Глава 14. Украденное пламя
В Алфее было тихо. Слишком тихо - так бывает только глубокой ночью, когда даже ветер затихает, а звёзды на небе замирают, будто боятся пошевелиться. В комнате Блум горела одна-единственная свеча на прикроватном столике, и её язычок дрожал от сквозняка, отбрасывая на стены причудливые тени.
Блум лежала на кровати, свернувшись калачиком, и даже во сне её лицо было напряжённым. Она надела то, что первое попалось под руку - чёрные мини-шорты, такие короткие, что они почти не прикрывали бёдра, и тонкий белый топ без лифчика, который сполз с плеча, обнажая бледную кожу. Рыжие волосы разметались по подушке огненным ореолом, и её губы были чуть приоткрыты - она дышала ровно, но иногда вздрагивала, будто ей снился кошмар.
Она не слышала, как открылась дверь. Не слышала шагов, которые ступали по паркету с лёгкостью тени. Не чувствовала, как в комнату влился холод - тот самый холод, который всегда сопутствовал Валтору, когда он был рядом.
Он стоял у её кровати, и тени обвивали его, как чёрные змеи. Его серые глаза впились в неё, и в них горела такая смесь голода и нежности, что он сам не узнавал себя. Она была здесь. Близко. Спящая, беззащитная, такая хрупкая на этой большой кровати, где она когда-то плакала из-за него.
- Блум, - прошептал он, и голос его прозвучал хрипло. - Прости меня.
Он поднял руку, и тени сгустились над её лицом. Одно лёгкое движение - и его магия скользнула в её сон, углубляя его, заставляя её забыть обо всём. Она даже не вздрогнула - только выдохнула глубже, и её тело расслабилось, полностью отключаясь от реальности.
Валтор опустился на колени рядом с кроватью и провёл пальцем по её щеке. Кожа была тёплой, мягкой, и от этого прикосновения у него внутри всё перевернулось. Он хотел прикоснуться к ней. Хотел чувствовать её близость. Хотел, чтобы она проснулась, посмотрела на него и сказала, что всё прощает.
Но он знал, что этого не будет.
- Ты ненавидишь меня, - сказал он, и в голосе его звенела тоска. - И ты имеешь на это право. Но я не могу отпустить тебя. Я не могу позволить тебе жить без меня.
Он подхватил её на руки, и она даже не пошевелилась - её голова безвольно упала ему на плечо, огненные волосы рассыпались по его руке. Она пахла жасмином и чем-то сладким - тем самым запахом, который преследовал его во сне. Он прижал её ближе, чувствуя, как её тело прижимается к его, как её грудь касается его груди через тонкую ткань топа.
- Ты даже не представляешь, что ты со мной делаешь, - прошептал он и шагнул в портал.
Они оказались в его спальне. Той самой, где они провели ночь вместе. Той самой, где он разбил ей сердце. Свечи горели ровным пламенем, освещая огромную кровать с тёмно-фиолетовым шёлком.
Он осторожно уложил её на кровать, поправил подушку под её головой. Она выглядела такой безмятежной во сне - никакой боли, никакой злости. Только тишина и покой. Валтор смотрел на неё, и в груди разливался странный жар.
- Я верну тебе твою силу, - сказал он, садясь на край кровати. - Я верну всё, что забрал. Но ты останешься со мной. Ты не уйдёшь.
Он провёл пальцем по её обнажённому плечу, и от этого прикосновения по телу побежали мурашки. Она не чувствовала этого - она спала глубоким, непробудным сном. Но он чувствовал. Он чувствовал каждую клеточку её тела, каждый вздох, каждый удар её сердца.
Он лёг рядом.
Кровать прогнулась под его весом, и он повернулся к ней, положив голову на подушку так, чтобы видеть её лицо. Она была так близко, что он слышал её дыхание, чувствовал тепло её тела. Его рука сама собой потянулась к ней, и он провёл пальцами по её волосам - рыжим, мягким, как шёлк.
- Я не должен был делать этого, - сказал он, и голос его звучал глухо. - Я не должен был влюбляться в тебя. Ты была просто планом. Просто силой. Просто... - он замолчал, потому что слова застревали в горле.
Она пошевелилась во сне, что-то прошептала неразборчивое - может быть, имя. Его имя. Или чужое. Валтор замер, но она не проснулась, только придвинулась ближе, ища тепло. Её рука легла на его грудь, и он почувствовал, как его сердце пропустило удар.
- Я люблю тебя, - сказал он, и эти слова вырвались из него, как признание, которое он держал в себе слишком долго. - Я, блядь, люблю тебя. И я не могу без тебя жить.
Он закрыл глаза и притянул её ближе, уткнувшись носом в её волосы. Пахло жасмином и чем-то сладким - тем самым запахом, от которого у него кружилась голова. Он сжал её в объятиях, и она не сопротивлялась - она спала, доверчивая и беззащитная.
- Завтра ты очнёшься и будешь ненавидеть меня, - прошептал он. - Ты будешь кричать, будешь пытаться убежать. Но я не отпущу тебя. Я докажу тебе, что могу быть другим. Что я могу любить тебя так, как никто другой.
Свечи догорали, и тени плясали на стенах. Валтор лежал рядом с Блум, обнимал её, чувствовал её дыхание на своей коже - и впервые за тысячи лет чувствовал себя живым. Живым и испуганным. Потому что он понимал, что сделал её единственной своей слабостью.
- Ты будешь моей, - прошептал он в тишину. - Даже если ты будешь ненавидеть меня за это. Даже если мир рухнет. Ты будешь моей.
Он поцеловал её в макушку и закрыл глаза, позволяя себе провалиться в сон рядом с ней. Впервые за многие годы он спал без кошмаров. Потому что она была рядом.
А Блум снился сон - странный, тёплый, в котором она парила в небе, и кто-то держал её за руку. Она не могла разглядеть лицо, но чувствовала, что это был тот, кому она верила. Тот, кому она хотела верить.
И это было страшно - потому что она не знала, можно ли верить тому, кто украл её. Или тому, кто любил её.
Она проснётся завтра и узнает правду. Но пока что она спала в его объятиях, и мир был тих и спокоен.
Завтра всё изменится.