Актеры

Воспоминание:

— Что! Нет! Сера, ты, должно быть, шутишь. Если это шутка, то она уже не смешная, — закричала Дженни, пока слезы не окрасили и щеки Серы тоже.

— У меня осталось недолго, Джен. Врачи сказали, что они ничего не могут сделать, — сказала она, обнимая девушку и прижимая её голову к себе, пока та рыдала еще сильнее.

— Нет... ты, должно быть, шутишь. Я не могу потерять тебя, онни. Должно же что-то быть, что мы можем сделать. Я... я уговорю маму отвезти тебя в Англию, там же есть новое лечение от рака, верно? Я уверена, мы что-нибудь придумаем.

Дженни что-то пробормотала, отстраняясь и хватая её за руки, в то время как Сера лишь печально улыбнулась и взяла её за руку.

— Уже слишком поздно, Джен. Это поджелудочная, и это терминальная стадия. Врачи сказали, что ситуация безнадежна, — объяснила она, пока Дженни рыдала еще сильнее.

— Как это возможно? Сера, мы же были вместе вчера вечером, и всё было в порядке. Как... — она замолчала, когда старшая еще крепче прижала её к себе.

— Не плачь, Джен... если мне осталось всего несколько месяцев, я была бы счастливее всего, если бы провела их с тобой... и с Тэ, и с моей семьей. Нет лучшего способа для меня уйти. Давай максимально используем то время, что у меня осталось, хорошо? Я знаю, что это много, но я хочу успеть сделать как можно больше и быть такой же счастливой, какой была до этого. Я смирилась с тем, что ничего не осталось, и я хочу, чтобы мы с тобой создали как можно больше общих воспоминаний перед этим, — объяснила она, вытирая слезы Дженни, что было бесполезно, так как они не заканчивались.

— Как долго... — спросила Дженни, пока Сера с любовью поправляла ей волосы.

— 4 месяца, — печально ответила она, а Дженни, качая головой, уткнулась в объятия Серы.

— Тэ знает? — спросила она. Сера поджала губы и кивнула.

— Мне нужно было поговорить с ним о том, как сообщить тебе. Он узнал за 20 минут до того, как ты пришла сюда, — объяснила она. Дженни кивнула, и словно по команде в комнату вошел мужчина, неся с собой гитару, билеты в Lotte World и походное снаряжение.

— Что это, черт возьми, такое? — в легком шоке спросила Сера, когда он улыбнулся ей.

— Готовься. Мы начинаем твой список желаний прямо сейчас.

— Ты уверена, что тебе стоит это делать? — спросил Тэхён. Сера кивнула, полная решимости выполнить свой список желаний, в то время как Дженни лишь поджала губы.

— Сер, ты потеешь сильнее, чем обычно... — обеспокоенно заметила Дженни, переживая за её здоровье.

— Я В ПОРЯДКЕ! — внезапно выкрикнула Сера, заставив Дженни слегка отпрянуть.

— Прости, просто... я в норме. Давай не будем... я... я в порядке... — голос Серы сорвался, и она потеряла сознание, а Тэхён подхватил её под руку. Она видела, как Дженни набирает номер на телефоне, склонившись над ней, прежде чем тьма поглотила её.

— Черт, черт, черт... мне звонить в 911? О черт! — Дженни металась вокруг, подавая девушке полотенце и её пакет с лекарствами, при этом её телефон был открыт.

— Дай мне позвонить твоей маме, — заявил Тэхён, пробегая по лестнице из подвала, пока Сера сидела на полу, кашляя кровью.

— Черт, — сказала Дженни, подавая девушке воду и рыща в аптечке в поисках необходимых лекарств, пока Сера опиралась на мебель, чтобы не упасть.

— О, Сера... нам нужно срочно в больницу! — воскликнула мама Серы со слезами на глазах. Сера увидела испуганные лица Дженни и Тэхёна, а затем её отец подошел, чтобы поднять её и посадить в машину.

— Привет, Сера, — поприветствовала Дженни, входя в больничную палату после тренировки стажёра.

— Джен... — слабо улыбнулась Сера, когда Тэхён повернулся от кровати и увидел вошедшую знакомую фигуру.

— Есть новости? — спросила Дженни. Сера кивнула.

— Остался один месяц.

— Черт. Я могу что-нибудь тебе принести? Что угодно? — начала Дженни, но замолчала, как только Сера протянула руку, чтобы взять её за руку, и посмотрела на неё.

— Джен , мне нужно, чтобы ты пообещала мне кое-что, — сказала она. Дженни тут же села рядом, сжимая её руку в ответ.

— Конечно. Что это? — спросила она.

— Будь со мной в мои последние мгновения, — сказала она, и Дженни тут же расплакалась.

— Разве это большая просьба? Конечно, я буду рядом.

— Это мое последнее желание. Я хочу, чтобы вы все были здесь в мои последние минуты.

— Конечно, мы будем здесь, Сер. Как мы могли бы не быть?

— ТЭХЁН! Черт, Тэхён, не говори мне. Пожалуйста, не говори мне! — умоляла Дженни со слезными глазами, в то время как мужчина, стоявший в дверях, лишь яростно смотрел на неё и оттолкнул её.

— Как ты могла, Дженни? Как ты могла? Ты даже не отвечала на мои звонки, ради чего? Ради какой-то встречи?

— Её нет. Сера ушла, а ты даже не смогла исполнить её последнее желание, — выплюнул он с ядом, а Дженни рухнула на группу, рыдая всем сердцем.

— Не-нет... она не может... её не может не быть. Я не... — кричала Дженни, не в силах связать и двух слов, в то время как мужчина просто начал уходить от неё.

— Ты монстр, Дженни.

Акты ненависти
16

-Монстр?

Дженни сидела, ерзая на стуле. Она подтягивала ногу к груди, затем опускала её, теребила кольцо и поправляла волосы неприлично много раз.

Тэхён просто постукивал коленом в ожидании, не зная, как начать разговор.

— Этот разговор будет тяжелым, — начал он, и на этот раз она посмотрела ему прямо в глаза.

— Я хочу, чтобы ты рассказала свою версию того, что случилось с Серой.

Дженни резко вдохнула, не ожидая ни такой прямоты, ни внезапности вопроса.

— С какой стороны? — спросила она, глядя ему в глаза, и удивилась, что он не сверлил её привычным взглядом, а лишь внимательно наблюдал.

— С любой, с какой посчитаешь нужным, — ответил он, отхлебнув воды.

— Ну... Сера была моей сестрой. Она была моей семьей. Что я могу сказать... Я любила её. Любила больше, чем можно себе представить. Она стала моей семьей, когда моя собственная меня никогда не принимала, — начала она, и Тэхён кивнул.

— Мы всё делали вместе. Соседки по комнате... как бы это сказать? Мы были подругами, которые сразу нашли общий язык. Мы обе из Пусана. Наш коннект был мгновенным. Каждый раз, когда мы ездили домой на каникулы, мы ехали в Пусан вместе с тобой. Все трое были для меня семьей. Она была рядом, когда я тренировалась, когда записывалась, когда мне было и очень плохо, и очень хорошо. Она была рядом во всем, — Дженни предалась воспоминаниям о счастливых моментах.

— А потом настал тот день. Это случилось сразу после той ночи, когда мы пообещали встречаться в том же месте год за годом. Кто бы мог знать, что это будет единственный год, когда мы были вместе, — размышляла она, вытирая случайную слезу, катящуюся по щеке.

— Диагноз с раком. Я никогда не ненавидела мир так сильно, как в тот день. У меня почти не осталось семьи, и тот день стал последним, когда она была у меня. Это был конец моего мира, Тэхён. Она должна была уйти через месяцы, месяцы. Это было жестоко, правда. Но я делала то, что должна была. Я скрывала это перед ней. Боль от потери... я сделала всё, чтобы выполнить её просьбу — создавать счастливые воспоминания перед тем, как она уйдет, — продолжала Дженни, тяжело вздохнув.

— И вот, у меня всё это было, и вдруг мама сказала, что я должна либо поскорее проявить себя в карьере айдола (что означало дебют), либо мне придется бросить всё и работать в компании. А потом еще и отчим... ну, он был собой, я полагаю.

— Я не хотела так просто сдаваться, Тэ. Я не хотела жить жизнью, в которой буду несчастна всё чертово время.

— И тут пришла та встреча. Генеральный директор моей компании вызвал меня и сказал, что если я пройду интервью и докажу, что достаточно хороша для дебюта, то это случится уже в следующем месяце. Вот и всё. Это был мой большой шанс. И я пошла в офис к гендиректору на встречу. Единственный нюанс? Телефоны запрещены. Я должна была сдать свой и забрать его позже, поэтому я его выключила. Потом я прошла встречу и забрала телефон... — закончила она за него.

— И только потом увидела пропущенные вызовы и сообщения, — закончил он.

Она кивнула.

— Я вернулась сразу же. Её дата была на две недели раньше, Тэ. На две целые гребаные недели раньше. Я не ожидала, что это случится именно в тот день, когда меня не было. Боже, я хотела бы никогда туда не ходить. К тому времени, как я приехала, было слишком поздно. Её уже не было, и я так и не смогла попрощаться или сдержать свое обещание, — продолжала она, уже начиная рыдать от болезненных воспоминаний.

— Она умерла. И меня не было рядом, как я обещала. А потом ты возненавидел меня. Все были разочарованы, потому что из-за меня она не смогла уйти спокойно. Я не могла смотреть её родителям в глаза, всё стало слишком тяжелым. Я была молодой, даже глупой. Я не могла вернуться туда и смотреть в глаза всем после случившегося, и тут я узнала, что меня одобрили на дебют, и я просто... уехала, — закончила она, пока он сидел и переваривал всё услышанное.

— Когда ты в последний раз была в Пусане? — спросил он, а она, закусив губу, заерзала еще сильнее.

— Я не была... с тех самых пор, — сказала она, глядя вниз, в то время как у Тэхёна отвис челюсть.

Он не осознавал, как тяжело ей было. Как тяжело было всё это, включая необходимость видеть его каждый день.

Выслушав всё, он не смог заставить себя продолжать ненавидеть её.

— Почему ты не сказала нам? Или хотя бы мне, о том, что происходило у тебя дома? — спросил он, и она вздохнула.

— Тэ, как я могла? Мне было, блядь, шестнадцать. Сера буквально умирала от рака, и мы должны были быть рядом с ней. То, что происходило у меня дома, не могло с этим сравниться, — пробормотала Дженни, запуская руку в волосы.

— Джен, это не делает тебя менее важной. Если бы ты сказала нам или хотя бы мне, ты была бы так же важна, — сказал он со вздохом, прежде чем снова посмотреть на неё.

— Подожди, она была?.. — спросил он, на этот раз подавшись вперед.

— Он снова начал тебя бить? — спросил он, предельно ясно намекая на то, о ком идет речь.

И отсутствие её ответа снова доказало ему, что он прав.

— Черт, Джен... я хотел, чтобы ты сказала мне, — произнес он.

Тот факт, что он сказал, что хотел бы, чтобы она ему доверилась, а не стал отчитывать её за то, что она промолчала, согрел её сердце чем-то похожим на... надежду.

Надежду на то, что они оставили ненависть в прошлом.

— Ну, вот... это моя сторона, я полагаю, — подытожила она странным финалом, так как всегда была ужасно неловкой в напряженные моменты.

— Ну... да, — ответил он, выдохнув во время паузы.

— Так... — продолжила она, ненавидя тишину, повисшую между ними, пока он смотрел на неё.

— Ты всё ещё... ну, ненавидишь меня? — прямо спросила Дженни. Он моргнул и обессиленно опустился в кресло.

— Нет. Не ненавижу. Как я мог, Джен, — искренне ответил он, и она слегка улыбнулась.

— Хорошо.

Акты ненависти