Глава 56. Тренировки, тишина и трещины
Замок уже не просто менялся.
Он сопротивлялся.
Словно Хогвартс сам не хотел того, что происходило внутри его стен.
И впервые у учеников появилось место, где можно было дышать свободнее.
Комната на седьмом этаже была пустой, пока Гарри не открыл дверь.
И тогда она появилась.
Простая.
Неприметная.
Но именно такой, какой должна быть.
- Вау... - тихо выдохнул Рон.
- Она... подходит, - сказала Гермиона.
Эмбер вошла последней.
Её взгляд сразу пробежался по помещению.
- Здесь достаточно места, - спокойно сказала она.
- Для чего? - спросил Невилл.
- Для ошибок, - ответила Эмбер.
Все переглянулись.
- И для того, чтобы их исправлять.
Так начались тренировки.
Без преподавателей.
Без правил Амбридж.
Только они.
- Ещё раз, - спокойно сказал Гарри.
- Экспеллиармус!
- Протего!
Заклинания вспыхнули в воздухе.
Эмбер стояла чуть в стороне, наблюдая.
- Ты слишком рано поднимаешь палочку, - сказала она Рону.
- Я нервничаю!
- Это нормально.
Но страх нельзя показывать раньше, чем движение.
Рон моргнул.
- Ты сейчас меня учишь или убиваешь морально?
- Исправляю.
Фред засмеялся.
- Она страшнее Амбридж.
- Определённо, - добавил Джордж.
Эмбер даже не улыбнулась.
- Ещё раз.
С каждой тренировкой зал наполнялся уверенностью.
Гермиона учила теорию.
Гарри - технику.
Близнецы превращали всё в хаотичную, но эффективную практику.
А Эмбер...
Эмбер держала это вместе.
И именно поэтому через несколько недель всё рухнуло.
- Мисс Грейнджер.
Голос Амбридж прозвучал тихо.
Слишком тихо.
Эмбер подняла голову.
Коридор был пуст.
Только она и профессор.
- Да, профессор?
Амбридж улыбнулась.
- Пройдёмте.
Кабинет был уже знакомым.
Слишком знакомым.
На столе лежали перья.
И пергамент.
- Садитесь.
Эмбер села.
- Я слышала интересные слухи.
- О чём именно?
- О несанкционированных собраниях.
Тишина.
Эмбер спокойно сложила руки.
- Я не участвую в несанкционированных собраниях.
- Но вы знаете о них.
- Я староста.
- Это не оправдание.
Амбридж медленно подошла ближе.
- Пишите.
На стол лег новый лист.
- "Я не буду участвовать в тайных собраниях."
Эмбер посмотрела на текст.
- Это ложь.
Амбридж улыбнулась.
- Это дисциплина.
- Ложь остаётся ложью.
- Минус двадцать баллов Когтеврану.
- Принято.
Перо коснулось пергамента.
И сразу же боль.
Сильнее, чем раньше.
Эмбер не вздрогнула.
Но пальцы сжались.
Она писала медленно.
Очень аккуратно.
Слово за словом.
И с каждым словом в груди что-то холодело.
Когда она вышла, рука дрожала.
Но лицо - нет.
В тот же вечер сова прилетела раньше обычного.
Оливер.
Эмбер развернула письмо.
"Ты стала писать реже.
И письма стали короче.
Я не знаю почему, но это ощущение... странное.
Как будто ты где-то рядом, но не до конца.
Я не умею объяснять это лучше.
Просто скажи, что ты в порядке.
Пожалуйста.
О."
Эмбер долго смотрела на письмо.
Тем временем в другом мире - далеко от Хогвартса -
Оливер сидел в раздевалке после тренировки.
Но не радовался.
Не спорил с командой.
Просто держал в руках новое письмо.
- Всё нормально? - спросил капитан.
Оливер медленно покачал головой.
- Нет.
- Почему?
Он сжал пергамент.
- Она отвечает так, как будто... старается не сказать лишнего.
Капитан нахмурился.
- Девушки иногда заняты.
- Это не занятость.
Оливер поднялся.
- Это... осторожность.
Он впервые за долгое время не стал писать сразу ответ.
Он просто смотрел в окно.
И чувствовал:
что-то в Хогвартсе треснуло.
И эта трещина идёт прямо к ней.
А в замке тем временем Эмбер сидела на подоконнике башни Когтеврана.
Смотрела на снег.
И впервые за весь год позволила себе одну мысль:
«"Если я продолжу молчать... я потеряю что-то важное."»
И это уже не было про правила.
И не про Амбридж.
Это было про то, что начинает разрушаться внутри неё.