Грань терпения

Солнечные лучи вовсю заливали спальню старост, когда ты медленно открыла глаза. Первое, что ты почувствовала, — это удушающее, но невероятно приятное тепло. Ты повернула голову и замерла: ты лежала в кровати Драко, а его сильная рука по-прежнему собственнически покоилась на твоей талии, намертво прижимая тебя к своей груди.

Ты проснулась намного быстрее него. Драко спал на удивление крепко и безмятежно — без своих привычных кошмаров. Его платиновые волосы были забавно растрепаны по подушке, а ледяная аристократичная маска полностью исчезла, уступив место спокойному, расслабленному выражению лица.

Ты дёрнулась, пытаясь выбраться из его стальной хватки, и от этого движения Малфой тихо нахмурился. Его длинные ресницы дрогнули, и он медленно приоткрыл затуманенные со сна серые глаза. Заметив, что ты уже вовсю бодрствуешь и хитро смотришь на него, он хрипло, со спросонья выдохнул:

— Доброе утро, барсук… — его голос был непривычно низким и бархатистым. — Полагаю, моё рабство официально началось? Ну давай, выкладывай свою первую хотелку. Что там у тебя? Принести тебе голову Поттера на блюде?

Ты дразняще улыбнулась, подперев подбородок ладонью прямо на его груди, и выдала самую глупую и легкую вещь, которая только пришла тебе в голову:

— Хм, нет. Твоя первая задача на сегодня, Малфой, — это заплести мне две косички. И сделать это прямо сейчас.

Драко на секунду опешил. Он моргнул, словно проверяя, не ослышался ли, а затем удивленно округлил глаза и приподнялся на локтях, ослабляя хватку на твоей талии. На его губах расплылась легкая, недоверчивая ухмылка.

— Косички? — переспросил он, недоуменно глядя на твои растрепанные волосы. — И это всё? Ты будешь загадывать мне такие глупые и легкие хотелки? Серьёзно, Т/И? Я-то думал, что всё будет гораздо хуже. Ожидал, что ты заставишь меня петь гимн Пуффендуя на столе в Большом зале или публично признаваться тебе в любви перед Снейпом. А тут… косы. Слизеринцы зря меня оплакивали.

Ты медленно села на кровати, поправляя воротник рубашки, повернулась к нему спиной и, бросив через плечо хитрый, торжествующий взгляд, вкрадчиво прошептала:

— Не расслабляйся, Малфой. Это только начало. До конца дня еще очень далеко, и поверь, к вечеру ты будешь умолять меня о пощаде. А теперь бери расческу и приступай к работе, раб.

Драко лишь обреченно вздохнул, но в его серых глазах заплясали теплые, смеющиеся искорки.

Драко обреченно вздохнул, сполз с кровати и через минуту вернулся с твоей деревянной расческой в руках. Он устроился на матрасе прямо позади тебя, заставив тебя сесть по-турецки. Его длинные пальцы аккуратно разделили твои волосы на две неровные половины, и парень с абсолютно серьезным, сосредоточенным видом принялся за работу.

Правда, его чистокровный перфекционизм тут же столкнулся с полным отсутствием опыта. Малфой умел идеально завязывать галстук и укладывать свои волосы гелем, но плетение девичьих кос явно не входило в программу обучения молодых аристократов.

— Ай! Малфой, полегче! — вскрикнула ты, когда он слишком резко потянул прядь у самого корня. — Ты мне сейчас скальп снимешь!

— Сиди смирно, барсук, — проворчал он тебе в макушку, нахмурив брови так, словно варил сложнейшее противоядие. — Твои волосы слишком пушатся. Они совершенно не хотят ложиться так, как надо.

Через секунду он снова затянул прядь, и ты опять зашипела от боли, попытавшись обернуться.

— Драко, Мерлин, ты плетешь косу или пытаешься задушить мою голову?! Это больно!

— Я не умею, понятно? — раздраженно, но в то же время как-то смущенно выдохнул он, и его ладони на секунду замерли. Он аккуратно, стараясь действовать как можно мягче, провел пальцами по твоей голове, успокаивая боль. — Я никогда в жизни этого не делал. Так что перестань вертеться, иначе вместо косичек у тебя на голове получится гнездо для соплохвоста.

Ты против воли улыбнулась, чувствуя его непривычно близкое, теплое дыхание на своей шее. Было чертовски забавно и мило наблюдать за тем, как гроза Хогвартса и правая рука слизеринцев возится с твоими волосами, сердито сопя под нос от каждого неудавшегося узелка.

Наконец, спустя добрых десять минут пыток, Драко победно завязал вторую резинку и слегка отстранился, оценивая результат.

Ты потянулась к зеркалу на тумбочке и прыснула от смеха. Косички получились кривыми, разной толщины, а из них во все стороны торчали непослушные пуффендуйские пряди. Но сам факт того, что Малфой довел дело до конца, заставил твое сердце сладко сжаться.

— Ну и как тебе? — Драко вальяжно откинулся на подушки, закинув руки за голову, и порочно ухмыльнулся, разглядывая твое отражение. — По-моему, я заслужил награду за свои страдания. Какая твоя следующая хотелка, Т/И? Обещаю, если ты заставишь меня делать это публично, Слизерин объявит мне бойкот.

Ты хитро прищурилась, глядя на его довольную платиновую физиономию в зеркале, и медленно повернулась к нему. На твоих губах играла самая коварная пуффендуйская ухмылка из всех возможных.

— Оу, Малфой, поверь, Слизерин не просто объявит тебе бойкот. Твой отец, если узнает, лишит тебя наследства, — вкрадчиво протянула ты, поднимаясь с кровати.

Ты подошла к своему массивному шкафу, открыла дверцу и вытащила оттуда свой любимый, огромный, невероятно мягкий шерстяной шарф в ярко-желтую и черную полоску. Цвет твоего факультета буквально резал глаза на фоне мрачноватого слизеринского интерьера.

Ты вернулась к постели и с самым невинным видом протянула шарф Драко.

— Твоя вторая хотелка, раб. Ты наденешь этот пуффендуйский шарф и будешь ходить в нем весь сегодняшний день. На все уроки, в коридорах и, самое главное, на обед в Большой зал.

Малфой замер, уставившись на желто-черную шерсть так, словно ты подсунула ему живую гремучую змею. Его челюсть слегка отвисла, а бледные щеки моментально залил густой румянец — не то от возмущения, не то от подступившего чистокровного стыда. Он перевел взгляд с шарфа на твои кривые, заплетенные им косички и обреченно прикрыл глаза рукой.

— Т/И, скажи, что ты шутишь, — взмолился он, и его голос сорвался на хриплый шепот. — Я чистокровный Малфой. Я староста Слизерина. Если Забини или Нотт увидят меня в цветах барсуков, меня засмеют до конца моих дней. Мерлин, да Поттер от смеха подавится своим снитчем! Давай лучше я сделаю за тебя всю домашку по Снейпу на год вперед?

— Никаких «лучше», Малфой, — непреклонно отрезала ты, делая шаг ближе и нависая над ним. — Договор есть договор. Или чистокровные слизеринцы не держат своего слова, как только дело касается капельки желтого цвета?

Драко шумно выдохнул сквозь зубы, буравя тебя своим потемневшим, злым, но до безумия влюбленным взглядом. Он понял, что проиграл этот раунд в пух и прах. Схватив шарф из твоих рук, он рывком поднялся с постели и с таким видом, будто затягивает на шее петлю, обмотал его вокруг своей шеи поверх шелковой рубашки.

Сочетание его безупречных платиновых волос, строгих черных брюк и огромного, пушистого пуффендуйского шарфа выглядело настолько нелепо и одновременно горячо, что ты едва сдержала победный писк. Покрасневший до кончиков ушей Драко подошел к тебе вплотную, собственнически перехватил тебя за талию и притянул к себе, обжигая лицо своим мятным дыханием.

— Ты невыносима, барсук, — прорычал он прямо тебе в губы, утыкаясь своим носом в твою щеку. — Я надену этот чертов шарф. Но учти: за каждую Паркинсон, которая ткнет в меня пальцем, ты вечером будешь расплачиваться со мной в этой самой кровати. Договорились?