Грань терпения

— Да что ты мне сделаешь, Малфой? Снова будешь жаловаться своему пап... — ты начала очередную дерзкую фразу, уверенно глядя ему в глаза, но договорить тебе не дали.

Драко резко, грубо прервал тебя, накрывая твои губы своими. Это был не тот мягкий поцелуй в лоб, который случился ночью в коридоре. Это была вспышка накопившейся ярости, страсти и безумного голода, который он слишком долго сдерживал. Он целовал тебя требовательно, глубоко, сминая твои губы с такой силой, словно пытался выжечь из твоей памяти саму мысль о том, чтобы когда-либо бежать от него к пуффендуйцам.

Твоё упрямство сломалось в ту же секунду. Ты не стала сопротивляться. Вместо этого ты шумно выдохнула ему в губы, полностью отдаваясь этому безумию, и выпустила из пальцев его галстук. Твои руки скользнули выше, и ты запустила пальцы в его удивительно мягкие, шелковистые платиновые волосы, слегка сжимая их и притягивая Малфоя еще ближе к себе. Драко от этого жеста глухо, хрипло застонал прямо в поцелуй. Его ладони переместились с матраса на твою талию, прижимая твое тело к своему так плотно, что между вами не осталось ни сантиметра воздуха.

Когда ему перестало хватать кислорода, он нехотя разорвал контакт с твоими губами, но не остановился. Драко спустился ниже, обжигая своим прерывистым дыханием твой подбородок, и начал лихорадочно, собственнически целовать твою шею, оставляя влажные, горячие следы прямо на нежной коже под ухом. Его пальцы на твоей талии дрожали, а хватка становилась всё более отчаянной.

Горячая волна удовольствия накрыла тебя с головой, но пуффендуйский характер и гордость вовремя подали голос внутри. Ты поняла, что если сейчас полностью растворишься в его руках, то Малфой окончательно посчитает себя победителем.

— Прекрати… Малфой, прекрати сейчас же, — выдохнула ты, пытаясь вернуть голосу прежнюю твердость, хотя он предательски дрожал от накатившей нежности. Ты уперлась ладонями в его плечи и попыталась слегка оттолкнуть его от своей шеи. — Хватит с тебя. Ты мне надоел. Слышишь? Надоел со своими слизеринскими замашками. Уйди.

Драко замер, уткнувшись носом в твою ключицу. Его плечи тяжело вздымались. Несколько секунд он просто лежал на тебе, пытаясь выровнять дыхание, а затем медленно поднял голову. Его серые глаза были затуманены страстью, зрачки расширены, а на губах, ставших непривычно яркими после поцелуя, снова расплылась ленивая, чертовски довольная ухмылка. Он прекрасно слышал твои слова, но то, как твои пальцы до сих пор подергивались в его волосах, выдавало тебя с потрохами.

— Надоел, значит? — хрипло переспросил он, перехватывая твои запястья и мягко прижимая их к подушке по бокам от твоей головы, чтобы снова зафиксировать тебя под собой. — Врёшь и не краснеешь, барсук. Если бы я тебе надоел, ты бы не целовала меня так, будто это твой последний день в Хогвартсе.

Драко лишь приглушённо хрипло рассмеялся, проигнорировав твою слабую попытку оттолкнуть его. Он не собирался отпускать тебя сейчас, когда ты наконец-то перестала колоться своим ядовитым языком и так отчаянно отвечала на его поцелуи.

— Надоел, говоришь? — повторил он, и его голос опустился до едва различимого, порочного шёпота. — Ну ладно. Давай проверим, насколько сильно я тебе надоел.

Он медленно наклонился, но вместо того, чтобы снова жёстко перехватить инициативу, Драко начал изводить тебя изощрённой пыткой. Он едва заметно, невесомо коснулся своими губами уголка твоего рта. Один мимолётный мазок, от которого по твоей коже пробежали миллионы раскалённых мурашек. Ты невольно подалась навстречу, ожидая продолжения, но Малфой тут же отстранился на пару сантиметров, дразня тебя и заставляя ловить ртом воздух.

— Малфой, ты придурок… — выдохнула ты, пытаясь сохранить остатки пуффендуйской гордости, но пальцы в его платиновых волосах против твоей воли сжались крепче.

— Я знаю, барсук, — пришептал он, и его губы переместились к твоей верхней губе.

Он легонько очертил её контуром, едва уловимо прикусил и снова отпрянул. Его дыхание, пахнущее ледяной мятой, обжигало твое лицо. Слизеринец намеренно не углублял поцелуй, заставляя тебя саму тянуться за ним. Его ладонь медленно скользнула от талии выше, сминая ткань твоей рубашки и оставляя за собой шлейф удушающего тепла.

Драко опустился ниже, целуя ямочку под твоей челюстью, а затем медленно, дюйм за дюймом, повёл губами вверх к твоему уху. Он слегка задел мочку губами, заставляя тебя судорожно вздохнуть и выгнуть спину навстречу его телу.

— Ну же, Т/И, — хрипло, с явным превосходством выдохнул он прямо тебе в ухо, пока его пальцы нежно поглаживали твою шею. — Скажи мне ещё раз, как сильно я тебе надоел. Попроси меня уйти. Ну? Почему ты молчишь?

Ты прикусила губу, чувствуя, как внутри всё плавится от этой невыносимой, сладкой пытки. Твой острый язык окончательно отказал. Драко дразнил тебя так умело и чувственно, что ты едва сдерживала стон, разрываясь между желанием ударить его и необходимостью прижать к себе ещё сильнее, чтобы он наконец прекратил эту игру в кошки-мышки.

— Малфой… хватит издеваться, — охрипшим, полностью сдавшимся голосом прошептала ты, заглядывая в его потемневшие, полные торжества серые глаза.

— Только если ты сама попросишь меня остаться, — порочно улыбнулся он, застывая в миллиметре от твоих губ.