глава 5.
Сквозь сон ты смутно слышала, как затихала швейная машинка, как Адель тихо ходила по мастерской, стараясь не шуметь, и как шуршали листы её блокнота. Этот мерный звук убаюкивал лучше любой колыбельной.
Когда ты открыла глаза, в огромные окна мастерской уже вовсю лился теплый дневной свет. На часах было начало первого. Ты резко села на диване, сбрасывая флисовый плед, и завертела головой.
Адель спала прямо за рабочим столом. Она сидела на стуле, уронив голову на сложенные руки поверх разложенных эскизов. Короткие кудри её маллета забавно растрепались, а лицо во сне выглядело на удивление мягким и беззащитным - совсем не той дерзкой девчонкой, которая ночью врывалась в магазин. Она выглядела ужасно уставшей, но даже сейчас в её позе чувствовалась какая-то упрямая сила.
Ты тихо, стараясь не скрипеть кожаным диваном, поднялась. Твои кости немного затекли, но ты чувствовала себя гораздо свежее. Поправив свое светлое каре, ты подошла к столу и заглянула в один из эскизов, который не был закрыт её рукой. Это был набросок той самой куртки, которую ты примеряла, а на полях размашистым почерком Адель было написано: *«Добавить неон на швы. Найти модель с характером (БЛОНДИНКА С КАРЕ!!!)»*.
На твоих lips сама собой появилась мягкая, теплая улыбка. Надо же, она действительно искала именно тебя.
В этот момент Адель шумно вздохнула и зашевелилась. Она медленно подняла голову, зажмурилась от яркого солнца и пару секунд непонимающе моргала, глядя на тебя. На её щеке остался след от фактурной бумаги эскиза.
- О... привет, - хриплым от сна голосом произнесла она, потирая глаза. Её кудрявый маллет сейчас торчал в разные стороны. - Который час?
- Перво первый, - ответила ты, облокотившись на край стола и возвращая свою привычную легкую дерзость. - Проснись и пой, Шайбакова. Ты проспала собственную съемку?
Адель резко округлила глаза, мгновенно стряхивая остатки сна, и взглянула на настенные часы.
- Черт! Фотограф будет в студии через сорок минут! - она подскочила со стула, едва не перевернув баночку с карандашами. Её высокая фигура заметалась по мастерской. - Так, Т/И, хватай куртку. Кофе попьем на ходу, краситься будем на месте.
Она выглядела такой взбудораженной и смешной в этой своей панике, что ты не удержалась и тихонько засмеялась. Адель остановилась посреди комнаты с охапкой вешалок в руках, посмотрела на твой смех, и её паника вдруг сменилась очень мягким, долгим взглядом. Она смотрела на тебя сверху вниз, и в её темных глазах промелькнуло что-то новое, какая-то едва уловимая искра интереса, которая заставила твое сердце сделать лишний удар.
- У тебя красивая улыбка, - вдруг тихо сказала она, и в её голосе на секунду исчезла вся её привычная колючесть. - Хватит стоять, погнали покорять этот мир.
Через пятнадцать минут вы уже бежали по улице. Адель, высокая и размашистая, тащила огромный чехол с одеждой, а ты, едва поспевая за её длинными шагами, держала два стакана с горячим кофе, которые вы перехватили внизу.
Студия встретила вас запахом вспышек, белыми циклорамами и громкой инди-рок музыкой. Фотограф - парень с дредами - только понимающе кивнул, увидев ваш запыхавшийся тандем.
- Т/И, переодевайся, - скомандовала Адель, подталкивая тебя к ширме. - И ничего не бойся. Просто будь собой.
Когда ты вышла на белую площадку под свет софитов, на тебе была та самая черная хлопковая косуха с неоновыми швами, грубые ботинки и свободные штаны из новой коллекции. Ты чувствовала себя непривычно, под прицелом огромного объектива внутри сразу включилась защитная реакция - ты вздернула подбородок, бросив на камеру свой самый холодный и дерзкий взгляд.
- Стоп, - крикнул фотограф после пары кадров. - Слишком жестко. Мне нужна жизнь, а не каменная стена.
Ты растерялась, маска дерзости на секунду спала, и ты почувствовала себя глупо. Но тут из-за спины фотографа вышла Адель. Она встала прямо рядом с камерой, скрестив руки на груди. Её кудрявый маллет под светом студийных ламп казался еще темнее. Она посмотрела на тебя, улыбнулась своей самой теплой, живой улыбкой и задорно подмигнула.
- Эй, блондинка! - крикнула она. - Расслабься. Помнишь ночную смену? Ты там строила из себя колючку, а сама милашка. Покажи им и то, и другое!
Твои плечи опустились, а губы сами собой тронула искренняя, чуть смущенная улыбка, хотя в глазах всё еще горел прежний огонек.
*Щелк!* - отозвалась камера.
- Вот! Вот это оно! Идеально! - закричал фотограф.
Дальше всё пошло как по маслу. Ты двигалась перед камерой, но смотрела почти всё время не в объектив, а на Адель. А та стояла чуть поодаль, не отрывая от тебя взгляда. Она смотрела на то, как её одежда сидит на тебе, как твоё каре взлетает при поворотах головы, и в её глазах читалось такое откровенное, глубокое восхищение, от которого у тебя по коже бежали мурашки. Между вами, через всё пространство шумной студии, протянулась какая-то невидимая, тонкая нить.
- Снято! Это разрыв, девчонки! - наконец объявил фотограф, выключая технику.
Ты выдохнула и обессиленно опустилась на край подиума. Адель тут же оказалась рядом. Она буквально светилась от счастья.
- Ты была невероятной, Т/И, - искренне сказала она, садясь рядом. Из-за разницы в росте её плечо оказалось чуть выше твоего, и она уютно приобняла тебя за плечи, слегка притянув к себе. - Я знала, что ты моя муза.
От её близости, от запаха её парфюма и тепла тела у тебя внутри что-то сладко замерло. Ты повернула к ней голову, оказавшись совсем близко к её лицу.
- Я помню про своё условие, Шайбакова, - тихо, но с вызовом напомнила ты, глядя на её губы. - Я всё еще хочу бургеры.
Адель посмотрела в твои глаза, и на её губах появилась очень нежная, понимающая усмешка. Она не отстранилась, наоборот, её пальцы на твоем плече чуть сжали ткань куртки.
- Будут тебе бургеры, блондинка. И вообще всё, что захочешь. Пошли, - она поднялась, увлекая тебя за собой, и впервые не отпустила твою руку, переплетя свои пальцы с твоими.