Глава 27. Весна, которую заметили все
Первое марта в Хогвартсе началось тревожно.
Слишком резко.
Слишком внезапно.
Как будто замок сам почувствовал, что что-то должно произойти.
Слухи о Сириусе Блэке стали ближе.
Теперь уже не где-то "вдалеке".
А почти рядом.
Почти в стенах школы.
Дементоры стали появляться чаще.
Дольше задерживались у входа.
И ученики начали просыпаться ночью от странного холода в коридорах.
Эмбер старалась не думать об этом слишком много.
Но не получалось.
Особенно когда Гермиона однажды сказала за ужином:
- Он был в замке.
Тишина в Большом зале стала мгновенной.
- Кто?
Спросил Невилл.
Гермиона сжала пальцы.
- Сириус Блэк.
После этого стало ещё хуже.
Учителя усилили патрули.
Профессора стали напряжённее.
Даже близнецы на время стали... тише.
Совсем немного.
Но это уже было тревожно само по себе.
- Он не мог просто так пройти сюда.
Сказала Эмбер вечером.
Они с Гермионой сидели в башне Когтеврана.
- Но прошёл.
Ответила Гермиона.
- Значит, может снова.
Эмбер сжала мантию.
И впервые за долгое время ей стало по-настоящему не по себе.
А потом наступило восьмое марта.
Утро началось странно.
Слишком ярко.
Слишком шумно.
И слишком подозрительно.
Эмбер вошла в Большой зал и сразу остановилась.
- Это что...
- Цветы?
Сказала Джинни.
- Очень много цветов.
Добавил Рон.
И действительно.
Столы были усыпаны букетами.
Чары заставляли их парить в воздухе.
Пахло весной.
И это было почти нереально после всей этой зимней тревоги.
- Кто вообще додумался...
Начала Эмбер.
- Я.
Раздался голос.
Она обернулась.
Оливер Вуд.
Стоял у входа в зал.
Слишком уверенный для человека, который обычно уверен только в квиддиче.
В руках у него был небольшой букет.
Не показной.
Не громкий.
Простой.
Он прошёл через весь зал.
Прямо.
Без сомнений.
И остановился у стола Когтеврана.
Весь зал затих.
Абсолютно.
Даже ложки перестали звенеть.
- Эмбер.
Сказал он.
Она моргнула.
- Да?
- Пойдёшь со мной на прогулку?
Пауза.
Слишком длинная.
Слишком заметная.
- Сейчас?
- После завтрака.
- Это... приглашение?
- Да.
Он выглядел так, будто это самое естественное решение в мире.
Эмбер посмотрела на него.
Потом на цветы.
Потом снова на него.
И вдруг тихо сказала:
- Спасибо.
И слегка наклонилась вперёд.
Поцеловала его в щёку.
Тишина в зале стала абсолютной.
Оливер замер.
Буквально.
Как будто кто-то отключил его внутреннюю систему.
Он моргнул один раз.
Потом второй.
Потом очень медленно выдохнул.
- Хорошо.
Сказал он наконец.
И только после этого осознал, что всё ещё стоит слишком близко.
Уголки его губ поднялись.
Слишком довольная улыбка для человека, который "просто капитан".
Сзади раздался крик.
- ОНИ ЭТО СДЕЛАЛИ!
- НАКОНЕЦ-ТО!
- МЫ ЖДАЛИ ЭТО ТРИ ГОДА!
- ЭТО БЫЛО В НАШЕМ ПРОГНОЗЕ!
- В КАКОМ ПРОГНОЗЕ?!
- В ЛИЧНОМ!
Фред и Джордж выглядели так, будто выиграли войну.
Эмбер закатила глаза.
Но щеки предательски горели.
Оливер тем временем всё ещё стоял.
И только когда он наконец развернулся, стало видно:
он улыбается.
Не как капитан.
Не как игрок.
А как человек, который только что получил что-то, чего очень долго не понимал, что хотел.
С того дня Хогвартс перестал делать вид, что ничего не происходит.
Потому что происходило.
Оливер начал появляться рядом чаще.
Не скрываясь.
Не случайно.
Он мог просто встать рядом у дверей класса.
И ждать.
- Он стоит там уже десять минут.
Шепнула Гермиона.
- Я вижу.
- Он тебя ждёт.
- Я вижу.
- Ты идёшь?
- Я делаю вид, что не замечаю.
- Плохо получается.
Гермиона начала наблюдать.
Очень внимательно.
Слишком внимательно.
- Ты записываешь?
Спросила Эмбер однажды.
- Что?
- Ты пишешь заметки.
Гермиона захлопнула тетрадь.
- Это не то, что ты думаешь.
- А что я думаю?
- Не знаю.
- Вот именно.
Близнецы же наслаждались ситуацией полностью.
- Он теперь всегда рядом.
- Как охрана.
- Как влюблённая охрана.
- Это звучит опасно.
- Это звучит идеально.
И правда.
Оливер действительно начал защищать её.
Не громко.
Не показательно.
Но постоянно.
Когда дементор задержался слишком близко у коридора - он оказался рядом.
Когда кто-то из слизеринцев сказал лишнее - он внезапно появлялся за спиной.
Когда она задерживалась после занятий - он "случайно" шёл тем же путём.
И однажды Гермиона тихо сказала:
- Он не просто переживает.
- Что?
- Он выбирает тебя.
Эмбер замерла.
К маю всё стало ещё очевиднее.
Снег исчез.
Замок потеплел.
Дементоры всё ещё были здесь.
Но весна уже пробивалась сквозь них.
И где-то между уроками, тренировками и тревожными новостями о Сириусе Блэке,
Эмбер впервые поймала себя на мысли, что ищет его взглядом не потому, что удивлена.
А потому что так спокойнее.
А Оливер Вуд, который всё ещё утверждал, что у него "нет времени на глупости",
каждое утро стал начинать с того, чтобы убедиться:
она в замке.
и с ней всё в порядке.
И только после этого - думать о квиддиче.