Глава 10: Другая логика
Урок литературы был идеальным местом, чтобы спрятаться. Мисс Адамс обладала убаюкивающим голосом, а анализ поэзии Серебряного века для большинства учеников был сродни снотворному. В классе царила сонная, почти медитативная атмосфера.
Но для Шэдоу этот урок превратился в пытку.
Он сидел за своей партой, идеально прямо, как всегда. Перед ним лежал открытый учебник. В руке он держал ручку, готовый в любой момент записать ключевую мысль. Со стороны он был воплощением сосредоточенности. Своим обычным "Хм".
Это был тотальный обман.
В его голове не было ни стихов, ни метафор, ни мисс Адамс. В его голове, навязчивым, повторяющимся кадром, снова и снова проигрывалась сцена в углу.
Ярость в изумрудных глазах. Отчаяние в голосе. Опасная, немыслимая близость. Горячее дыхание на коже. Ощущение его пальцев, сжимающих запястье...
Шэдоу моргнул, пытаясь сфокусироваться на строчках стихотворения. Буквы расплывались, превращаясь в бессмысленные черные закорючки. Он снова и снова перечитывал одно и то же четверостишие, но его смысл ускользал, растворяясь в воспоминаниях.
Его рука на моей. Моя рука на него.
Он инстинктивно сжал кулак под партой, пытаясь избавиться от фантомного ощущения. Бесполезно. Он все еще чувствовал тепло его прикосновения, легкую дрожь его пальцев. Его собственный мозг, его идеальная память, которую он так ценил, предательски работала против него, воспроизводя каждую деталь с мучительной точностью.
Мисс Адамс что-то говорила о "лирическом герое" . Шэдоу сделал вид, что записывает. Вместо этого он вывел на полях тетради несколько идеально ровных, но совершенно бессмысленных геометрических фигур. Его порядок, его контроль, его способность отсекать все лишнее - все это дало сбой. Система была взломана. Имя вируса - Соник.
Он не мог не думать о том, что сказал. "Иногда... Это просто другая логика". Что за чушь он нес? Это было нелогично. Импульсивно. Глупо. Но в тот момент, глядя в отчаянные глаза Соника, эти слова показались единственно верными.
Хуже всего было то, что он знал, где сидит Соник. Он не смотрел в его сторону, но чувствовал его присутствие каждой клеткой. Он был как дополнительная переменная, которая появилась на его личном графике и сбила все координаты.
Один раз их взгляды случайно встретились. Соник, который тоже явно витал в облаках, на секунду повернул голову и посмотрел прямо на него. Шэдоу тут же опустил глаза в книгу, но было поздно. Он почувствовал, как к ушам приливает предательский жар.
Он. Шэдоу. Смутился.
Это было настолько чуждое, настолько неправильное ощущение, что он на мгновение запаниковал. Он, краш половины девчонок в школе, эталон невозмутимости, сидел и краснел, как первоклашка, из-за какого-то хулигана, который десять минут назад прижал его к стене.
Абсурд. Полный абсурд.
Он заставил себя сосредоточиться. Литература. Поэзия. Символизм. Но вместо символов в стихах он видел только символичность того, что произошло. Лед, который треснул. Стена, которая рухнула. Хаос, который вторгся в его идеальный порядок и почему-то... почему-то ему не хотелось его прогонять.
Когда наконец прозвенел звонок, Шэдоу вздрогнул, вырванный из своих мыслей. Он никогда в жизни так не радовался окончанию урока. Он быстро, почти бегом, собрал свои вещи, стараясь не смотреть в сторону Соника. Ему нужно было время. Ему нужно было все обдумать. Ему нужно было восстановить свой внутренний порядок.
Но он уже знал, что это бесполезно. Потому что после уроков его ждала библиотека. И другая логика. И парень с изумрудными глазами, который только что перевернул его мир с ног на голову.
