, как мысли переросли в сон. Эти мысли продолжались, показывая свой фильм: где есть счастье, есть свобода, есть километры неба и миллиарды луговых трав, которые пахли любовью.
Ее голова коснулась плеча Пэйтона, но он даже не вздрогнул, просто закрыл в этот момент глаза и затаил дыхание. Как хотелось ее сейчас поднять на руки и уложить на постель. Или хотя бы прикрыть чем-нибудь, например, своим пиджаком. Он так и сделал, аккуратно стянул его с ручки чемодана и свободной рукой накинул на плечо Адель. Пусть спит, они еще наработаются или насидятся, но в любом случае, сейчас нужен отдых.
Было приятно чувствовать ее рядом, эти минуты хотелось растянуть на самое долгое время. И даже стало безразлично, что подумает Кевин, который с Арани вышел из магазина. При виде спящей Адель, голова которой покоилась на плече Пэйтона, Кевин даже остановился. А вот при виде угрюмого Пэйтона, быстро прошел к свободному месту и сел на него.
Пэйтон автоматически уставился в планшет, но содержание теста его уже не интересовало. Или не мог сосредоточиться. Он переводил взгляд с планшета на молодого человека, работающего за стойкой регистрации. Именно он должен был первый получить известие о снятии ограничений, а потом доложить капитану. Но пока все было спокойно, а в ожидании многие задремали. Даже Ханс захрапел, но внезапно проснулся и через несколько секунд вновь погрузился в сон.
Адель пригрелась, ей вдруг стало тепло и очень уютно. Картинки сменяли одну за другой: поля, поля, она бежит, раскинув руки в стороны, папин дом, откуда пахнет свежей выпечкой, Элис улыбается и протягивает руки, чтобы поймать ее. Вот только вместо себя Адель уже видит Фабиану - маленькую девочку с пони в руках. А сама стоит и наблюдает за ними. Элис рада, Фаби тоже, но вот у самой уже радости нет. Зато она слышит голос Пэйтона. Грозный голос Пэйтон. Она не видит его, но отчетливо слышит - он недоволен...Или нет, скорее, он зол.
Адель чуть вздрогнула во сне, но даже не открыла глаз и прижалась к капитану сильнее.
В этот момент телефон у молодого человека за стойкой регистрации зазвонил, тот взял его и перевел взгляд на Пэйтона.
Это был старт к тому, что надо готовиться к заходу на борт, прошло уже даже больше чем 5 часов. Но не факт, что сейчас дадут разрешение на взлет. Может, просто информируют о том, что вулкан удвоил силу и решил засыпать пеплом этот город.
Надо было вставать, но Адель так сладко спала, очень не хотелось ее будить. Пэйтон коснулся свободной рукой ее щеки, и Адель тут же открыла глаза. Как она могла уснуть? И сколько она проспала? Сколько прошло времени и сколько сейчас часов? Почему так тихо и что делает на ней пиджак Пэйтона? Адель ничего не понимала, сонно наблюдая за тем, как капитан прошел к столу, где ему тут же дали телефонную трубку. Она поежилась, рукой коснулась прически и тут же зевнула. Как же было сладко, но как же так получилось, что она уснула? Боже! Она задремала на плече капитана! А его пиджак, от которого пахло любимым запахом, согревал и только погружал в сон больше.
Адель закуталась в него плотнее и перевела взгляд вправо на Ханса - он тоже дремал, а потом налево - на нее смотрел Кевин. Он смотрел уже не удивленно, потому что за время пока сидел рядом и видел эту картину, то привык. Ничего ему объяснять не хотелось, она просто пожала плечами и снова зевнула. Сейчас она в полудреме, мало что соображала. А вот зато реакция Ханса ее посмешила после того, как Пэйтон подошел к экипажу и начал их будить. Тот тут же вскочил и сложилось ощущение, что не спал вовсе.
- «Charlemagne», нам разрешили пройти на борт, есть шанс улететь, если поторопимся, - Пэйтон схватил чемодан за ручку и ждал хоть какой-то реакции от бортпроводников. Его услышали и послушали все. Начали копошиться, переговариваться, вставать со своих мест и ждать дальнейших действий. После того, как капитан взглядом обвел всех этих людей, минуя Адель и Кевина, потому что они стояли позади, то произнес:
- У нас есть полчаса, чтобы улететь. Делать надо все быстро. Пассажиров будем принимать сразу, сейчас я как раз позвоню Майе, чтобы она их уже вела на борт.
Он достал телефон и на ходу принялся звонить, совсем забыв про свой китель, которым прикрыл спящую Адель. Зато она не забыла, просто еще спросонья не поняла, не осознала, а все удивленно кидали взгляды на эту картину.
- Майя, веди пассажиров, - произнес Пэйтон в трубку, - только поторопи их, нам дали полчаса на посадку.
- Уже бегу, Пэйтон. Все сделаю как надо, не переживай, - ответила она, а в этот момент капитан получил свой китель обратно - Адель вернула его, даже не желая ничего обсуждать.
Но это желала обсуждать Саманья. Конечно, она бы не прошла молча - догнала Адель и пошла рядом:
- Тебе идет быть капитаном, - утрировала она, - или с капитаном.
- Отстань, я просто задремала и замерзла, - начала оправдываться Адель, злясь на Пэйтона, что он вообще ее укрыл.
- Может, мне тоже замерзнуть?
Но тут же встряла Арани:
- Если ты умрешь от холода, он не заметит, потому что ты, как и я, сидела далеко от него! Наша Адель куда умнее, - она буквально навалилась на двух стюардесс, - плевать, что он женат, у мужика любовница должна быть обязательно! Чур, Ханс мой. И Кевин тоже.
- Будешь чередовать? - Фыркнула Саманья, а Адель вообще старалась молчать и ничего не комментировать.
- Займитесь более полезным делом, чем сплетничать! - Неожиданно громогласно вставила Тора, и девушки тут же отошли друг от друга, но Арани промолчать не смогла:
- Мы идем, и более полезного дела, чем разговаривать во время пешей прогулки, я не знаю. Зато весело. Вот ты кого бы выбрала из наших мужчин?
Тора даже открыла рот от неожиданно заданного вопроса. А потом внезапно улыбнулась, взглядом давая понять, что капитана. Все девушки рассмеялись, даже Адель это повеселило.
Дорога до самолета прошла весело, в обсуждении мужчин, которые шли впереди и даже не подозревали об этом. Не печалило даже то, что все еще остается вероятность не улететь с Исландии. Если так и случится, то Адель решила напиться - надо срочно снять стресс. Хотя, это довольно-таки странный способ. Но говорят, помогает.
В самолет они попали по телетрапу, быстро покидали свои вещи, и пока Пэйтон осматривал самолет, то принимали пассажиров.
Было уже приятно видеть некоторых из них, например, мистера Хоффмана и молодожен Дюссо, даже когда внесли Жозефину, все улыбнулись, кроме Саманьи. Она по-прежнему ненавидел эту собаку.
- Вы сказали про нее капитану? - Она задала этот вопрос Майе, но та лишь улыбнулась.
- Она не доставляет хлопот, пусть летит.
Саманья рассвирепела, после этих слов:
- Может вам она даже принесла денег, а вот мне дерьмо, лежащее на кресле.
- Саманья! - Тут же воскликнула Торра, - Пэйтон уже ничего не сможет сделать. Решение руководство неоспоримо. Просто давайте побережем нервную систему капитана, ему и так несладко.
- А мою нервную систему кто будет беречь? - Саманья развернулась и пошла к себе в салон.
В кокпите пилотам точно было не до собачки, и если Пэйтону сказали про нее, он бы не услышал - так был занят работой и желанием улететь отсюда быстрее и дальше.
- «Charlemagne», запуск двигателей разрешаю, - послышался голос диспетчера, и Пэйтон кивнул Хансу. Пока тот запускал двигатели, то капитан следил за показаниями приборов. Все было идеально. Пусть дорога будет гладкой!
Тора закрыла двери в кокпит и посмотрела в салоны - все бортпроводники стояли в проходе возле кресел и ждали приказа капитана. Адель улыбнулась старику и не смогла промолчать:
- Вам понравилась Исландия, мистер Хоффман?
Он улыбнулся скромно, чтобы не показывать свои зубы, которые явно в силу возраста уже являлись не белыми. Но Адель хотелось бы, чтобы этот старичок расслабился хотя бы здесь.
- На этой земле очень скромная природа, но она по-своему уникальна. Нас возили на горячие источники, мне очень понравилось. Я видел ваших коллег, Адель, но я не видел вас.
- Я устала больше, чем думала, решила отдохнуть в номере.
- Я так и подумал, - кивнул он, - если бы моя дочь не заплатила, то я бы тоже остался в номере.
Теперь уныло улыбнулась Адель: он не знает, что может не ходить, если не хочет. Воспитание не дает ему транжирить деньги дочери впустую. Но за все заплачено изначально.
- Вы можете не ходить, если вам не хочется. А если вдруг нездоровится, то оставайтесь в номере и пригласите врача.
- Ах, нездоровится, - он задумался, - одной мадам было плохо, она все время чихала и чихала. Кажется, они с мужем сидят в салоне дальше.
Адель вспомнила, как в гостинице наткнулась на ее мужа, тот хотел вызвать врача. Может быть что-то серьезное? Адель занервничала, если она заразит других, то никто не испытает кайф от путешествия.
Она подошла к Майе:
- Вы знаете, что одна ваша пассажирка болеет?
- Та, которая чихает? Это аллергия, так сказал доктор, ничего серьезного. Это не заразно.
Майя натянула улыбку, победив в этой схватке. Адель не оставалась ничего, как отойти и снова взглянуть на своих пассажиров. Слава Богу, что в ее салоне никто не чихает. А мистер Хоффман всегда очень бодр, что радует. И молодожены через проход коснулись рук друг друга. А вот Аврора сидела тихо, уставившись в иллюминатор. Ее муж, наверно, отдыхал по полной в отдельной кабинке. Мужчина, имя которого Адель даже не знала, до сих пор казался ей странным: молчаливым и угрюмым. Он среднего возраста, а летает один. Хотя, кажется, в аэропорте она видела его друга, они стояли вместе, но молча. Очень странно, что летят они в разных салонах самолета.
- Уважаемые леди и джентльмены, говорит капитан. Прошу прощения за небольшую задержку, мы не могли взлететь по расписанию, потому что пепел из проснувшегося вулкана пригоняло ветром в сторону аэропорта. Сейчас ветер изменил направление, и мы готовы к взлету в Монреаль. Я желаю вам приятного полета. Экипажу занять свои места.
Саманья села рядом с Адель, которая уставилась в маленькое окошко, огороженное красной сигнальной лентой:
- Предчувствие у меня какое-то плохое, - произнесла она, привлекая внимание Адель.
Та взглянула на нахмуренные брови и озабоченный взгляд подруги:
- Иногда бывает, это пройдет. Просто волнение от этого вулкана, пепел от которого может достичь нас в небе... - она чуть не поперхнулась, представив такую картину. Нет, Пэйтон опытный пилот, он не позволит умереть стольким пассажирам, рисковать он не станет. Если почувствует опасность, то обязательно посадит самолет в ближайшем аэропорте.
- Обычно все сбывается, что я чувствую. Моя бабка была ясновидящей, даже моя мама что-то может видеть. Я не вижу, но я чувствую.
- И что ты чувствуешь? Можно поконкретнее, - Адель к ней обернулась, слегка заволновавшись.
- Тревогу, волнение, должно что-то произойти.
С минуту Адель смотрела на Саманью и не знала, что ответить. В мыслях чего только не было. Если бы та сказала такое лет пять назад, то с Адель точно бы случилась истерика. Но сейчас нельзя давать показывать свой страх и неуверенность. Да и вообще, существуют ли ясновидящие? Это смех. Нет, Саманья преувеличивает и не более. Ей страшно, поэтому, она себя накручивает.
- Успокойся, иначе твое волнение заметят пассажиры. К тому же мы уже взлетели, все нормально, летим плавно, даже турбулентности нет...
Но ее слова прервало внезапное колебание самолета, которое увеличивалось все больше и больше... Адель продолжала смотреть на Саманью большими испуганными глазами. Как давно Адель не испытывала страха, даже не думала о нем, а теперь буквально запустился этот механизм.
Через несколько секунд самолет вновь полетел плавно, погасло табло «пристегните ремни», и девушки выдохнули.
- Ну ты меня напугала, - пробурчала Адель, вставая со своего места, - это всего лишь турбулентность.
Но стюардесса коснулась ее руки и мотнула головой:
- Турбулентность прошла, а тревога осталась.
- Пройдет, а если Тора заметит, то пройдет быстрее. Пойдем работать, курица и рыба нас ждут.
Пока они раскладывали касалетки на тележку бортового питания, к ним присоединились Кевин и Дав. Запах подогретой еды разжигал аппетит, Адель только сейчас поняла, что ничего не ела:
- А почему пилоты едят, а мы - нет?
- Мозг надо питать, - тут же вставила Дав и получила едкий взгляд от Кевина, - я не хотела сказать, что мы глупее...
- Это развлекаловка такая - еда, - теперь высказала свое мнение Саманья, - посиди на одном месте столько времени. Да еще экстренные решения принимают, следят за цифрами на дисплее, ой, за такое их надо кормить еще больше и чаще.
- От еды мозги как раз хуже работают, - наконец вставил свое слово Кевин, - глюкоза поступает в кровь, потом в мозги и все! Мы можем получить спящих пилотов.
Все уставились на него, и явно каждый думал о своем, но тема была одна - спящие пилоты.
- Давайте сегодня не будет их кормить, - тихо прошептала Дав, переживая за то, что полет сегодня чуть необычный из-за вулкана.
Кевин даже улыбнулся и кивнул, соглашаясь, но Адель вставила свое слово:
- С ума сошли? Мозги, если их не питать, работать не будут. А у нас сложный полет. Я отнесу им еду. Кстати, а где Тора?
- Ее позвала Эмма, там какие-то проблемы, ее пассажирка все время чихает, - произнес Кевин, растравляя бутылки с напитками, - та самая, которая всем в округе уже надоела.
Адель не придала значение его словам, ведь Майя ей сказала, что вопрос решен - пассажирка не заразна и может лететь без проблем.
- Майя сказала, что у нее аллергия. Если Тора занята, то я отнесу Пэйтону и Хансу ужин, - она стала собирать им поднос, аккуратно раскладывая салфетки, бережно положив столовые приборы. Но так бы она делала для всех пилотов, а не только для Пэйтона. От процесса ее отвлек голос Торы, которая влетела на кухню:
- У нас проблемы, девушка задыхается и это уже не смешно.
Все обернулись и замерли. Адель поставила чашку на поднос, чуть его не опрокинув. Первые секунды - это осознание проблемы, в следующие наступает паника. Но пока была надежда на умение Торы действовать в таких ситуациях.
- И что делать? - Спросил Кевин, - у нас есть медики на борту?
Тора стояла запыхавшаяся и было видно, что ее мысли никак не могут собраться в единое целое. Но она перевела дыхание и на секунду закрыла глаза - ничего не изменится и не случится за пару секунд, пока она приходит в себя. А потом дала распоряжение каждому. Сначала указала на Кевина, который говорил про врача:
- Спроси в салоне про врача или хоть кого-то с медицинским образованием.
Потом она перевела взгляд на Саманью и Дав, которые шокировано стояли к ней ближе:
- Вы пойдете со мной, возьмите аптечку, а ты, - она указала на Адель, - скажи пилотам, что ее состояние не очень хорошее.
Адель кивнула несколько раз, затаив дыхание, и кинулась к бронированной двери. Она нажала на кнопку вызова, и дверь тут же открылась. Пэйтон впустил ее сразу, как только увидел на экране. Даже улыбнулся ей, как и Ханс, который ждал хоть чашку кофе. Но стюардесса обратилась к капитану и не обращала внимание на улыбки:
- У нас девушка на борту с аллергией задыхается.
Пэйтон перевел взгляд на радар, понимая, что они летят над Атлантикой и под ними целый океан.