Цена твоей мести

Древние руны. Стоило профессору Бабблинг повернуться к доске и начать чертить сложные скандинавские символы, как Теодор решил наглядно показать тебе, что его слова о «практике» не были пустой болтовней. Он устроился на стуле максимально расслабленно и вальяжно, лениво подперев подбородок одной рукой, а вторую медленно опустил под парту.

Ты вздрогнула, когда его большая, обжигающе горячая ладонь уверенно легла тебе на бедро. Но Тео на этом не остановился. Вместо обещанных невинных прикосновений он начал вести себя откровенно пошло и дерзко. Его пальцы медленно, с легким нажимом поползли вверх по твоей ноге, бесстыдно приподнимая подол школьной юбки.

Ты судорожно сглотнула, пытаясь удержать на лице маску безразличия, но дыхание предательски сбилось. Ты резко повернула голову к Теодору и предупреждающе уставилась на него, округлив глаза.

— Нотт, ты с ума сошел? Чуть ниже, — одними губами, беззвучно прошипела ты, требуя, чтобы он убрал руку с опасной зоны.

Но Теодор лишь хитро прищурился. На его губах играла донельзя довольная, порочная ухмылка. Он намеренно проигнорировал твою просьбу. Наоборот, его пальцы поднялись еще на пару сантиметров выше, оглаживая нежную кожу внутренней стороны твоего бедра, и замерли в опасной близости от белья.

— А мне нравится здесь, — так же беззвучно, одними губами ответил он, послав тебе откровенный, жгучий взгляд, от которого у тебя по спине пробежал разряд чистого электричества.

Драко, сидевший прямо перед вами, замер. Он не видел, что происходит под столом, но уловил твой прерывистый вздох и легкий шорох одежды. Спина Малфоя напряглась так, словно в него целились палочкой. Он медленно, боковым зрением попытался обернуться, чтобы проверить, чем вы там занимаетесь.

Заметив это движение бывшего, Теодор зашел еще дальше. Он наклонился к тебе вплотную, делая вид, что помогает переводить рунический манускрипт. Его свободная рука легла на спинку твоего стула, а губы практически прижались к твоей мочке уха.

— Твой бывший сейчас свернет себе шею, Т/И, — хрипло, интимно прошептал Тео, и его ладонь на твоем бедре сделала дразнящее, сжимающее движение, заставляя тебя тихо и прерывисто выдохнуть. — Скажи... если я коснусь тебя еще выше, ты сможешь сдержать стон на глазах у всей школы? Или проверим это прямо сейчас?

Ты почувствовала, как земля уходит из-под ног, а лицо заливает густая краска. Пальцы Теодора на твоем бедре продолжали медленно и дразняще подниматься выше, и ты поняла, что еще секунда — и ты просто не сможешь сдержать стон в гробовой тишине класса. Игра окончательно превратилась в реальную, пугающую и безумно сладкую пытку.

Ты судорожно выдохнула, и твоя рука под столом накрыла его запястье, пытаясь остановить это сумасшествие.

— Тео... остановись, пожалуйста, — едва слышным, прерывистым шепотом взмолилась ты, испуганно косясь на спину Драко и на профессора Бабблинг. Твой голос предательски дрожал. — Хватит. Мы зашли слишком далеко.

Теодор замер на мгновение, уловив настоящую панику в твоем голосе, но убирать руку не спешил. Он слегка отстранился от твоего уха, чтобы посмотреть в твое пылающее лицо. На его губах тут же расплылась довольная, торжествующая ухмылка. Он принялся тихо подшучивать над тобой, наслаждаясь своей абсолютной властью над ситуацией.

— Что такое, слизеринка? — с легкой, издевательской хрипотцой прошептал он, и его пальцы под твоей юбкой сделали короткое, невесомое поглаживание по внутренней стороне бедра. — Куда же делась вся твоя утренняя смелость? Ты ведь сама велела мне практиковаться. Я просто строго следую твоему плану. По-моему, Драко в полном восторге от нашего «шороха».

— Нотт, я серьезно, — в твоих глазах заблестели искры паники и злости одновременно. Ты сжала его горячее запястье изо всех сил, чувствуя, как под пальцами бьется его частый пульс. — Перестань. Убери руку, умоляю тебя. Я сейчас сойду с ума. Прекрати.

Твоя повторная, отчаянная просьба заставила Теодора изменить выражение лица. Издевательский блеск в его глазах сменился чем-то глубоким, темным и пугающе серьезным. Твой сбившийся голос и слово «умоляю» подействовали на него сильнее любого заклятия.

Теодор шумно выдохнул через нос, с трудом возвращая себе самообладание. Его ладонь медленно, с явным неохотным усилием скользнула вниз по твоей ноге, расправляя подол юбки, и наконец вернулась на парту. Он резко откинулся на спинку стула, засунув руки в карманы, и уставился на доску. Его челюсть была плотно сжата, а дыхание оставалось рваным — эта «репетиция» далась ему ничуть не легче, чем тебе.

Перед вами Драко Малфой сидел неподвижно, как каменное изваяние. Он не выдержал этого напряжения и, резко развернувшись, бросил на вас дикий, испепеляющий взгляд, полный ярости и скрытой боли.

Драко не выдержал. Твоё прерывистое дыхание и этот удушающий, интимный шорох за его спиной окончательно лишили его рассудка. Он резко обернулся, с грохотом бросив перьевую ручку на парту, и рявкнул на весь класс, перебивая профессора Бабблинг:

— Нотт, Т/И! Может, вы наконец прекратите лапать друг друга под столом и займетесь уроком?! Тошно смотреть на вашу дешёвую похоть! Вы в кабинете Древних рун, а не в борделе Лютого переулка!

В классе мгновенно воцарилась гробовая, звенящая тишина. Все студенты, включая когтевранцев с передних парт, синхронно повернули головы в вашу сторону. Профессор Бабблинг удивленно замерла с поднятым мелом у доски, строго поправив очки.

Пэнси Паркинсон рядом с Драко вжала голову в плечи, заливаясь краской от стыда — её парень только что при всех расписался в своей безумной, неконтролируемой ревности к бывшей.

Ты замерла, чувствуя, как сердце пропускает удар. Но Теодор отреагировал мгновенно и с абсолютным, убийственным хладнокровием. Он даже не убрал руку с твоей талии, куда переместил её секунду назад. Напротив, он лениво потянулся, демонстрируя идеальную слизеринскую невозмутимость, и посмотрел на тяжело дышащего Малфоя сверху вниз.

— Малфой, если у тебя проблемы со зрением или с личной жизнью — купи очки или обратись в Больничное крыло, — спокойно, с легкой издевательской усмешкой отозвался Теодор, и его голос эхом разнесся по притихшему классу. — Мы с Т/И просто делимся чернилами и переводим сложный абзац. А вот почему ты весь урок сидишь, повернувшись к нам спиной, но умудряешься следить за каждым движением моей девушки — это уже диагноз. Перестань подглядывать, это выглядит жалко.

— Мистер Малфой! Мистер Нотт! Прекратите этот балаган! — строго вмешалась профессор Бабблинг, сердито постучав палочкой по доске. — Минус десять очков Слизерину за нарушение дисциплины. Малфой, развернитесь к доске. Нотт, держите свои... чернила при себе. Еще один звук — и оба пойдете на отработку к профессору Снейпу!

Драко резко повернулся обратно, его спина буквально дрожала от едва сдерживаемой ярости. Он понял, что своим криком сделал только хуже — теперь вся школа окончательно убедилась, что он сходит с ума от ревности, пока ты полностью принадлежишь Теодору.

Теодор наклонился к твоему уху, его дыхание снова обожгло кожу, а в голосе послышался довольный, хриплый смешок:

— Ну вот, а ты боялась. Малфой сам сделал за нас всю грязную работу. Теперь никто в Хогвартсе не сомневается, что я от тебя без ума.