Глава 13
Последний день в Шармбатоне пах мокрым камнем, дождём и грустью, которая всегда приходит перед разлукой. Небо над хрустальными стенами академии затянуло серой дымкой, и даже светлячки в стеклянных сферах будто горели чуть тусклее, словно тоже не хотели прощаться.
Дейзи медленно шла по знакомой аллее к главному входу, прижимая к груди небольшую шкатулку — подарок от профессора Леграна. В ней лежали засушенные лепестки огненной лилии и записка: «Пламя не исчезает. Оно просто находит новый дом». Рядом шагали её новые друзья: Луиз, чьи кудри сегодня были заплетены в десятки мелких косичек, и Антуан, который то и дело подбрасывал в воздух маленький огненный шарик — просто чтобы убедиться, что магия всё ещё слушается.
— Ты точно не можешь остаться ещё на годик? — в десятый раз за утро спросила Луиз, шмыгнув носом. — Ну хотя бы на полгода? У нас в сентябре конкурс иллюминаций, ты бы сделала такие фейерверки…
Дейзи улыбнулась, но улыбка получилась дрожащей.
— Прости, Лиз. Меня дома ждут. Мама наверняка уже испекла пирог с патокой, а папа, наверное, опять что-то чинит в сарае без магии — просто из принципа. Да и Джинни с Роном, наверное, уже придумали, как меня разыграть в первый жеАнтуан хмыкнул и спрятал свой огонёк.
— Значит, ты вернёшься в свой шумный дом, где все кричат, смеются и всё время что-то роняют. Звучит… по-хорошему странно.
— Это звучит как счастье, — тихо сказала Дейзи. — Но я буду писать. Каждую неделю. Обещаю. И пришлю вам рецепт маминого пирога.
У самых ворот их ждала мадам Максим. Её огромная фигура казалась ещё величественнее на фоне серого неба.
— Мадемуазель Уизли, — голос директрисы звучал строго, но в глазах пряталась мягкая грусть. — Год прошёл быстро, не так ли? Вы приехали импульсивной девочкой, которая боялась сделать неверный шаг, а уезжаете волшебницей, которая знает: даже неверный шаг может стать началом чего-то прекрасного.
Дейзи почувствовала, как к горлу подступает комок.
— Спасибо вам, мадам. За всё. За то, что не пытались меня «успокоить». За то, что позволили мне гореть.
Мадам Максим едва заметно кивнула.
— В Шармбатоне мы не гасим пламя. Мы учим его танцевать. Идите с миром, Дейзи. И помните: двери этой школы всегда откМари-Клер, стоявшая чуть поодаль, вдруг шагнула вперёд и крепко обняла Дейзи, чуть не сбив её с ног.
— Не забывай нас, слышишь? Мы — твоя семья здесь. И если когда-нибудь станет слишком шумно дома… ну, знаешь, просто напиши.
Дейзи обняла её в ответ, зажмурившись, чтобы не дать слезам пролиться.
— Я не забуду. Никого из вас.
Она в последний раз оглянулась на замок, который за этот год стал ей почти родным, глубоко вдохнула прохладный воздух и шагнула к камину в приёмной, где уже мерцало зелёное пламя портала.
— «Нора», — выдохнула она, и вихрь магии подхватил её, кружа и неся сквозь пространство.
Когда Дейзи вынырнула из камина в уютной гостиной «Норы», первое, что она услышала, был не голос мамы и не смех братьев, а оглушительный, радостный визг.
— Дейзи! — Джинни ворвалась в комнату, как ураган, и чуть не сбила сестру с ног, обнимая так крепко, что у Дейзи хрустнули кости.
— Ты вернулась! Ты настоящая, не привидение.
Следом в дверях показался Рон, держа в руках бутерброд, который он тут же уронил от волнения.
— Ну наконец-то! Мы уже думали, что ты там навсегда останешься среди этих французских пирожных и… ну, как их… кружевных мантий!