Притворщица

Джейк позвал гулять на следующий день. Написал просто: "Сегодня, в шесть, у озера. В последний раз".

Ты смотрела на экран несколько минут. В последний раз. Два слова, которые умещали в себя всё: и прогулки, и занятия, и шарф, и карандаш, и тот рисунок, который ты так и не отдала. И обнимашки в его комнате, после которых вы оба краснели, не зная, куда смотреть.

"Я приду", - ответила ты.

В шесть ты уже стояла у озера. Джейк пришёл через минуту в синей толстовке, с руками в карманах, без рюкзака.

- Привет, - сказал он.

- Привет, - ответила ты.

- Пойдём.

Вы пошли по набережной, где когда-то сидели на скамейке, смотрели на воду и молчали. Молчали и сегодня.

- Ты собралась? - спросил он, когда вы дошли до середины моста.

- Почти, - кивнула ты. - Чемодан наполовину собран. Мама думает, что мы уезжаем в Сеул, а я знаю, что уезжаю в Пусан. - Ты посмотрела на воду, на отражения фонарей, на первые звёзды. - Я скажу ей в день отъезда.

- Ты переживаешь?

- Да, - честно ответила ты. - Но надо.

Джейк кивнул, не глядя на тебя. Вы прошли ещё немного, свернули к скамейке у озера. Сели совсем рядом друг с другом.

- Помнишь, мы здесь сидели? - спросил он.

- Помню, - ты чуть улыбнулась.

Ты смотрела на воду, Джейк на свои руки.

- Джейк, - позвала ты. - Ты хотел что-то сказать? Весь вечер молчишь.

Он замер. Помедлил. Потом медленно повернулся к тебе, будто собирался с силами.

- Да, - сказал он. - Хотел.

Он не говорил. Ты ждала. Ветер трепал его волосы, он смотрел на тебя, пытаясь найти слова.

- Я думал об этом весь год, - начал он. - С того самого дня, когда впервые пришёл к тебе заниматься. Ты сидела за столом, злая, закрытая. Я не знал, что ты рисуешь, но когда увидел блокнот, понял, как это важно для тебя.

Ты молчала, сердце забилось чаще.

- Потом я увидел твои рисунки, - продолжал он. - Того лебедя. Небо со звёздами. Потом меня на баскетбольной площадке. И понял.

- Что? - прошептала ты.

- Что ты для меня... не просто ученица. Не просто соседка. Не просто "девочка, с которой нужно заниматься". - Он сжал пальцы на коленях. - Ты стала важной. Очень. Я не знал, что с этим делать. Боялся спугнуть. Боялся, что ты закроешься. Боялся, что мама узнает и запретит нам видеться.

Он замолчал, перевёл дыхание.

- Но теперь ты уезжаешь. И если я не скажу сейчас, не скажу никогда.

Он повернулся к тебе всем телом. В его глазах была решимость.

- Ты мне нравишься, Харин, - сказал он. - Не как подруга. Не как одноклассница. Как... человек, с которым я хочу просыпаться. Которого хочу обнимать. Которого боюсь потерять, когда ты уедешь.

Ты смотрела на него, не дыша.

- Джейк... - начала ты, но он покачал головой.

- Позволь закончить, - сказал он тихо. - Я не жду, что ты ответишь сейчас и не жду, что ты останешься ради меня. Ты должна ехать в Пусан, это твоя мечта, но я хочу, чтобы ты знала. Чтобы, когда будешь там, далеко, помнила, что есть человек, который ждёт тебя. Который будет скучать. Который, может быть... когда-нибудь...

Он не договорил. Медленно, осторожно наклонился ближе. Его рука коснулась твоей щеки, пальцы дрожали. Ты не отстранилась.

И он поцеловал тебя.

Первый раз. Не в щёку, не в лоб. В губы, мягко и неумело, совсем несмело. Ты замерла на секунду, а потом ответила, сама не зная, как это вышло. Просто руки сами обвили его шею, губы сами нашли его губы.

А потом ты мягко отстранилась. Положила ладони ему на грудь и отодвинулась на расстояние вытянутой руки.

- Джейк, - сказала ты, голос дрожал. - Ты мне тоже очень нравишься.

Он смотрел на тебя, не отводя глаз. В его взгляде была такая хрупкая надежда, что тебе захотелось заплакать.

- Но? - спросил он тихо.

- Но сейчас в моей жизни тяжёлый период, - ты отвела глаза, сжала пальцы на коленях. - Я наконец могу сделать то, что хочу сама. Уехать. Начать рисовать. Перестать притворяться. Впервые в жизни выбрать себя.

- И чего ты хочешь? - спросил он. - Честно?

Ты подняла на него глаза.

- Я хочу встречаться с тем, кто будет рядом, - сказала ты. - Кого я смогу видеть каждый день. Обнимать, когда грустно. Держать за руку, когда страшно. А мы с тобой будем в разных городах. Ты в Сеуле. Я в Пусане. Это сотни километров.

Джейк молчал. Смотрел на свои руки, потом на воду, потом снова на тебя.

- Значит, нет шансов? - спросил он тихо.

- Я не говорю "нет", - ты покачала головой. - Я говорю "не сейчас". Может быть, когда-нибудь... когда мы оба встанем на ноги. Когда я перестану бояться, что меня вернут в клетку. Когда ты...

- Когда я? - переспросил он.

- Когда ты поймёшь, точно ли я та, кого ты хочешь. Не "девочка, которая рисует", а я. Со всеми моими страхами, проблемами, с мамой, с Пусаном, с тем, что я не умею доверять.

Он долго смотрел на тебя. Потом невесело усмехнулся.

- Я уже понял, - сказал он. - Но если ты не готова, я подожду.

- Ты умеешь ждать, - сказала ты.

- Научился. Пока сидел с тобой над математикой, - ответил он.

Вы сидели на скамейке, смотрели на воду, тишина больше не была неловкой и невыносимой.

- Ты напишешь мне? - спросил Джейк.

- Напишу, - кивнула ты.

- И пришлёшь рисунки?

- Пришлю.

- И не забудешь меня?

- Не забуду.

Он встал, протянул руку.

- Пойдём. Провожу тебя до дома.

Ты взяла его руку и поднялась. Пошли назад, к твоему дому. Шли молча.

У двери Джейк остановился. Посмотрел на тебя долгим взглядом.

- Не теряйся, Харин.

- Я не потеряюсь, - ответила ты.

Он не поцеловал тебя на прощание. Только сжал твои пальцы в своих на секунду, не больше. И ушёл.

Ты смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом. Потом зашла домой.

- Я дома, - сказала тихо.

Мама не ответила. Сидела на кухне с ноутбуком, не подняла головы.

Ты прошла в свою комнату, села на кровать.

Ты не знала, что будет в Пусане, но ты была готова. И как бы ни было страшно, ты сделаешь этот шаг. Одна. Или с кем-то. Но главное сделаешь.

За окном в доме напротив погас свет.

Джейк лёг спать. Ты смотрела на тёмное окно.

Ты знала, что он тоже помнит. О той скамейке, о поцелуе, об обещании ждать.

----

Спасибо за прочтение!

Оцените историю 👇