Глава 9
Адель еще долго хмурилась, глядела на Арани, и задавала себе вопрос: а что в ней особенного? Да, возможно она скорректировала свои брови и ресницы, слегка подкачала губы и щеки, подколола заметные морщины, напрочь лишая мимические мышцы помнить о том, что их задача - сокращаться. Ах, да! Они не могут этого делать после инъекций. Все в совокупности с идеально стройной фигурой выглядит изумительно. А ее манеры... Она всегда улыбается, что является открытыми воротами к более тесным отношениям.
Адель переводила взгляд на Ханса, который беседовал с Арани, оценивая его отношение к ей. А он упивался этим общением, внимательно слушал ее и говорил сам.
Пришлось переводить взгляд на стюардов: на Фритца, который сидел возле окна в наушниках и дремал, и на Кевина, обсуждающего с Дав, что Эмма не знает о своей кличке. Кевин доказывал, что знает, но Дав утверждала обратное.
Затем Адель взглянула в сторону Пэйтона, он сидел в начале автобуса, иногда поддерживая разговор с Майей. Кстати, она раздражала еще больше, чем Арани, потому что такие женщины гораздо опаснее, от них не ждет подвоха, а они бац, взрывают самолет, уводят женатого мужчину из семьи или кидаются в постель к капитану. От тихушниц не знаешь, что ждать.
С Арани все понятно - максимум ее победа будет в том, что она окажется в одной постели в Хансом. Даже Кевин откажет, потому что все время смеется над ней. Или... Саманья права?
Рассуждая над этим, Адель не заметила, как пролетело время в дороге. Автобус остановился у входа в аэропорт, где их уже ждали сотрудники «Charlemagne». Стало волнительно, как будто она сдает какой-то важный экзамен в жизни. Но это волнение обосновано, ведь она должна превзойти себя и работать лучше чем обычно. Хотя, куда еще лучше? Адель всегда относилась к пассажирам с должным вниманием. Бывали конечно случаи, как с тем парнем, которого она так жестоко отшила. Но он тоже издевался над ней и просил воду каждые пять минут.
В салон самолета члены экипажа «Charlemagne» попали через час, а это довольно быстро, если учесть, что перед стартом должно быть подписано и взято куча бумаг. К тому же прошел брифинг, но Пэйтон провел его довольно быстро из-за слаженных отношений со своим вторым пилотом. Ханс оказался очень быстрым и юрким, он сбегал к диспетчерам за сводкой погоды так быстро, как это было только возможным, а в самолете сразу приступил к вбиванию маршрута.
Пока шел брифинг между пилотами и экипажем, Адель вспомнила, как впервые узнала от Пэйтона что вообще такое брифинг. Сейчас она сидела за одним столом с ним и еще раз убедилась в том, что благодарна Пэйтону за то, что привил ей любовь к небу. Через час они взлетят, ее работа начнется полным ходом, но это будет наслаждением.
Адель стояла в первом салоне самолета, еще раз обвела взглядом кабинки - внутри все было идеально. Пассажиры будут довольны.
Ее поставили работать в первый салон вместе с Саманьей, Эммой и тайкой Дав. Тора выделила ей первые шесть кабинок, она же стала инициатором того, чтобы Адель работала именно в первом салоне. Услышав от старшей стюардессы этот график распределения членов экипажа по салонам, даже Пэйтон от удивления оторвался от сводки о количестве пассажиров на борту и их багажа.
Это фантастика, что Адель будет работать по соседству с кабиной пилотов. Тора как будто знала, что делает.
Взгляды Пэйтона и Адель даже пересеклись между собой, но девушка тут же разорвала зрительный контакт и что-то прошептала Кевину. У них уже видимо сложился некий тандем, своя команда, группа, куда входило еще несколько человек.
Пэйтон очень внимательный, он замечает и запоминает мелочи и может уже сказать несколько слов о каждом члене своего экипажа.
В салон самолета он зашел последним, слушая идущего рядом механика о технических моментах. В кабине Ханс уже вбил маршрут, стюардессы в салоне готовились к принятию пассажиров, а капитан еще не провел осмотр самолета - обычная, но очень важная процедура перед полетом.
Натянув на себя зеленый сигнальный жилет, Пэйтон вышел в салон, где тут же встретился с Майей. Она пришла вместе с экипажем и будет знакомиться с пассажирами уже в процессе полета. Или в аэропорту Осло, потому что в полете многие пассажиры мало понимают информацию: кто-то боится и нервничает, а кто-то спит.
- Пэйтон, у меня вопрос, - остановила она его, - ты же будешь встречать пассажиров, когда они будут заходить в самолет?
- Да, - Пэйтон слегка улыбнулся, вспомнив, что когда только пришел в авиацию, то очень любил стоять возле кокпита рядом со стюардессами и встречать пассажиров. Как давно это было! Почему этого больше нет? Нет времени, нет сил или желания? Он поймал себя на мысли, что будет рад увидеть хоть часть пассажиров, которые будут летать на этом самолете столько времени. К тому же, они должны видеть того, кто на этом борту главный - так попросили учредители. А еще ему будет приятно стоять рядом с Адель! Странно, что Тора поставила ее работать прямо рядом с кокпитом, как будто что-то заподозрила. Но с этим он разберется позже, а сейчас - предполётный осмотр самолета и девушка с неординарной внешностью пытается уловить его взгляд и разговорить. - Мне некогда, надо осмотреть самолет.
- Да, конечно, - кивнула Майя и развернулась, чтобы сесть на свое законное первое место. Но встретилась с испепеляющим взглядом стюардессы. Она пока здесь никого не знала, только Тору, но эта девушка выделялась среди всех необычной формой глаз - миндалевидной. Но в них читалась неприязнь, и чтобы скрыть ее, стюардесса отвернулась.
Адель взглянула на Кевина, который о чем-то спорил с Торой. Или он что-то просил, Адель не улавливала слов, только видела невозмутимый вид старшей стюардессы.
- Знаешь о чем просит Кевин? - К Адель подошла Саманья и кивнула в сторону своих спорящих коллег.
- Кевин хочет работать в первом салоне?
- Верно, - кивнула та, - но упрямая Тора еще та заноза, отказывает ему. Вот ты бы кого убрала из нашей команды, чтобы поставить Кевина за место этого человека?
- Сама бы убралась, - устало ответила Адель, понимая лишь то, что сложнее будет работать рядом с Пэйтоном. Радует лишь то, что пилоты не выходят из кокпита. Лишь изредка.
Саманья одарила подругу удивлённым взглядом и прошептала:
- Как тебе надзиратель за пассажирами? С Пэйтона глаз не спускала, составит хорошую конкуренцию Арани.
Адель улыбнулась, не показывая белоснежную улыбку и не оборачиваясь к Майе. Как точно Саманья описала работу турагента, которая являлась действительно надзирателем.
- Ничего особенного, обычная женщина, - ответила Адель, но это было лживо. Что греха таить, Майя ей не нравилась. Хотя бы взять то, что она пыталась получить внимание женатого мужчины. Или она не знает, что он женат?
- А мне она не нравится, как крыса на борту. Скорее всего, еще будет контролировать нас и докладывать на землю.
- Ну ты уже придумываешь, - вот теперь Адель расслаблено улыбнулась и коснулась плеча подруги, - она летит в моем салоне, но не думаю, что от нее будут хлопоты. А Пэйтон... Он уже взрослый мужчина, если хочет завязать роман на стороне, то это не наше дело...
- Ты права, - вздохнула Саманья, наблюдая, как к ним идет Кевин и он не просто идеи спокойный шагом, он изображает какое-то чудовище на полусогнутых ногах и с раскинутыми руками.
Казалось, что он победил, но оказалось, что нет:
- Эта грымза не дает мне место в первом салоне.
Девушки засмеялись, чем тут же привлекли внимание старшей стюардессы. Она подошла к ним хмурясь:
- Именно поэтому, я не ставлю вас вместе. Иначе смеха будет на весь полет, - она указала на свои глаза, - я очень наблюдательна и вижу, кто с кем уже спелся. Чтобы тебя, Кевин, ничего и никто не отвлекал, брысь в свой салон. А вы, девушки, приготовьтесь встречать пассажиров. Осталось десять минут до их прихода.
Пришлось подчиниться. Кевин удалился той же походкой, что и пришел, опять вызывая смех девушек.
Адель еще раз обвела салон взглядом, останавливая его на Майе, которая сидела на первом месте:
- А вы не будете встречать своих пассажиров?
- Да, конечно, буду. Но капитан еще не пришел. Пока он не даст распоряжение, вряд ли запустят пассажиров раньше.
Адель кивнула и прошла к входу в самолет, встала напротив открытой двери, морально готовя себя к тому, что сейчас на борт ступят те, с кем она будет проводить большую часть времени. И хоть бы пассажиры оказались спокойными и не привередливыми.
Через пару минут к ней присоединилась Тора. Она посмотрела на внешний вид девушки и отметив для себя, что все идеально, встала рядом. К ним присоединилась Майя, Дав и Саманья, которая прокомментировала:
- Столько стюардесс на входе - это не перебор?
Тора не успела ответить, в самолет зашел Пэйтон, на ходу снимая сигнальный жилет. Но он замер, когда увидел пять девушек, которые улыбались ему и в один голос произнесли:
- Просим на борт, капитан.
Они репетировали, но Пэйтона это позабавило, со стороны выглядело мило. Он стянул жилет и попытался пройти в кокпит, чтобы повесить его и наконец дать разрешение на запуск пассажиров на борт. Но проходя мимо Адель, он ощутил запах лаванды. Тут же в памяти возникло поле из миллиона сиреневых цветов, солнечное тепло и пьянящие поцелую. Он вспоминал их часто в первый год после расставания, пока не родилась Фабиана. Потом он старался стереть память, но как оказалось, она не стираемая. Он ничего не забыл. Взгляд, которым Адель одарила его в эту минуту, был полон волнения. Она даже не моргала, пристально смотря на него.
Он прожил с Патрицией пятнадцать лет, но так и не научился читать по ее глазам. А тут... даже слов не надо! Стоит только взглянуть в серо-голубые глаза, чтобы понять, что их обладательница волнуется.
- Все будет хорошо. Если будут проблемы, я рядом, - он перевел взгляд на Тору, - все готово?
Она кивнула, все было готово. А волнение - это естественно. Хотя даже такой рейс можно расценить как самый обычный.
Пэйтон зашел в кокпит и взял рацию, дал разрешения наземным службам запускать пассажиров и вернулся к стюардессам. Он встал рядом с Адель, так получилось, она стояла самая первая к кокпиту, но он ни капли не жалел об этом.
А вот Адель захотелось на минуту снова стать пассажиром, чтобы увидеть картину, как капитан встречает пассажиров. Она слегка улыбнулась, вспомнив, как впервые Пэйтон завел ее на борт самолета, как было страшно, сколько она испытала тревоги. Вспомнилась даже Эва, старшая стюардесса авиалиний Катании.
Адель слегка обернулась к Пэйтону и прошептала:
- Как поживает Эва?
Он не сразу понял о какой Эве речь. Ведь прошло столько лет, о той стюардессе он и не вспоминал:
- Я уволился из «Sicily Airways» пять лет назад, - Пэйтон не смотрел на нее, говорил тихо, так, чтобы их не услышали.
Адель лишь ошарашено посмотрела на него и тут же шум первых пассажиров отвлек ее от мыслей.
Первым зашел молодой человек, высокий, в черных модных очках, в одежде последней коллекции известных брендов. Он улыбнулся и показал билет. Тора рукой указала ему направление, а в середине салона его уже ждали другие члены экипажа. Каждый дежурил в своей части самолета, но самая престижной считалось начало самолета и встреча. А еще если капитан сам лично встречает пассажиров, то этот день прожит не зря. Адель попыталась припомнить, сколько раз за эти годы, пока она летает, капитаны выходили встречать пассажиров? Пару раз! Потому что они всегда заняты: то осмотр самолета, то разговоры с техниками и заправщиками. У пилотов много работы! И надо отдать должное Пэйтону за то, что он оставил свою работу хотя бы на десять минут, пожертвовал временем, стоит рядом и встречает людей.
Пассажиры шли неспешно, заходили в самолет и тут же начинали улыбаться. Но это ответная улыбка на то, что им дарили стюардессы. Адель улыбалась искренне, иногда переводя взгляд на рукава кителя Пэйтона, наблюдая блеск золота и радуясь тому, что тоже самое видят пассажиры. Видеть капитана это даже к удачному рейсу. А еще это услада для глаз.
- Я пойду в кабину, - шепнул он ей на ухо, - надо готовиться к рулению.
Адель автоматически кивнула и тут же справой стороны лишилась тепла - Пэйтон ушел. Жаль, но теперь ее внимание полностью завладели пассажиры, которых хотелось запомнить.
И самая неординарная пассажирка не заставила себя долго ждать. Она появилась на борту как скульптура богини в музее: высокая, стройная, одета по самой последней моде классического стиля. Половину ее лица скрывала вуаль, которая крепилась на шляпку, а в руках она держала... белое мохнатое существо с розовым бантом на голове между ушей.
- Собак нельзя на борт, - тут же возмутилась Тора, широко распахнув глаза. Адель даже готова была уже пойти в кокпит, чтобы позвать капитана, но голос Майи ее задержал:
- У собаки есть все документы, - она произнесла это на тон тише обычного, - пусть они пройдут на свои места, а я вам все расскажу.
- Места? - Не поняла Тора, впившись взглядом в дамочку, наблюдая, как та поцеловала пса в нос и при этом получила море удовольствия.
- У собаки отдельное место, - заявила Майя и указала экстравагантной пассажирке на проход в салон, - прошу вас, проходите. Стюардессы помогут вам устроиться. Какое у вас место?
Майя взяла билет и посмотрела место:
- Восьмое и девятое места, проходите вперед, вам дальше помогут.
Как только пассажирка прошла в салон, Адель уже готова была идти в кабину к пилотам и доложить о животном на борту, но Майя ее остановила:
- За место для этой собаки заплатили миллионы евро. Выдохните и сделайте вид, что это мешок золота.
- По правилам авиаперевозок я обязана доложить капитану о животных. Тем более, таком животном! Это даже не собака - поводырь, а... - Тора возмущалась, подбирая слова, - мочалка!
Саманья засмеялась в голос и тут же получила немой укор от Майи:
- Не важно, что это за собака, она заплатила и летит на отдельном месте. А вы ей прислуживаете.
- Собаке? - Не поверила в это Дав. - Слава Богу она не в моем салоне.
- Без разницы в каком салоне! - Продолжала волноваться Тора, - она на нашем самолете.
Адель молчала ровно до тех пор, пока пассажиры не создали пробку:
- Учредители в курсе?
- Конечно! - Ответила Майя.
- А Пэйтон, как я поняла, нет?
- Он был против, но я ему постараюсь объяснить эту ситуацию позже.
- Удачи, - усмехнулась Адель, переводя взгляд на престарелого пассажира и забрала у него билет. Он и так заждался, стоял рядом и стал свидетелем этой сцены.
Пассажиры не должны видеть никаких передряг в экипаже. Все должно быть четко и с улыбкой. Поэтому, она виновато улыбнулась и обратилась к нему:
- Ваша место 3, вы летите один?
Старичок кивнул, Адель показалось, что даже с трудом. Он был очень стар, высохшая кожа обтягивала его тело, седые редеющие волосы покрывали его голову, а в глазах стоял туман. Странно, что он летел один в таком возрасте.
- Я провожу вас, - она пошла вперед, оглядываясь и думая над тем, что он не был похож на самого состоятельного человека планеты. Как же так получилось, что он смог попасть на борт? - Ваше место здесь, сэр. - Она открыла ему дверцу кабинки, помогая ему зайти внутрь, - меня зовут Адель, я ваша стюардесса на все время путешествия.
- Мое имя Стивен Хоффман, - старичок скромно сел на кресло, но даже не облокотился, - моя жена умерла в том году от рака. А дочка купила мне билет в путешествие, сказала, что это меня немного отвлечет. Но какая глупость путешествовать в одиночестве.
- Ну что вы! - Улыбнулась Адель, - она поступила как любящая дочь, вы увидите много стран, людей и их быт. Это правда вас отвлечет. Устраивайтесь поудобнее, я пойду встречать других пассажиров, вернусь к вам чуть позже.
Стивен улыбнулся так искренне, что захотелось эту дочь четвертовать! Как она могла отправить отца в столь долгое путешествие, после такой потери, совсем одного? Она обязана была полететь с ним! Но это уже не дело стюардессы, Адель снова встала на свое место, встречая новых пассажиров, надеясь, что среди них окажется престарелая старушка.