Вару и последний кусочек пиццы

Вару доел кусочек с ананасом, задумчиво посмотрел на пустую тарелку и пробормотал:

— Ну вот. Даже поругаться не с кем. Скучно быть единственным выжившим в битве за еду…

Но не успел он толком погрустить, как дверь в комнату снова распахнулась — и влетел Феликс. Глаза у него были круглые, как две тарелки, а в руках он сжимал коробку от пиццы.

— Вару! Там ошибка! — закричал Феликс. — Курьер перепутал! Вместо пиццы с грибами нам привезли пиццу с ананасами! Целую!

Вару побледнел.

— С ананасами?! — прошептал он. — Да это же… это же катастрофа!

— А мне нравится! — радостно заявил Феликс и уже потянулся к коробке.

Вару мгновенно забыл про одиночество и метнулся вперёд, как супергерой, только вместо плаща у него была футболка с принтом «Я не голоден (но это неправда)».

— Стой! Нельзя! — завопил он. — Ананас на пицце — это как снег в июле! Ненормально!

Феликс замер с рукой в сантиметре от коробки.

— Но она же горячая… и пахнет вкусно…

— Она пахнет предательством! — не сдавался Вару.

Тут в дверях появился Куромаку. Он окинул сцену строгим взглядом, поправил очки и сказал:

— У нас проблема не в ананасах. У нас проблема в отсутствии системы. Мы не можем каждый раз устраивать драму из-за еды. Нужно ввести правила.

— Какие ещё правила?! — возмутился Вару. — Еда — это свобода!

— Свобода должна быть упорядоченной, — спокойно ответил Куромаку и достал из кармана блокнот. — Предлагаю ввести «Пиццевый кодекс». Пункт первый: ананасы на пицце запрещены. Пункт второй: если кто-то всё-таки заказал пиццу с ананасами, он обязан съесть её сам. Полностью. В одиночестве. В тёмной комнате.

Феликс тут же убрал руку от коробки.

— Ладно, ладно, я не хотел… Я вообще люблю грибы…

В этот момент в комнату вошёл Пик. Он посмотрел на коробку, потом на Куромаку, потом на Вару, который уже пытался спрятать пиццу за спину, и медленно произнёс:

— Если сейчас кто-то скажет хоть слово про ананасы… я уйду в свою комнату и не буду с вами разговаривать три дня.

Все замерли. Даже коробка с пиццей будто стала тише.

А потом из коридора раздался голос Данте:

— Ребята, я тут подумал… А давайте закажем ещё одну пиццу! Но на этот раз — с колбасой, сыром, грибами и… без ананасов. И ещё одну — для Пика. Чтобы он не уходил в свою комнату на три дня.

Пик чуть заметно кивнул.

— Это… приемлемо.

И тут все одновременно выдохнули. Даже Вару перестал прятать коробку — теперь она уже не была врагом, а стала просто пиццей, которую можно поделить.

Куромаку открыл блокнот и записал:

— Пункт третий: если есть риск ссоры из-за пиццы, нужно заказать ещё одну. Это дешевле, чем чинить мебель после битвы.

Феликс радостно подпрыгнул:

— Ура! Значит, мы можем съесть целых две пиццы?!

— Три, — поправил Данте. — Одну для Пика, одну для всех, и… ту, с ананасами.

Вару застонал:

— Только не говори, что мы её тоже будем есть!

Данте хитро улыбнулся:

— Не будем. Мы её… подарим Зонтику. Он у нас самый спокойный. Пусть сам решает, герой он или нет.