Цвет тернового вереска

1 сентября 1991 года. Хогвартс-экспресс.

Энит Блэр сидела у самого окна, поджав колени к груди, и смотрела, как зелёные поля Англии сменяются холмами, а те - тёмными лесами. Ей было одиннадцать, но она чувствовала себя на сто лет старше. Мать, ведьма из небогатой семьи, работала в Отделе магического транспорта и вечно пропадала на совещаниях. Отец-магл умер три года назад от рака - магия оказалась бессильна. Энит осталась одна в маленьком доме в предместье Бристоля, где соседи думали, что она просто странная девочка, которая шепчет что-то палочке, рисуя круги на запотевшем стекле.

В купе было пусто. Она специально села в самый конец поезда, подальше от шумных детей, которые уже обменивались шоколадными лягушками и хвастались родителями-волшебниками. Энит не хотела ни с кем говорить. Её мантия была с чужого плеча - серая, выцветшая, с заплаткой на локте. Палочка - вишнёвая, девяти дюймов, с волосами единорога - досталась от бабушки, и та уже треснула у основания. Энит чувствовала себя самозванкой. Она знала, что её место в Хогвартсе - это ошибка, что Шляпа, наверное, вышвырнет её обратно на платформу.

Дверь купе с грохотом отлетела в сторону.

В проёме стоял мальчик с платиновыми волосами, зачёсанными назад, и серыми глазами, которые смотрели на неё так, будто она была тараканом в его супе. За его спиной маячили два амбала - один круглолицый с тупым выражением, другой похожий на кабана.

-О, - протянул блондин, окидывая её взглядом с ног до головы. - Я думал, здесь кто-то из своих. А тут... кто ты вообще такая?

Энит молчала. Она знала этого мальчика - его лицо мелькало в "Ежедневном пророке" рядом с отцом, каким-то важным человеком с холодной улыбкой. Она слышал, как шептались на платформе: "Малфои, чистокровные, старый род. не приближайся".

-Я... Энит, - выдавила он. - Энит Блэр.

Драко Малфой наморщил нос, будто учуял тухлые яйца.

-Блэр? Никогда не слышал. Твоя фамилия не числится в "Списке чистокровных семейств". Ты полукровка? Или ещё хуже? - он сделала паузу и наклонился к ней, понижая голос до театрального шёпота:

-Ты маглорождённая?

-Мой отец был маглом, - тхо сказала Энит, вжимаясь в сиденье. - Но мама - ведьма. Она закончила Когтевран.

Драко скривился, словно она плюнула ему в лицо.

-Когтевран? Ещё хуже. Эти выскочки думают, что умнее всех. А на деле - просто сброд, который лезет не свои дела. - Он повернулся к своим приятелям. - Крэбб, Гойл, вы слышали? Ещё одна грязнокровка, которая думает, что имеет право сидеть в моём поезде.

Крэбб и Гойл заржали низкими, хрюкающими голосами, Энит почувствовала, как лицо заливается краской, но слёз не было - только жгучая злость, которую она привыкла прятать глубоко внутри.

-Я не грязнокровка, - сказала она, и голос прозвучал твёрже, чем она ожидала, - Моя мать - ведьма, И я имею право сидеть где хочу.

Драко удивлённо приподнял бровь. Видимо, он не ожидал, что "серая мышь" ответит.

-О, у тебя есть зубы? - умехнулся он.

-Интересно. Ну что ж, Блэр....запомни моё имя: Драко Малфой. Я буду самым известным волшебником в Хогвартсе. А ты будешь той, кто стоит в углу и надеется, что её не заметят. И заешь что? постараюсь тебя не замечать. Ты для меня - пустое место.