Там, где начинается свет

Суббота
Лиам
Меня разбудил шум дождя.
Капли громко барабанили по стеклу, а ветер раскачивал ветви деревьев за окном.
Я лениво приоткрыл глаза и посмотрел на часы.
15:03.
- Ничего себе...
Я усмехнулся.
Вчера я лёг очень поздно.
Хотя... если честно, виновата была вовсе не бессонница.
Всю ночь я думал о ней.
О том взгляде в лесу.
О её словах.
О её улыбке.
А потом неожиданно для самого себя начал смотреть ролики про ислам.
Читал статьи.
Слушал рассказы людей, принявших эту религию.
Я действительно влип.
И, кажется, очень сильно.
Но самое странное было другое.
Меня привлекала не только Асия.
Меня начинал привлекать её мир.
Будто именно через неё Всевышний открывал мне что-то совершенно новое.
Я тяжело выдохнул и отправился в душ.
Через полчаса спустился на кухню.
Дома было непривычно тихо.
На столе лежала записка.
«Сын, мы с папой утром срочно уехали по делам. Вернёмся поздно вечером. Любим тебя.»
Я невольно улыбнулся.
- Значит... сегодня я один дома.
Первая мысль появилась моментально.
Я написал в общий чат.
Лиам: "Парни, кто свободен? Заходите ко мне."
Ответы прилетели почти сразу.
Через двадцать минут в дверь уже звонили.
Я открыл.
- Ну наконец-то!
- Сам нас позвал, ещё и возмущается, - рассмеялся Али.
Мы обменялись приветствиями, заказали еду и почти весь день провели за приставкой.
Шутили.
Спорили.
Смеялись.
На несколько часов я действительно забыл обо всём.
Время пролетело незаметно.
Когда Али посмотрел на часы, уже было восемь вечера.
- Ладно, брат, нам пора.
- Да, родители, наверное, скоро вернутся, - добавил Керим.
- Я бы ещё посидел, - усмехнулся Эмир. - Но раз все уходят...
Я проводил друзей до двери.
- Спасибо, что пришли.
- Ты сам-то что будешь делать?
Я пожал плечами.
- Пройдусь немного.
Нужно голову проветрить.
Парни переглянулись.
- Только не замёрзни.
- Постараюсь.
Когда дверь закрылась, я ещё немного посидел дома.
Потом всё-таки надел куртку и вышел на улицу.
Холодный декабрьский воздух сразу ударил в лицо.
Но именно этого мне сейчас и хотелось.
Асия
День прошёл совсем обычно.
Я почти всё время провела дома.
Вечером мама позвала меня.
- Ась!
- Да, мам?
- Мы все едем к тёте Фатиме. Поедешь с нами?
Тётя Фатима была маминой двоюродной сестрой.
Я очень любила их семью.
Но сегодня почему-то не хотелось никуда ехать.
Настроения совсем не было.
- Нет, мам. Я лучше дома останусь.
- Точно?
- Да. Не переживайте.
Мама улыбнулась.
- Хорошо. Только дверь никому не открывай.
- Хорошо.
Через несколько минут дома стало совсем тихо.
Как раз наступило время намаза.
Я совершила омовение, расстелила коврик и начала молиться.
После намаза долго сидела с поднятыми ладонями.
- О Аллах...
Ты знаешь то, чего не знаю я.
Видишь то, чего не вижу я.
Если то, о чём я думаю, принесёт мне благо - облегчи мне этот путь.
А если в этом нет хайра - удали это из моего сердца и даруй мне то, что будет лучше.
После дуа я открыла Коран.
Несколько страниц...
Потом ещё.
Когда закончила читать, подошла к окну.
На улице уже совсем стемнело.
Дождь закончился.
Фонари красиво отражались в мокром асфальте.
На часах было девять вечера.
Почему-то захотелось выйти.
Немного пройтись.
Проветрить мысли.
Я надела куртку, поправила хиджаб и вышла.
По дороге купила свой любимый вишнёвый сок.
Недалеко от дома была небольшая скамейка.
Я села, подтянула колени к себе и сделала несколько глотков.
Убедившись, что вокруг никого нет, надела один наушник и включила суру «Ясин».
Мою любимую.
Она всегда успокаивала меня.
Минут через десять я вдруг почувствовала чьё-то присутствие.
Подняла голову.
Под фонарём стояла высокая фигура.
Я вздрогнула.
- Эй, злюка.
Ты чего испугалась?
Я облегчённо выдохнула.
- Лиам!
Ты меня напугал.
Что ты здесь делаешь?
Он усмехнулся.
- Хотел спросить у тебя то же самое.
В такое время...
Одна?
Я пожала плечами.
- Просто захотелось пройтись.
Он перевёл взгляд на мой телефон.
- Это сура «Ясин»?
Я удивлённо посмотрела на него.
- Откуда ты знаешь?
Он немного смутился.
- Несколько раз слышал, как ты её слушала.
Потом решил узнать, что это.
Не выключай.
Красиво звучит.
Можно... послушать вместе?
Я сама не заметила, как улыбнулась.
- Конечно.
Он сел рядом.
Не слишком близко.
Оставив между нами уважительную дистанцию.
Мы молча слушали Коран.
И почему-то именно это молчание оказалось самым спокойным за всю неделю.
Когда сура закончилась, Лиам тихо сказал:
- Жаль...
- Что?
- Что она уже закончилась.
Я улыбнулась.
Он немного помолчал.
Потом посмотрел на меня.
- Можно задать вопрос?
- Если я скажу «нет», тебя это остановит?
Он засмеялся.
- Вот же злюка.
- Ладно, спрашивай.
Он стал серьёзнее.
- Ты когда-нибудь чувствовала к человеку что-то...
Но скрывала это?
Я удивлённо посмотрела на него.
- Неожиданный вопрос...
Я задумалась.
- Если говорить честно...
Нет.
Я никогда никого не любила.
Я верю, что Аллах уже предопределил моего будущего мужа.
Поэтому не вижу смысла строить чувства к человеку, если не знаешь, есть ли в этом благо.
Я говорила спокойно.
Хотя внутри понимала...
Сегодня я впервые сказала не всю правду.
- Понятно...
- А ты?
Лиам
Я не смог сказать ей правду.
Не сейчас.
- Нет.
Не было.
Были лишь глупые симпатии...
Ничего серьёзного.
Но после переезда сюда многое изменилось.
Я больше не хочу жить так, как раньше.
Она внимательно посмотрела на меня.
- Подожди...
Тебе ведь семнадцать?
Я удивился.
- Да.
- Я думала, тебе шестнадцать.
Я рассмеялся.
- Нет.
Мне исполнилось семнадцать ещё до переезда в Турцию.
Я здесь самый старший.
- Серьёзно?
- И, кстати...
Ты первая, кто вообще спросил меня об этом.
Она довольно улыбнулась.
- Значит, я настолько крутая?
Я не смог сдержать смех.
- Да.
Наверное.
Самая крутая.
Мы оба рассмеялись.
И вдруг я понял...
Эта неловкость наконец исчезла.
Мы снова разговаривали так же легко, как раньше.
Когда стало совсем поздно, я поднялся.
- Ладно...
Пока, злюка.
Она улыбнулась.
- До встречи.
Я шёл домой и неожиданно поймал себя на мысли...
Наверное...
Пусть лучше всё останется так.
Лучше быть рядом с ней как друг...
Чем потерять её совсем.
Асия
Я ещё долго смотрела ему вслед.
Кажется...
Мы снова стали общаться так же легко, как раньше.
И я должна была этому радоваться.
Но почему тогда сердце всё ещё шептало...
Что между нами уже никогда не будет «как раньше»?