Озвучивание не поддерживается в этом браузере
26
Прошла почти неделя.
Неделя, которая впервые за долгое время не казалась Ане одинаковой.
Она все так же курила слишком много.
Все так же могла сидеть ночью на полу кухни с кружкой холодного чая.
Все так же иногда зависала, глядя в потолок.
Но теперь в этих днях появилось что-то еще.
Коля.
То Марк вытаскивал всех гулять.
То Никита писал в общий чат:
«ЖИВЫЕ ЕСТЬ?»
Аня уже даже привыкла.
Они могли до ночи сидеть на набережной.
Могли купить по банке гаража и часами спорить о какой-нибудь херне.
Марк орал громче всех.
Никита нес такой бред, что иногда даже голуби отходили подальше.
Коля чаще смеялся молча.
А Аня...
Аня снова начала смеяться.
По-настоящему.
⸻
— Да вы заебали уже, — буркнула она однажды.
— Кто? — удивился Марк.
— Вы.
— А че мы?
Никита захохотал.
— Потому что вы с Коляном как пенсионеры.
— В смысле?
— Один курит.
Второй курит.
Один молчит.
Вторая молчит.
Потом один другого нахуй пошлет.
И дальше сидят рядом.
Коля усмехнулся.
— И?
— Это любовь.
— Иди нахуй.
— Во.
— Видишь? — Никита победно ткнул пальцем. — Уже семейные.
Марк согнулся пополам.
— Я же говорил!
Аня закатила глаза.
— Господи...
— Да вы уже встречайтесь.
— Не неси хуйню.
— Ань.
— Что?
— Ты его ревнуешь.
— Не ревную.
— Ревнуешь.
— Нет.
— Да.
— Нет.
— Да.
Коля спокойно затянулся сигаретой.
— Никита.
— Че?
— Завались.
— Ой, защитничек...
Все заржали.
Даже Аня.
⸻
В тот вечер они разошлись раньше обычного.
У Ани закончились сигареты.
Она спустилась в круглосуточный магазин.
Было почти одиннадцать.
На улице уже почти никого.
Фонари светили тускло.
Она быстро купила пачку.
На обратном пути решила срезать через двор.
Почти дошла.
И вдруг впереди появились три силуэта.
Она машинально хотела пройти мимо.
Но кто-то схватил ее за плечо.
— О.
Знакомый голос.
Настя.
Аня тяжело выдохнула.
— Че тебе?
Настя криво улыбнулась.
— Да так.
Поговорить хотела.
— Мне не о чем.
Аня попыталась уйти.
Но второй парень перегородил дорогу.
Стало неприятно.
Очень.
— Дай пройти.
— Не спеши.
Настя сделала шаг ближе.
— Я же предупреждала.
Аня ничего не ответила.
Она только сильнее сжала пакет.
Настя усмехнулась.
— Не дошло?
Следующие минуты слились для Ани в какой-то шум.
Крики.
Толчки.
Грубые слова.
Она потеряла равновесие и упала на холодный асфальт.
Настя еще что-то сказала напоследок — Аня почти не слышала.
Потом они ушли.
Во дворе снова стало тихо.
⸻
Аня долго сидела на земле.
Не столько от боли.
Сколько потому, что не было сил подняться.
Хотелось просто исчезнуть.
Через какое-то время она все-таки встала.
Колени дрожали.
Руки тоже.
Она посмотрела на смятую пачку сигарет.
Тихо выругалась.
Дошла до магазина еще раз.
Купила банку гаража.
Открыла прямо на улице.
Сделала большой глоток.
Еще один.
«Домой не хочу.»
Но ноги сами понесли к подъезду.
⸻
Седьмой этаж.
Она остановилась возле своей двери.
Потом посмотрела налево.
Квартира №67.
Постояла секунд десять.
И неожиданно для самой себя начала громко стучать.
— Коля!
Еще.
Еще.
— Да открой ты...
Замок щелкнул.
Дверь открылась.
Сонный Коля в растянутой футболке сначала даже ничего не понял.
Потом поднял взгляд.
Замер.
— ...
Он несколько секунд вообще молчал.
Перед ним стояла Аня.
Заплаканная.
Дрожащая.
С разбитой губой.
В растрепанных волосах.
И с почти пустой банкой в руке.
— Ань...
Она ничего не сказала.
Просто прошла мимо него в квартиру.
Села на диван.
Коля медленно закрыл дверь.
Все еще не понимая, что происходит.
— Че...
Он запнулся.
— Че, блять...
Еще раз посмотрел на нее.
— Ебать...
Аня сидела, глядя в пол.
Допила остатки напитка.
Пустую банку поставила рядом.
Потом резко схватила лежавшую на столе пачку сигарет и швырнула ее в стену.
Пачка ударилась и упала на пол.
Коля вздрогнул.
— Ань.
Никакой реакции.
Он осторожно сел рядом.
— Что произошло?
— Да иди ты...
Она говорила тихо.
Будто вообще не ему.
— Ало.
Я спрашиваю.
— Упала.
Он посмотрел на нее несколько секунд.
Потом тихо сказал:
— Ты сейчас серьезно?
Она зло усмехнулась.
— А ты как думаешь?
Он тяжело выдохнул.
— Настя?
Аня молчала.
Потом кивнула.
— Не только.
— Что значит не только?
— Еще двое каких-то были.
Коля будто перестал дышать.
В голове сразу стало пусто.
Он вырос среди постоянных криков.
Видел драки.
Но одно дело видеть.
Другое — смотреть сейчас на Аню.
Которая сидела рядом.
И дрожала.
Он осторожно положил руку ей на плечо.
— Замерзла?
Она пожала плечами.
— Не знаю.
Он медленно притянул ее к себе.
Не думая.
Вообще.
Это получилось само.
Она сначала напряглась.
Потом будто перестала держаться.
И уткнулась лбом ему в плечо.
Через несколько секунд он почувствовал, как она снова начинает плакать.
Тихо.
Без истерики.
Просто слезы сами текли.
— Ну...
Он тихо сказал.
— Все.
Я рядом.
Она ничего не ответила.
Только крепче сжала его футболку.
Коля осторожно обнял ее уже двумя руками.
Так крепко, будто боялся, что если отпустит — она снова останется одна.
Она дрожала.
Он чувствовал это всем телом.
— Тебе холодно?
Она отрицательно качнула головой.
— Тогда чего трясешься?
Очень тихо прозвучал ответ:
— Не знаю...
Он прикрыл глаза.
Поймал себя на мысли, что ему хочется сейчас найти Настю.
И впервые за долгое время в голове появилась настоящая злость.
Не та, к которой он привык.
Не раздражение.
Не усталость.
А ярость.
Из-за Ани.
Это его испугало.
Потому что раньше такого не было.
Он всегда думал:
«Мне похуй.»
А сейчас почему-то было совсем не похуй.
Совсем.
Он осторожно провел рукой по ее волосам.
Как когда-то очень давно ему самому хотелось, чтобы кто-то сделал.
— Все.
Хватит.
Ты дома.
Она едва слышно спросила:
— Можно я... еще немного так посижу?
Он даже усмехнулся.
Грустно.
— Да сколько хочешь.
Они просидели молча еще долго.
За окном давно перевалило за полночь.
В квартире было тихо.
Только часы на кухне мерно тикали.
Коля смотрел в темное окно.
И никак не мог избавиться от одной мысли.
Почему ему настолько больно смотреть на то, как больно ей?
Раньше он убеждал себя, что Аня — просто близкий человек.
Просто соседка.
Просто подруга.
Но сейчас это объяснение вдруг перестало работать.
Он не понимал, что именно чувствует.
Но точно знал одно.
Если бы сегодня она не постучала именно к нему, он бы все равно не смог уснуть, не узнав, все ли с ней в порядке.
И эта мысль почему-то пугала его сильнее всего.
Комментарии