Пока не опали листья

Соник, вооруженный решимостью и ручкой Шэдоу, не собиралось сдаваться. Его план был прямым, быстрым и нелогичным, как и он сам. Он не станет ждать, когда сам Шэдоу соизволит ответить.

Соник знал, что у него мало времени. Если Шэдоу уезжает через две недели, и уже начал обрывать контакты, то времени на логическое убеждение нет. Ему было нужно взломать систему Шэдоу.

План Соника:

1. Найти информацию. Шэдоу - человек (ёж) публично идеальный. Такие вещи, как переезд, невозможно скрыть полностью. Эту информацию должен знать кто-то из школьной администрации или учителей.

2. Действовать по правилам Шэдоу. Соник не будет эмоционально давить.
Он найдет логическую зацепку.

Первым делом Соник направился в кабинет мистера Харрисона, учителя химии (и, по совместительству, руководителя клуба для одаренных). Он знал, что Шэдоу часто там задерживался. Соник ворвался в кабинет без стука. Мистер Харрисон, корректировавший лабораторные работы, поднял голову.
- Соник? Ты сегодня... Необычно взволнован. В чем дело? Твоя пятерка аннулирована?

- Нет, сэр. Дело в Шедоу, - Соник подошёл прямо к столу. - Он ведёт себя странно. И он сказал, что уезжает. Это правда?

Мистер Харрисон нахмурился. Шэдоу, при всех его талантах, был очень закрытым парнем.
- Я не уполномочен...

- Сэр, пожалуйста, - Соник был абсолютно серьезен. - Я же знаю его. Он лжет. Он пытается оттолкнуть меня, потому что... Потому что ему больно. Он не хочет прощаться. Но если он уйдет вот так, он сделает мне больнее. Куда он едет?

Мистер Харрисон тяжело вздохнул. Он видел, как эти двое изменили друг друга за эту осень.
- Я не знаю точного адреса, Соник. Но его родители подавали запрос о переводе его личного дела. Сказали, что уезжают на середине декабря. Куда-то на Юг. И они попросили... Максимальной конфиденциальности.

- Середине декабря... - пробормотал Соник. У него ещё есть время. Но он не может просто ждать.

Вторая часть плана: Эми.

Тот нашёл Эми на перемене.
- Эми, мне нужна твоя помощь. Срочно.

- Что случилось? Твоя гениальность закончилась? - спросила она, слегка шуткой.

- Шедоу уезжает, - прямо сказал Соник.

Лицо Эми мгновенно стало серьёзным.
- Оу... Я так и думала, что он что-то скрывает. Я видела его в родителей в пятницу. Они были слишком довольны.

- Мне нужно знать его домашний адрес, - потребовал Соник. - Точный.

- Зачем? Ты его будешь преследовать как полиция?

- Я должен поехать к нему домой. Сейчас.

Эми колебалась.
- Это его личное пространство, Соник. Ты же знаешь, как он к нему относится.

- Да знаю! - Соник вытащил из кармана ручку Шэдоу и показал ей. - Он дал мне это. А потом сказал, что я ему надоел. Он хочет, чтобы я его бросил, а не скучал. Но я этого никогда не сделаю. Я пойду к нему, и мы расставим все точки над "и" по правилам его же собственного "кода".

Эми посмотрела на ручку, на ярость и решимость в глазах Соника. Она поняла, что это не обычный визит. Это была Финальная Контрольная.
- Хорошо. Но если он вызовет полицию, я тебя не знаю. (Вот оно значит "хороший друг").

Эми быстро набросала ему на клочке бумаги адрес.

Финальная часть плана: Взлом.

Соник выскочил из школы. На улице было холодно, но он не чувствовал ни ветра, ни холода. Он не побежал, а рванул. Его скорость была на максимальном уровне. Он примчался к тому самому идеальному дому. Он нашёл адрес. Он увидел ту самую калитку. Его рука поднялась и, не колеблясь, он нажал на звонок.

ДЗЗЗЗЗЗЗТ!

Внутри дома Шэдоу, сидевший за своим идеально чистым столом и составлявший свой "эффективный план упаковки", вздрогнул. На его часах было 15:45. Это не может быть родители. И не почтальон. Никто не звонит в это время.

Он подошёл к окну и увидел его. Соника. Он не улыбался. Он не выглядел виноватым. Он выглядел, как-то... решительным.

Шэдоу не мог поверить, что Соник нашел его. Он снова вторгся в его личное пространство. Он нажал кнопку домофона. Его голос был ледяным, как зимний ветер.
- Уходи, Соник. Я уже сказал, что ты мне надоел.

- Нет, - голос Соника был ровным и твердым. - Это, ты мне надоел. Ты невыносим. Ты трус.

Шэдоу замер.
- Что ты сказал?

- Ты трус, Шедоу. Ты бежишь от самой сложной проблемы в своей жизни - прощания. Ты прячешься за ложью, потому что боишься признать. Ты неэффективно используешь время, которое у нас осталось.

Это была коронная фраза Шэдоу, "неэффективно", и теперь Соник использовал его против Шедоу. Эти слова ударили прямо в сердце его логики. Тот молчал.

Соник поднял руку и показал прямо в камеру черную ручку.
- Я жду, Шедоу. Либо ты откроешь мне дверь, и мы всё обсудим, либо я ворвусь, и ты будешь вынужден объяснить своим родителям, почему ты лгал мне, а я пришёл сюда с четвертым отчётом.

Соник блефовал. У него не было отчета. Но Шэдоу не знал этого.
Идеальная система Шэдоу Уилсона была взломана. Он знал, что Соник не отступит. И он знал, что Соник, вероятно, прав. Он тяжело вздохнул и нажал кнопку.

ЩЕЛК.

(Да, "ку-ку башка" - это самое точное определение состояния Шэдоу в этот момент).

- - -

Замок щелкнул. Шэдоу открыл дверь. Он стоял в проеме, высокий, темный силуэт, на фоне идеально чистой прихожей. На нем была черная толстовка и тренировочные штаны - форма его полного рабочего расслабления. Но сейчас он был напряжен, как натянутая струна.

Соник вошел, стряхивая мокрый снег с кроссовок на безупречный мраморный пол. Он сразу почувствовал тяжесть этой комнаты, этой тишины, этого взгляда.
- Ты что, сошёл с ума, - сказал Шэдоу, закрывая дверь.

- Я? Я иду к тебе домой, чтобы сказать правду. А ты стоишь здесь, лжёшь, что тебе надоел человек ёж, который заставил получить пятерку! Кто из нас "сошёл с ума" ?

Не успел Соник договорить, как Шэдоу метнулся вперед. Это был не рывок скорости, а чистая, животная ярость. Он схватил Соника за воротник, резко прижимая его к стене прихожей.
- Никто, - прошипел Шэдоу, глядя ему прямо в глаза. Его лицо было в дюйме от лица Соника. Его взгляд пылал. - Никто не смеет говорить со мной таким тоном. Никто не называет меня трусом. Понял?!

Шэдоу привык к уважению, к страху, к дистанции. Но Соник перешёл все возможные границы, и его "броня" дала трещину. Ярость была его последней защитой.

Соник не испугался. Он не дёрнулся. Он посмотрел в эти яростные, алые глаза и увидел в них... боль.
- Трус, - повторил Соник, тише, но, уже, твёрже. - Ты трус, который бежит от прощания. Ты прячешься за высокомерием, чтобы я не увидел, как на самом деле боишься.

- Заткнись! - Шэдоу тряхнул его. - Я не боюсь. Я уезжаю, потому что такова логика моего продвижения! Это эффективно!

- А говорить, что я тебе надоел, "эффективно" ?! - Соник не стал бороться, он просто принял захват Шэдоу и продолжал давить ещё сильнее. - Если это так, почему ты мне ручку дал?! Ты дал мне талисман! Зачем дарить талисман тому, кто тебе надоел?!

Шэдоу отпустил воротник Соника так же резко, как схватил. Он отшатнулся на шаг, и его ярость мгновенно сменилась полным, абсолютным поражением. Соник попал прямо в цель.

- Я... - Шэдоу посмотрел на свою руку, которой только что держал Соника. Он не мог найти слов.

- Вот почему, - тихо сказал Соник, поправляя воротник. - Ты уезжаешь, не потому что хочешь. А потому что вынужден. Я знаю про то что, твой отец получил работу.

Шэдоу замер. Он посмотрел на Соника с выражением чистого, неподдельного шока.
- Откуда... Откуда ты знаешь?

- Потому что я не тупой, Шедоу, - Соник вытащил из кармана ручку. - Я учился у тебя. Я искал факты. Я спросил мистера Харрисона о твоём переводе. Да, ты - идеален, Шедоу, но ты не можешь просто исчезнуть.

Соник подошёл к нему. Теперь их роли поменялись: Соник был спокойным, логичным, а Шэдоу - эмоционально опустошенным.
- Ты уезжаешь, потому что должен. Но это не значит, что ты должен лгать, что я тебе надоел.

Шэдоу опустил голову. Он чувствовал, как вся его тщательно выстроенная стена рушится. Его глаза были закрыты.
- Я... Мне жаль, Соник, - прошептал он, и это было самое честное, самое уязвимое, что он когда-либо говорил.

Он не мог больше сдерживаться. Это был не гнев, это была боль. Боль от необходимости покинуть свой новый, нелогичный мир.

И в этот момент, Шэдоу, гений контроля, понял, что его ку-ку башка была совершенно права: он любит этого синего ежа.

(Вот вам, признание. Да, не публично, но зато есть).