Ледяной шепот

Запах свежего льда, дорогого парфюма и пота,этот коктейль Саша мог узнать из тысячи. Для него это был запах триумфа.
Саша стоял перед огромным зеркалом в раздевалке московского хоккейного клуба «Ледяные Волки». Он медленно поправил воротник защитной экипировки, а затем запустил пятерню в свои волосы. Белоснежные, мягкие кудри упруго пружинили под пальцами, рассыпаясь по лбу. Он посмотрел в собственное отражение. Яркие, пронзительно-голубые глаза, идеальные очертания скул, уверенная, даже слегка высокомерная ухмылка. Под спортивной майкой угадывался рельефный, безупречно накачанный торс,результат многочасовых тренировок и отличной генетики.
«Чертовски хорош»,-подумал Саша, подмигнув своему отражению.
Он знал себе цену. Он был нарциссом, и даже не пытался этого скрывать. Зачем, если весь мир и так лежал у его ног? В свои двадцать один он уже был лучшим нападающим и капитаном одного из самых престижных клубов страны. О нём писали спортивные газеты, его лицо украшало баннеры в центре Москвы, а директ в соцсетях разрывался от сообщений. Саша давно признал свою гомосексуальность,его привлекали парни, их сила, жесткость. Но это не мешало ему периодически «баловаться» с девушками. Для него это было сродни спортивной игре: лёгкий флирт, жаркая ночь без обязательств и сладкое чувство собственного превосходства. К нему липли все. Стоило Саше просто улыбнуться на вечеринке или задержать взгляд на ком-то в клубе и этот человек уже был готов пойти за ним куда угодно. Ему безумно нравилась эта власть.Но за этой маской самовлюбленного плейбоя скрывалось кое-что еще. Глубоко внутри Саша безумно любил хоккей. Этот спорт был его жизнью. Бывали моменты,особенно в самом начале, после переезда в шумную, холодную Москву, когда руки опускались от усталости и одиночества. Хотелось всё бросить. Но он стискивал зубы и шёл на лёд. Ради родителей.
Они отдали его в секцию совсем малышом, во многом отказывали себе, чтобы покупать дорогую форму, верили в него больше, чем в себя. Переезд дался тяжело, но Саша знал: он обязан оправдать их надежды. И он оправдал. Он стал лучшим.
Д-Эй, кэп!-из размышлений его вырвал Димка, защитник команды, сидевший на соседней скамье.-Ты там не заснул, любуясь на себя? Нам через пять минут на лёд. И, кстати, зацени, что мне прислали.
Димка протянул телефон. На экране была очередная сторис от какой-то популярной московской блогерши с фотографией Саши и подписью: «Кто-нибудь, познакомьте меня с этим богом льда!»
Саша снисходительно усмехнулся, даже не прикоснувшись к чужому телефону.
С-Обычное дело, Дим. Очередь за автографами начинается с конца коридора. Пусть запишется.
Д-Да ты неисправим,Парадеевич.Смотри, чтобы у тебя корона шлем не раздавила.
В этот момент тяжелая дверь раздевалки со скрипом отворилась. Шум голосов мгновенно стих. В помещение вошел он.Арсений Дмитриевич. Главный тренер.Ему было около тридцати пяти. Высокий, подтянутый, с вечно сосредоточенным, непроницаемым лицом и жестким взглядом темных глаз. На нём был строгий черный спортивный костюм с эмблемой клуба. От тренера веяло такой силой и авторитетом, что даже самые буйные игроки затихали в его присутствии. Арсений Дмитриевич был загадкой для всех. Он никогда не рассказывал о себе. Никто не знал, есть ли у него семья, где он живет, чем занимается вне катка. Он приезжал на своей темной ауди, проводил жесткие, выматывающие тренировки, требовал дисциплины и уезжал, оставляя после себя шлейф таинственности. И эта таинственность безумно интриговала всю команду. И особенно Сашу.
А-Так, волки,-раздался низкий, бархатный, но стальной голос тренера.-Сегодня у нас тактическая раскатка. Соперник жесткий, поэтому расслабляться некогда. Парадеевич, почему шлем еще на лавке?
Саша не спеша повернулся к тренеру. На его губах заиграла привычная дерзкая улыбка. Ему нравилось испытывать терпение этого мужчины. Это была их личная, негласная игра. Саша уважал тренера, даже восхищался его профессионализмом и скрытой харизмой, но его бунтарский характер требовал драмы.
С-Арсений Дмитриевич, ну зачем так официально?-лениво протянул Саша, закидывая ногу на ногу.-Моя прическа требует особого ухода. Если я сразу надену шлем, мои кудри потеряют объем, а наши спонсоры этого не переживут. Вы же не хотите лишить клуб финансирования?
По раздевалке пронесся тихий смешок парней.Тренер остановился прямо напротив Саши. Он медленно опустил взгляд на его расслабленную позу, а затем снова посмотрел Саше прямо в глаза. Воздух между ними будто наэлектризовался. Саша почувствовал, как внутри сладко потянуло от этого пристального, тяжелого взгляда.
А-Парадеевич, твои кудри это последнее, что меня волнует на этом катке. А вот твоя физическая форма прямо сейчас вызывает у меня вопросы.
С-Да ладно вам, тренер, я в идеальной форме,-Саша картинно поиграл бицепсом.-Могу доказать. Хотите, прямо сейчас покажу пару приемов?
А-Хочу,-спокойно кивнул тренер, сложив руки на груди.-Пятьдесят отжиманий. Прямо здесь. На холодном полу. Без перчаток. Время пошло.
Саша на секунду замер. В раздевалке повисла гробовая тишина. Ребята переглядывались. Саша вздохнул, но улыбка не сошла с его лица. Спор с тренером всегда заканчивался физическими наказаниями, но Саше это даже нравилось.
С-Для вас, шеф, всё что угодно.
Он легко опустился на пол. Уперевшись ладонями в холодный кафель, он начал отжиматься. Раз, два, три... Локти ходили идеально ровно, спина оставалась прямой. Саша намеренно делал это медленно и красиво, краем глаза наблюдая за тренером.
Арсений Дмитриевич стоял сверху, бесстрастно глядя на работающего капитана. Ни один мускул не дрогнул на его лице, но Саша готов был поклясться, что заметил, как темные глаза тренера на секунду задержались на его напряженных плечах и лопатках, обтянутых тонкой спортивной тканью.
С-Сорок восемь, сорок девять... пятьдесят,-выдохнул Саша, легко поднимаясь на ноги. Он даже не сбил дыхание.
Он подошел к тренеру чуть ближе, чем требовали приличия, так, что почувствовал тонкий запах его парфюма,хвоя и дорогой табак.
С-Проверка пройдена, Арсений Дмитриевич?
Тренер не ответил сразу. Он пару секунд молча смотрел на Сашу, словно сканируя его мысли. Затем едва заметно усмехнулся,так редко, что это почти казалось галлюцинацией.
А-На лёд,Парадеевич. И не дай бог ты сегодня упустишь хотя бы одну шайбу. Будешь бегать круги до ночи.
Арсений Дмитриевич развернулся и вышел из раздевалки. Саша проводил его взглядом, чувствуя, как внутри разгорается опасный, но такой приятный азарт. Он надел шлем, пряча под ним свои белоснежные кудри, взял клюшку и переглянулся с Димкой, который смотрел на него с круглыми глазами.
Д-Ты когда-нибудь доиграешься, Саш.
С-О нет, Димка,-Саша хищно улыбнулся, направляясь к выходу на каток.-Игра только начинается.