1. И снова здравствуйте
- Веди себя прилично!
Это были последние слова моих дражайших родителей, когда они оставили меня на этом дурацком автовокзале. Не "удачи", не "будем скучать", не "любим тебя". Именно "веди себя прилично". Как будто я сама этого не знаю.
С другой стороны, их можно понять. Ребёнок я... трудноватый. И диагноз - лёгкая стадия пиромании - у меня стоит не зря.
Ох, а сколько дичи и без него я натворила, вы бы знали. Например, в первую неделю учебного года седьмого класса я обрисовала пентаграммами стену в кабинете строгого завуча (мы всегда называли её Дьяволом, так почему бы и нет?). В тот же год притащила на технологию сосиски и мангал - в итоге пришлось размещаться с ними на площадке во дворе школы, и мы с друзьями едва не сожгли крыльцо (хотя было красиво, клянусь). Две недели назад, в мае, в последний учебный день подговорила учеников устроить салют из тетрадей в столовке с криком "Нахуй учёбу!". А уж драк моих не сосчитать.
Мать с отцом за четырнадцать лет моей жизни никак не смирятся, что разговаривать со мной надо было, когда мне было лет шесть, когда я только начинала свой путь раздолбая. Но нет - сначала забили, а потом, когда я в третьем классе стала вытворять всякое нехорошее и им стали прилетать штрафы, они одумались и подняли шум. Поздно, мам и пап. Поезд ушёл.
***
Поправив разрисованные сумки на плечах, я оглядела автовокзал. Уже знакомый. В этот лагерь меня отправляли два или три раза. Якобы "чтобы я дома ничего не натворила".
А тут, простите, кто меня остановит?..
Ладно, наверняка за это время поменялись вожатые, правила и даже часть зданий. Моей любимицы Аси (добрейшая душа, вечно оправдывала меня перед директором) больше нет - уехала в Москву продавать душу офисному планктону. А некоторые правила, подозреваю, переписали специально из-за меня.
Да-да. В мой первый заезд из-за моего розыгрыша чуть не закрыли весь лагерь, вожатые так перепугались, что отказывались сюда возвращаться. Во второй раз я с помощью новичков закидала водяными бомбочками половину ребят на костре. В третий... Лагерь почти загорелся, но у меня вовремя отобрали зажигалку.
Ну, теперь мне четырнадцать, могу нести бо́льшую ответственность. Хотя пофиг. Вряд ли кто-то полицию вызовет без жертв.
- Привет, можно... постою с тобой?
Я передёрнула плечами и посмотрела на причину прерывания своего внутреннего монолога.
Ей оказалась девочка с загорелой кожей, карими глазами и чёрными волнистыми волосами.
- Да ради бога, мне-то что, - буркнула я.
- Спасибо, - она пристроилась справа. - Я Аня.
- Т/и. Но для этого лагеря - самая большая проблема.
- Э-э... чегось?
- Ничего.
Аня моргнула, но улыбаться не перестала. Странная. Обычно после таких слов люди делают шаг назад.
А эта ещё и придвинулась ближе.
- Ладно, тогда будем дружить?
- Эм... наверное?
***
Когда приехали все дети, вожатые начали рассаживать нас по автобусам. Я зашла одной из последних и недовольно цокнула - остались только места с краю. Аня, уже пристроившаяся у окна, радостно замахала мне рукой.
Ну, хотя бы не с каким-нибудь придурком.
- А ты тут уже была? - спросила девочка, когда я устроилась.
- Три раза, - ответила я. - И три раза портила этому лагерю жизнь.
- А зачем?
Этот вопрос я проигнорировала. Слишком долго объяснять, что единственный способ избавиться здесь от скуки - это поджечь что-нибудь или довести взрослого до нервного тика.
Аня, к её чести, не стала допытываться. Вместо этого она достала из рюкзака два леденца и молча протянула один мне.
Я взяла.
Чисто из вежливости.
По дороге она обильно распиналась о себе (из тонны информации я запомнила только про боязнь пауков и дикую любовь к песням СТИНТа), я иногда кивала или фыркала. К концу поездки я, кажется, даже привыкла к её присутствию.
***
Едва автобус остановился, часть ребят ломанулась к дверям. Я дождалась, пока эти гиперактивные черти вывалятся наружу, и только тогда поднялась.
Солнце ударило в глаза так, что я зажмурилась. Вокруг сновали дети и вожатые, пахло хвоей и разогретым асфальтом.
А потом из автобуса раздался грохот и возмущённые крики. А среди них:
- Пропустите, малявки!
Из дверей вылез он.
Зелёные кудри. Очки с дурацкими завитками. Хитрая, самодовольная ухмылка. Он выглядел как...
Как очередной недолюбленный родителями выскочка с завышенным ЧСВ. И полным отсутствием инстинкта самосохранения.
- Не заглядывайся, милая! - он заметил мой взгляд и подмигнул. - А то сердце остановится от такой красоты и величия.
Я даже не нашлась с ответом, настолько убогой была эта фраза. Просто показала средний палец вслед.
Придурок. Король всех клоунов.
***
- Итак, дети! - к нам обратилась вожатая. Блондинка с пушистыми кудряшками, собранными в хвост. - Да-да, всем привет! Меня зовут Оля, обращайтесь просто по имени. Сейчас мы идём в актовый зал, где вы узнаете свои отряды, а потом - свод правил и знакомство. Прошу за мной!
Толпа потянулась за ней. По бокам и сзади нас контролировали ещё человек пять вожатых. Я цокнула языком, понимая: просто так не сбежишь. В прошлый раз я ушла в лес, потом заныкалась в автобусе до города. Но водитель спалил, пришлось возвращаться. Урок усвоен: в этот раз план должен быть хитрее.
Комплекс лагеря был устроен просто: городок из жилых домов, в состав которых входили две спальни, две ванные, мелкая комната отдыха. Плюс общий зал в главном здании, три спортплощадки, место для костра, столовая, домик для работников, медпункт. Короче, дорого-богато, как любит говорить моя мать. А ещё неподалёку стояло заброшенное здание, куда нам запрещали ходить. Туда я очень хотела наведаться уже который раз, но там вечно торчали камеры.
***
Привели нас в актовый зал. Рассказали правила, которые всё-таки поменяли, рассказали о лагере и всякое такое. Скука смертная.
Объявили третий отряд.
Вожатые - Надежда и Роберт.
Дети - Голицына Анастасия, Иванов Владислав, Ковтун Александра, Ковтун Александр, Мицеева Ольга, Неватый Максим, Т/ф Т/и, Нечитайло Вару, Нечитайло Данте, Нечитайло Ромео... Да сколько вас там ещё. Остевой Дмитрий, Повалий Таисия, Софиенко Екатерина, Спасской Григорий, Фотеева Анна.
Список на расстрел, честное слово.
Я поднялась и двинулась к вожатой. Краем глаза заметила, что кроме Ани и остальных поднялся тот самый зелёный придурок и ещё двое, откуда-то знакомых.
***
Нас проводили к жилому дому, обычному деревянному домику с крыльцом.
Две спальни. В нашей было семь кроватей, две двухъярусных и одна ближе к двери. У каждой - тумбочки или полки, между кроватями стояло по шкафу на пару. Минимализм, мать его.
Вожатая Надежда, знакомая мне женщина лет тридцати, раздала ключи от комнат.
- Девочки, вы в левой большой. Мальчики в правой. К часу дня я или Роберт за вами придём. И пожалуйста, без...
Она запнулась, глядя на меня.
- ...без фейерверков, - закончила она.
Я невинно похлопала ресницами.
Аня потянула меня за рукав в нашу комнату. Внутри уже суетились другие девочки. Одна, как я поняла, Ольга, тут же начала раскладывать косметику на тумбочке, а на кровати выше устроилась молчаливая Таисия с таким видом, словно её заставили ехать на каторгу. Как я её понимаю...
- Кровати у окна наши, - заявила я, в частности Ане, кидая рюкзак на нижнюю койку.
Никто не спорил.
Пока мы разбирали вещи, из коридора донеслись крики. Я выглянула - картина маслом: зелёноволосый пытался пролезть в девичью спальню с воплем "Я просто оцениваю дизайн!", а его брат держал его за шиворот.
- Вару, прекрати, - ровно сказал он. У него были длинные красные волосы, зачёсанные назад.
- Да ладно, Данте! Заодно и познакомимся поближе! - ухмылялся зелёный, пытаясь отцепиться.
Рядом стоял третий брат - Ромео. Розовые волосы, идеальная укладка и взгляд, за который мне хотелось дать по роже. Он поправил чёлку и обратился к ближайшей девчонке (кажется, Саше Ковтун), которая шла по коридору с сумкой с вещами.
Он шепнул ей что-то на ухо, Александра покраснела. Я подавила желание закатить глаза.
- Ромео, отстань от людей, - вздохнул Данте.
Вару наконец вырвался от брата, одёрнул футболку, поправил очки и нацепил свою ухмылку.
- Слушай, блондиночка, - сказал он, обращаясь ко мне. - Как тебя там. Ты в прошлый раз палец показала.
- И с радостью сделаю это ещё раз, - ответила я.
- Отлично, - парень ничуть не расстроился. - Решила стать врагами?
- Если ты от меня не отстанешь - точно будем.
- Вот и замечательно.
Он развернулся и ушёл в мужскую спальню, насвистывая что-то настолько фальшиво, что кровь из ушей. Данте молча кивнул нам и потащил за собой Ромео, который всё ещё пытался подкатить к Александре.
Аня проводила парней взглядом.
- Он такой красивый... - выдохнула она.
- Чего-чего? - я повернулась к ней. - Кто?
- Ромео...
- Ты серьёзно? На третью минуту знакомства?..
- Фу, нет! - Аня замялась. - Ну... наверное.
- Ой бляяяядь, - протянула я, потирая переносицу.
Весёлые у нас будут каникулы.
***
До прихода вожатых оставалось около сорока минут, так что, разобрав вещи до конца, я пошла в комнату отдыха. Аня увязалась за мной.
- Девчонки! - раздался голос Вару. Он уже забрался на диван и свесился головой вниз, а затем ткнул пальцем в мою сторону. - А с тобой я не договорил.
- Отвали, зелёный.
- Это салатовый!
- Лучше не стало.
Вару спрыгнул с дивана и встал напротив, скрестив руки на груди. Очки блеснули.
- Слушай, я ведь выясню, что ты за фрукт. Целико-ом и полностью. А потом буду использовать это против тебя.
- О, я трепещу, - я зевнула ему в лицо. - Иди уже, Шерлок Холмс на минималках.
Он обиженно фыркнул и ушёл, но на полпути обернулся:
- Ты даже не представляешь, на что я способен!
- Представляю. Ни на что.
Из мужской спальни донеслось: "Вару, замолчи уже и зайди". Кажется, снова Данте.
Аня хихикнула. Я села на подоконник и уставилась в окно. За деревьями виднелся край заброшенного здания. Тёмный силуэт на фоне неба.
- Слушай, - протянула я и повернулась к Ане. - А слабо ночью туда сходить?
- Куда?
Я кивнула в сторону заброшки. Она побледнела.
- Ты серьёзно?
- А ты боишься?
- Там же камеры...
- Значит, надо придумать, как их обойти.
Аня посмотрела на меня как на сумасшедшую. Спойлер: так оно и было.
***
В час дня за нами пришёл Роберт - молодой парень с вечной улыбкой. Явно ещё не знает, во что ввязался.
- Так, народ! - он хлопнул в ладоши. - Идём на обед, потом у нас экскурсия по лагерю и знакомство с другими отрядами.
Обед прошёл на удивление мирно. Я сидела с Аней и молча ковыряла макароны. За соседним столом зелен... Простите, сАлАтОвЫй Нечитайло устроил стрельбу хлебом по соседям, за что сразу получил нагоняй. Пф, слабовато.
На экскурсии нам показали всё то, что я и так знала. Клубный дом, спортплощадки, медпункт. Вожатая Оля вещала что-то про традиции и "дух лагеря", я слушала вполуха и разглядывала забор.
Главным, что я вынесла, было то, что камеры у заброшки действительно стояли. Но одну я заметила сбоку - она была повёрнута немного в сторону. Мёртвая зона. Метра полтора-два.
Достаточно, чтобы проскользнуть, если знать, куда наступать.
***
После ужина у нас были посиделки у костра. Вожатые рассказывали о лагере и истории, кто-то пел под гитару. Аня сидела рядом и грелась.
Я заметила, что Ромео периодически бросал взгляды в нашу сторону. Вернее, в сторону Ани. Та краснела и отворачивалась.
- Если он тебя бесит, я могу ему лицо поправить, - предложила я.
- Не надо! - слишком быстро ответила Аня. - То есть... он не бесит. Он просто...
- Просто что?
- Красивый, - выдохнула она.
Я закатила глаза. Безнадёжно.
Вару сидел через костёр и смотрел на меня. Не отрываясь. Когда наши взгляды встретились, он изобразил коронную ухмылку и пальцами показал: Я слежу за тобой.
Я показала ему два средних пальца.
Он засмеялся.
Данте, сидевший рядом, просто устало вздохнул.
***
В одиннадцать вечера - отбой. Мы разбрелись по спальням.
В нашей комнате быстро погас свет. Кто-то сразу уснул, кто-то шептался в углу.
Я лежала на своей койке и смотрела в потолок. Аня свесилась с верхнего яруса и тихо спросила:
- Т/и, ты спишь?
- Нет.
- А что ты будешь делать, если мы правда туда пойдем? В заброшку?
- Посмотрим, - ответила я. - Может, найдём что-нибудь интересное.
- А может, нас поймают...
- Тогда будет весело.
Аня помолчала.
- Ты странная.
- Знаю, Аня. Спи уже.
Я закрыла глаза. Где-то за стеной слышался голос кого-то из мальчишек.
Всё-таки чую, эта смена будет интересней.