Сладкий эфир лжи

Утро. Я в отеле живу неделю, вроде как, и привык, что встаю раньше всех. Я пошёл на кухню, кофе бы сейчас не помешал.

Какой идеальный кофе я делаю.

И вот в кружке уже ничего нет. И что делать, до того, как проснётся ураган, в лице Чарли? Эфиры у менч ближе к ночи, идти на охоту пока рано. Пойду читать, пока с отеле тишина.

Я открыл книгу "Убийство птицы" (автор: название вдохновлено книгой "Убить пересмешника", как и весь сюжет момента). Там от лица мальчика рассказывал ось про события маленького поселение близ Нового Орлеана в 30 - е года.

/момент из книги/

На соседнем участке к мисс Рианне приехала её племянница. Это была маленькая худенькая девочка.

Мы с сестрой решили пойти познакомиться с ней...

После недели дружбы, я понял. Потихоньку я влюбляюсь в неё..

/конец момента/

На этом предложение я закрыл книгу. Не люблю, когда в книгах начинаются эти любовные моменты. Бесит.

-Ребята, просыпаемся, - услышал я и весь отель голос Чарли. - Сегодня важный день. Приезжает мой отец. Мы должны заинтересовать его отелем.

Что? Кто - то приезжает? Ну, нееет. Я ели как к этой атмосфере привык, там если приедет ещё и отец Чарли, то я ж с ума сойду. Мне до сих пор стыдно, что я под его окнами убивал и начинал свои радио Эфиры. Ну, чтож, мне конец похоже.

Все начали выполнять просьбы Чарли с самого утра с не особым рвенеем. Кроме Ниффти, которая просто обожала уборку.

И вот настал момент. В отель зашла невысокая фигурка в огромной шляпе. Это и был отец Чарли, сам Люцифер. Он обнял Чарли так сильно, что казалось, она сейчас сплюшится.

Так, надо быстренько уйти. Мне надо подняться по лестнице и пойти прямо. Так, лестница, лестница. Вот я уже и на ней.

-А кто этот красный олень? - спросил гость.

Я развернулся на сто восемьдесят градусов.

-Папа, это наш управляющий, Аластор, - ответила за меня Чарли.

-Это тот радио - олень, который проводил свои Эфиры под моими окнами?

-Да, это я. Простите, пожалуйста.

Тогда я ещё быстрее ушёл в свою комнату. Мне было немножко не комфортно там находиться, самую малость.

Не успел я войти в свою комнату, как перед глазами снова вспыхнула эта белая вспышка. За девяносто лет я так и не привык к ней.

-Аластор, миленький оленёнок, ты чего так быстро ушёл?

-Бог, не называйте меня так, пожалуйста.

-Как хочу, так и называю. Я что - то захотел, чтоб ты был гетерохроматиком. Просто потому, что иметь разный цвет глаз это прикольно.

-А я не хочу.

-Мне всё равно. Ну, короче, теперь один твой глазик голубой. И этот цвет никак нельзя скрыть. Короче, вот так. Пока.

И он пропал.

Я посмотрел в зеркало. Этот глаз сильно выделялся. Если пряди я как - то мог скрыть, то глаз нет. Придётся смириться. Как же это искупление мне не нравиться. За девяносто лет, Бог так и не понял, что я не смогу Искупиться. Достало.