глава 11.
Шоу завершилось оглушительным успехом. За кулисами творилось что-то невероятное: крики радости, объятия, хлопки открывающегося шампанского и вспышки камер журналистов, которые пытались поймать Адель для быстрого интервью.
Ты стояла чуть поодаль, у стены бэкстейджа, скрестив руки на груди. Твое светлое каре слегка растрепалось после душного зала, а на губах блуждала гордая улыбка. Ты смотрела, как Адель, весело отшучиваясь, отвечает на вопросы прессы, и понимала, что эта высокая, кудрявая девчонка с маллетом только что окончательно покорила этот город.
Заметив тебя среди толпы, Адель буквально извинилась перед очередным репортером на полуслове. Она решительно шагнула в твою сторону, игнорируя протянутые микрофоны.
- Ну что, я же говорила? - дерзко выдохнула ты, когда она подошла вплотную, окутывая тебя ароматом своего парфюма и шлейфом этой бешеной триумфальной энергии.
- Ты говорила, - прошептала Адель.
Она не стала ничего объяснять. Прямо там, на глазах у удивленных моделей и остатков прессы, она обхватила твою талию своими длинными руками и приподняла над полом, утыкаясь носом в твою шею. Ты тихо ахнула от неожиданности, крепко обнимая её за плечи. От неё исходил такой сильный жар, что у тебя кружилась голова.
- Они все подходили и спрашивали, кто эта нереальная блондинка на экранах лукбука, - тихо, вибрирующим от волнения голосом говорила Адель тебе в шею, покачивая тебя на руках. - Ты просто порвала этот показ, Т/И. Моя муза. Моя и больше ничья.
Ты почувствовала, как к щекам приливает румянец, но твоя внутренняя чертовка тут же подала голос. Ты слегка отстранилась, заставляя Адель посмотреть на тебя сверху вниз, и лукаво прищурилась:
- Так, Шайбакова, опусти меня на землю. На нас все смотрят. К тому же, статус «музы» - это, конечно, круто, но где обещанная спокойная жизнь в мастерской?
Адель бережно поставила тебя на ноги, но рук с твоей талии не убрала. Её кудрявый маллет сейчас выглядел максимально растрепанным, бандана съехала набок, но глаза горели таким откровенным, глубоким обожанием, что у тебя перехватило дыхание.
- Поехали отсюда, - вдруг серьезно сказала она, переводя взгляд на твои губы. - К черту эти афтепати и поздравления. Я хочу побыть с тобой. Только ты и я.
Через час вы уже сидели на полу в вашей мастерской. Шумный лофт, показы и поздравления остались где-то далеко. Здесь горела всё та же уютная желтая гирлянда на подоконнике, а на полу между вами стояла коробка с пиццей, которую вы заказали по дороге.
Адель уже скинула свой пафосный дизайнерский пиджак, оставшись в той самой черной майке. Она сидела, вытянув свои длинные ноги и опершись спиной о диван. Ты устроилась рядом, уютно поджав ноги под себя. На твоих плечах снова была её объемная косуха.
- Знаешь... - тихо заговорила ты, лениво крутя в руках корочку от пиццы. - Мои родители сейчас, наверное, смотрят отчеты с недели моды. Мама точно мониторит такие вещи.
Адель повернула голову, внимательно наблюдая за твоим профилем. Под теплым светом гирлянды твое каре казалось золотистым.
- Думаешь, они увидят тебя? - мягко спросила она.
- Уверена, - ты горько ухмыльнулась, но в этой ухмылке уже не было прежней боли. - Они увидят свою «потерянную» дочь, которая вместо юридического факультета стала лицом дерзкого бренда одежды. И знаешь что? Мне впервые всё равно, что они скажут. Мне хорошо здесь. С тобой.
Адель молча отложила свой кусок пиццы и пересела поближе. Она аккуратно забрала из твоих рук корочку, вытерла пальцы салфеткой и взяла твое лицо в свои большие, теплые ладони. Её шероховатый наперсток на среднем пальце приятно зацепил кожу за ухом.
- Посмотри на меня, - попросила она со всей той нежностью, на которую была способна.
Ты подняла глаза, встречаясь с её темным, гипнотизирующим взглядом.
- Ты больше не принадлежишь их планам, Т/И, - твердо сказала Адель, и её кудри слегка коснулись твоего лба, когда она наклонилась ближе. - Ты принадлежишь себе. А я... я просто буду рядом, чтобы охранять эту твою свободу. И любить тебя так сильно, как никто никогда не любил.
Твое сердце пропустило удар, а затем пустилось вскачь. Прежде чем ты успела дерзко ответить, Адель накрыла твои губы своими.
Этот поцелуй был совсем другим. В нем не было спешки бэкстейджа или вызова, как на пирсе. Он был глубоким, тягучим и невероятно чувственным. Адель целовала тебя медленно, словно утверждая свои права на каждую частичку твоего существа, а её длинные пальцы нежно зарылись в светлые волосы твоего каре на затылке. Ты тихо выдохнула ей в губы, полностью растворяясь в этом моменте, чувствуя, как внутри расцветает абсолютный, звенящий покой.
Когда она неохотно отстранилась, её дыхание было прерывистым. Она не выпустила тебя из объятий, притянув к своей груди и укутав пледом, который стянула с дивана.
Вы сидели в темноте мастерской, слушая, как за окном шумит ночной город. Тот самый город, где еще вчера ты была одинокой продавщицей в ночнике, а сегодня - обрела свой настоящий дом и свою сумасшедшую, кудрявую любовь по фамилии Шайбакова.