«жизнь в отражении разбитого стекла» Rottmnt

Глубокой ночью я возвращалась домой. Свет с фонарей и вывесок на зданиях лился освещая улицы. Каждый человек поспешно шел куда-то. Кто-то расслабленно гулял, болтая с друзьями. Кто-то устало шёл домой с работы. Девушки и женщины спешили домой чтобы не наткнуться на какого нибудь придурка что захочет развлеченья. А я шла спокойно, слушала музыку. Каждая нота в моих наушниках будто сливалась со мной. Проходила сквозь кожу и заполняла пустоту внутри. В каждой строке песен была гармония — там не было ошибок. Не было «плохих» моментов. Музыка всегда была чем-то прекрасным. Сквозь строки в песнях можно было передать все: эмоции, звуки, запахи, чувства и пережитое. Боль, грусть, любовь — и многое другое можно было превратить в песню. И я частенько это делала. В порыве вдохновения писала небольшие куплеты и напевала их под гитару.

На гитаре я научилась играть ещё в четырнадцать лет. Увидела как на улице какой-то парень красиво играл на гитаре и вдохновились. Петь я всегда любила и раньше делала это постоянно. В прочем то, голос у меня тоже был ничего так. Гитару я купила себе сама. Уже тогда, только получив возможность я начала работать в цветочном магазине одной старушки — мисс Карнон. Она была очень доброй и понимающей. Знала о моей ситуации в семье. Заботилась обо мне как о родной внучке, ведь своих внуков у нее не было. Зато была я. Два с половиной года я работала у неё, часто ходила к ней в гости, познакомилась с ее дочерью — Энни Карнон. Энни тоже была очень милой и доброй девушкой, всегда напоминала мне ее мать. Бывало мы часто собирались дома у мисс Карнон, пили чай и болтали. Когда Энни уезжала на учебу я приходила домой к мисс Карнон и помогала убираться. А она пекла булочки, что после мы ели за чаем. Мне казалось что вот оно — счастье.

Но потом мисс Карнон умерла. У нее всегда было больное сердце и однажды оно не выдержало. После ее смерти я и впала в это состояние. Подвешенное. Не живое. Эта старушка была моей семьёй. Но я снова лишилась семьи, будто не была не достойна. После смерти мисс Карнон с Энни я старалась поддерживать общение, но со временем... мы все равно стали чужими. И в цветочный магазин я больше не ходила. Избегала.

Цветочный магазин, мисс Карнон, Энни и время когда все ещё было хорошо наверное останется лучшим в моей жизни. Теплым воспоминанием которое я так боюсь забыть. Порой кажется что все это был лишь сон и я никогда и не встречала их. После этого я стала работать в разных местах. Деньги всегда были нужны, ведь от родителей я ни доллара не получила. Всегда все делала сама. Кормила, одевала, развлекала я себя самостоятельно. И четко решила: исполнится восемнадцать съеду от родителей. На жилье деньги я уже откладываю.

Утонув в раздумьях я на автомате дошла до дома. Но только переступила порог квартиры как крики впились в уши. Мать была дома. Надо же, наконец-то вспомнила что у нее есть дом, спившийся муж и семнадцатилетняя дочь. Они громко кричали друг на друга, да так что казалось что вот вот у меня лопнул перепонки в ушах. Я старалась игнорировать эти крики и тихонько вошла в свою комнату заперев дверь. Лениво бросила сумку на кровать и из тайника за шкафом достала пачку сигарет. Взяла одну, подожгла и закурила. Едкий дым въедался в кожу, медленно разрушая меня. Я открыла окно и вылезла на пожарную лестницу, смотря на город. Наушники так и не снимала. Все слушала любимый плейлист, до тех пор пока телефон не разрядился. Но зарядка была на кухне. Мне не хотелось, но пришлось идти. Я потушила сигарету и положила ее в небольшую банку что специально стояла на пожарной лестнице, для сигарет. Вернувшись в свою комнату, я глубоко вздохнув, вышла в коридор. Мама отчитывала отца в родительской комнате и пока они были там я быстро проскочила на кухню, забрав зарядку с полок и уже хотела уйти. Но на кухню пришла мама, бурча себе под нос что-то. Я проигнорировала ее появление, но она все же заговорила со мной.

— Николь! Ну хоть ты за квартирой можешь следить-то, а? — она сделала короткую паузу тяжело вздохнув — ты же уже не ребенок, могла бы и убраться нормально. Что мне, и на работе пахать и за домом следить? —

Это прозвучало так будто она каждый день таскала тяжести и вкалывала как проклятая.

— Вернулась со своих командировок и сразу хочешь всем мозги прополоскать? — я хотела бы промолчать, но слова вылетели сами.

— Да сразу! — она встала и пошла за мной — вот сразу! —

Я пыталась игнорировать ее слова. Она снова говорила какая я плохая дочь. Лишь о себе и думаю. Что никогда и не любила ни её, никого больше на свете. От этих слов сердце внутри сжималось в неприятный ком. Я просто ушла в комнату хлопнув дверью, попутно закрыв ее на замок. Поставила телефон на зарядку и подошла к окну. Я не хотела оставаться тут. В месте которое приходится называть домом.

Прохладный ветер подул мне в лицо, пока я лезла с пятого этажа на крышу. Всего-то в нашем здании было 10 этажей. И в зданиях по близости примерно по столько же. На соседнюю крышу можно было наверное допрыгнуть. Дома были расположены близко к друг другу.

Прошел час. Второй. Может третий. Я не знаю. Я сидела там и беззвучно плакала. Слезы снова полились сами, неконтролируемо обжигая щеки. Я смотрела вниз, на дорогу по которой ездили машины, а по тротуару шли люди. Бесконечный поток людей. Бесконечный поток мыслей. Почему мне досталась такая семья? Зачем? За что? Жизнь будто просто издевалась надо мной. Смотрела как с каждым днём надежда на счастье угасала. Медленно. Будто тонула, задыхаясь. Мои глаза смотрели в пустоту, а не вниз. В груди что-то болело. Так что хотелось кричать. Если я сейчас прыгну, всем же будет лучше?... Но эту мысль прервал телефонный звонок. Я будто очнулась, на автомате залезла в карман. Но тут вспомнила что мой телефон дома. Сердце пропустило удар. Я обернулась на звук, но... тут же успокоилась.

На нем была все та же фиолетовая маска, джинсы, свитшот и большие ботинки. Взгляд карих глаз испугано смотрел на меня, ожидая моей реакции. А я с интересом смотрела на него. Ещё минуту наверное мы так и смотрели друг на друга пытаясь понять что происходит. Или уже понимали. Но я узнала его. Запомнила. И он кажется тоже.

— Тоже любишь гулять на крышах? — неожиданно спросила я. Он замялся, но кивнул.

— Да, здесь спокойно —

— И красиво — наконец-то я услышала его голос. Слегка хриплый, будто при простуде, но спокойный.

— Я Николь — я представилась, сама не зная зачем — Николь Портман.

Сначала он отвёл взгляд в сторону. Но потом снова посмотрел на меня. Кажется его напряжение потихоньку стихало.

— Донни Хамато— он подошёл и сел рядом, посмотрев сначала в даль, а потом вниз.

— Я тебя помню. Спасибо что помог — наконец-то поблагодарила я, снова переведя взгляд на него.

— Ты меня не боишься? — внезапно спросил он. Боятся? Зачем?

— Ты ведь меня спас. Зачем мне тебя боятся? — ответила я с ноткой непонимания.

— Ну, обычно многие пугаются — сказал он усмехнувшись.

— Значит я не многие — я улыбнулась пожав плечами. Ну а что? Не чувствую я к нему страха.

— Да точно. —

Между нами на секунду поселилась тишина. Был лишь слышен гул машин и людей внизу.

— Интересно куда все спешат? — подумала в слух я.

— Да тоже всегда задавался этим вопросом —

— Хотя... — протяжно ответила я — это Нью-Йорк, не удивительно. Город который никогда не умирает — Но сам город все же удивительный —

— Это точно. Что только с ним не происходило — я прижала ноги к груди, обвив их руками и положила на них голову.

В воздухе снова повисло молчание. Но не неловкое. Будто уютное.

«нужно спросить его номер» — подумала я и отвела взгляд в сторону. Наверное, неловко будет просить его номер, но мне очень было интересно узнать о таких как он побольше.

— Можно твой номер? — неожиданно спросила я. Он слегка удивлённо посмотрел на меня, и прежде чем ответил я добавила — если ты не против, хочу узнать по больше о... таких как ты —

— Ёкаи. Или же мутанты — он протянул мне телефон где был написан его номер. Я быстро записала его.

— Что-ж, ёкай, жди допроса — пошутила я коварно улыбаясь. Затем я встала, попрощалась и ушла. Хотелось спать, но я всё думала об этой встрече.

япи, новая глава. Ну как вам? XD