17
К вечеру квартира уже жила своей отдельной жизнью.
Громкая музыка, смех, бутылки на столе, кто-то что-то проливает, кто-то спорит из-за полной ерунды.
Аня всё это время держалась в стороне.
Не потому что не хотела быть там — просто как будто не вписывалась в этот хаос.
Она сидела на краю дивана, крутила в руках телефон и делала вид, что ей всё равно.
Хотя на самом деле ей было не всё равно.
Коля уже был "немного выпивший".
Не в ноль, но и не трезвый.
Смеялся чаще обычного, разговаривал громче, двигался расслабленнее.
И вот именно это почему-то цепляло Аню сильнее всего.
Он как будто стал ближе ко всем сразу.
И к Насте тоже.
Слишком быстро.
Слишком легко.
Настя сидела на кухне, рядом с Колей и Владом.
Смеялась, что-то рассказывала, активно жестикулировала.
Коля отвечал ей так же легко, как обычно отвечает Марку — без напряжения, без тормозов.
Аня смотрела на это из комнаты.
Сначала просто наблюдала.
Потом начала ловить себя на том, что раздражение растёт.
— Ну конечно... — тихо сказала она себе.
Она встала.
Прошла на кухню.
— Настя, можно ты на секунду встанешь?
Настя посмотрела на неё, даже не сразу поняв вопрос.
— Чего?
— Мне сесть надо.
Настя усмехнулась.
— Блять, сядь на диван. Я тут сижу.
Аня моргнула.
Повернулась к Коле.
Он сидел рядом.
И вместо того чтобы сказать хоть что-то нормальное, спокойно добавил:
— Да, кстати, и вообще съебись.
Пауза.
Прямо тишина на секунду.
Аня замерла.
Как будто воздух в комнате стал тяжелее.
Настя хмыкнула.
— Че стоишь? Тебе сказали съе-ба-ться.
И улыбнулась.
Слишком легко.
Слишком уверенно.
Аня ничего не ответила.
Просто развернулась.
И ушла.
Никто даже не окликнул сразу.
Только через пару секунд кто-то снова засмеялся в кухне.
Аня закрылась в ванной.
Села прямо на пол.
Спиной к двери.
Тишина там была другая.
Не спокойная.
Пустая.
Она выдохнула.
Сначала просто сидела.
Потом вдохнула глубже.
И вдруг — резко.
Слёзы.
Без предупреждения.
Без логики.
Просто пошли.
— Блять... — тихо сказала она себе.
Вытерла лицо рукавом.
Но слёзы всё равно лезли.
И она даже не могла нормально понять почему.
Из-за Насти?
Из-за того, как она села рядом с Колей?
Из-за того, как Коля сказал это "съебись"?
Или из-за того, что это вообще задело сильнее, чем должно было?
Она сжала ладони.
— Да ты вообще кто такая, Ань...
Пауза.
— Тебе вообще похуй должно быть...
Но похуй не было.
И это раздражало ещё сильнее.
Она уткнулась лбом в колени.
Сидела так долго.
Слышала, как за дверью шум продолжается.
Как будто ничего не изменилось.
Как будто её вообще нет.
Прошло минут двадцать.
Может больше.
Снаружи голос Марка стал громче.
— ЭЙ, А ВЫ АНЬКУ НЕ ВИДЕЛИ?!
Настя лениво ответила:
— Съебалась, наверное.
Кто-то засмеялся.
Кто-то добавил:
— Ну и ладно.
Аня закрыла глаза.
— Отлично...
В какой-то момент в дверь постучали.
— Аня? — голос Марка.
Она не ответила.
Постучали ещё раз.
— Аня ты тут?
Она быстро вытерла лицо.
Встала.
Глубоко вдохнула.
— Что тебе? — голос вышел обычный.
Ничего не выдал.
— Ты че там сидишь? Иди к нам.
Пауза.
Аня стояла, глядя в дверь.
И вдруг что-то внутри щёлкнуло.
Не громко.
Но резко.
— Отъебись, сука, пожалуйста.
Сказала спокойно.
Даже слишком спокойно.
За дверью тишина.
Потом шаги.
— Ладно... — тихо сказал Марк и ушёл.
Аня снова села.
На этот раз уже просто уставившись в стену.
Слёзы опять пошли.
Но уже тише.
Без рыданий.
Просто как будто организм наконец перестал держать всё внутри.
Тем временем на кухне стало немного тише.
Марк вернулся, посмотрел на всех.
— А че Ани в тубзике сидит?
Настя закатила глаза.
— Да боже, сказали ей съебаться — она и съебалась.
Она посмотрела на Колю и улыбнулась.
Коля ответил ей тем же.
Марк это заметил.
И только сильнее нахмурился.
— Понятно...
Он встал.
Прошел снова к ванной комнате.
— Ань?
Тишина.
— Аня?
Он остановился.
Прислушался.
И только тогда услышал.
Слабый всхлип.
Из ванной.
Он подошёл ближе.
Постучал.
— Ань?
Тишина.
Снова постучал.
— Аня?
Она вытерла лицо.
Встала.
— Чего тебе?
Голос уже был другой.
Сдержанный.
— Ты че там сидишь? Пошли к нам.
Пауза.
И вот тут её накрыло снова.
Не истерикой.
А злостью.
— Сука я сказала о-тье-би-сь.
Сказала резко.
Громче.
Марк замолчал.
Он явно не ожидал.
— Ладно... — сказал он тише и отошёл.
Аня снова села на пол.
И уже не пыталась держать слёзы.
Просто сидела.
В ванной.
Среди тишины и шума квартиры за стеной.
И впервые за весь вечер ей стало не просто неприятно.
А по-настоящему пусто.
Не из-за Насти.
Не из-за Коли.
А из-за того, как легко она оказалась "лишней" там, где секунду назад думала, что ей есть место.
И это чувство сидело в ней тяжелее любого крика с кухни.