Я влюблён в своего мужа | Минсоны

Хан проснулся сам. К его лёгкому удивлению, настроение было прекрасным. В окно светило уже морозное солнце, ложась красивыми полосами на полу. Омега улыбнулся и, не вылезая из кровати, потянулся к телефону на тумбочке. Было всего девять утра.

Он откинул одеяло и потянулся, разминая спину. С опаской покосился на дверь, но никаких звуков не было слышно. Джисон решил выйти завтракать прямо в пижаме, рассудив, что Минхо ещё спит. Однако…

Распахнув дверь, он, потирая глаза, чуть не врезался в чужую грудь.

– Ой…

Альфа замер, заворожённо оглядывая растрёпанного Джисона: смятую пижаму, взъерошенные волосы. Он прочистил горло.

– Доброе утро… Я… оставил кофе на столе.

Хан удивлённо на него уставился и, немного погодя, кивнул.

– Ты… куда-то уходишь?

– Да, иду в магазин. В холодильнике нет ничего нормального. 

Они неловко помолчали, не зная, что сказать, и нужно ли вообще что-то говорить. Наконец альфа кивнул сам себе и отодвинулся, снимая с крючка пальто. Хан бесшумно проскользнул мимо, вспоминая, где вчера видел кухню.

На столе действительно стояла чашка кофе – американо. От него ещё шёл пар: видимо, Минхо сам встал недавно. У раковины стояли вымытые кружка и маленькое блюдце. Хан невольно задумался, любит ли альфа порядок или решил не доставлять беспокойства соседу. Впрочем, неважно.

Омега открыл холодильник и оглядел полки. Они были почти полными, однако Минхо оказался прав: не было практически ничего, из чего можно было бы соорудить нормальную еду. Хан вытащил из дверки бутылочку йогурта и взял один батончик. Сооружать что-то более грандиозное прямо после сна не хотелось.

Джисон сходил в свою комнату и забрал телефон. Он рассудил, что нужно пользоваться моментом: открыл приложение и включил вслух любимый плейлист. И всё-таки, несмотря на неловкую беседу прямо с утра, настроение было прекрасным.

Омега выпил йогурт и доел батончик. Есть больше не хотелось, и он решил осмотреть квартиру. Тихонько подпевая играющей песне, он полазил по кухонным шкафам, открывая все поочереди. В них почти ничего не было: только базовый набор посуды, пара специй и наборов чая в пакетиках. Создавалось такое впечатление, что кухню оставляли для гостей, а не будущих жильцов этого дома.

Джисон обернулся: за барной стойкой открывалась просторная гостиная. Две стены из четырёх отсутствовали: вместо них видно было чудесный пейзаж давно проснувшегося города.

В противоположной части комнаты стоял широкий тёмно-серый диван, образующий почти замкнутое пространство вокруг квадратного чайного столика. Только проходы с двух сторон оставляли возможность пройти. Джисон подумал, что, вероятно мог бы пролежать целый день на широких подушках. А что, было бы интересно как-нибудь проверить на выходных...

С высоких потолков свисала многоступенчатая люстра – прямо над мраморной столешницей. "Такие люстры висят у каких-нибудь королей..." – подумал Хан. – "Не то что мы... короли напряжения, блин"

В углу, справа от Хана, находилась винтовая лестница – видимо, на крышу. Туда омега решил не ходить, хотя очень хотелось: всё-таки, на улице почти зима, вряд ли он найдёт там что-то интересное. Лестницу от остального зала скрывала широкая перегородка из тёмного дерева, образованная разноуровневыми полками.

Джисон прошёлся по гостиной вдоль дивана и завернул в коридор, ведущий к выходу. С обеих сторон было по две двери, только справа между ними красовалась ничем не примечательная стена, а слева – деревянные полки, вдвинутые в корпус стены. На полках ничего не было, и Хан решил, что на днях нужно это исправить. Его личные вещи не разбирали – всё лежало в коробках в углу комнаты. Разобрали только одежду, и то, кажется, не всю: вчера в шкафу Хан видел только бельё и домашние костюмы.

Омега оглядел четыре двери: одна вела в его спальню, та, что рядом с ней, видимо, в комнату Минхо. Какая-то часть парня настойчиво утверждала, что нужно пойти туда. Он приоткрыл дверь, но не зашёл. Это показалось слишком личным, слишком... чужим пространством.

Омега аккуратно прикрыл дверь и зашёл в другую, напротив. Он невольно охнул: комната оказалась просто огромной гардеробной. Вдоль стен стояли высокие шкафы с нажимными дверцами, сбоку висело широкое зеркало, а в углу приютилась мягкая сидушка. Между шкафов была ещё одна дверь: Хан прошёл через неё и оказался в просторной ванной. На крючках возле душевой висели полотенца и два махровых халата. "Как в отеле" – подумал Джисон.

Рядом с белой ванной на этажерке стоял поднос, подставка для ноутбука и несколько баночек с уходовыми средствами. Омега решил, что обязательно опробует их содержимое позже. Возле раковины уже стоял маленький стаканчик с зубной щёткой, на котором Хан невольно задержал взгляд: видимо, Минхо уже побывал здесь. На раковине виднелась пара капель воды. Омеге неосознанно захотелось тоже оставить что-то своё в ванной, но он вышел, так ни к чему и не притронувшись.

Закончив осмотр, Джисон вернулся в свою комнату, задержав взгляд на коробках с вещами. Он решил, что нужно разобрать хотя бы часть сегодня, но... потом. Сначала душ. И хорошо бы успеть до возвращения альфы. Хану почему-то не хотелось появляться перед ним после душа. Мокрые волосы, халат на голое тело... Это казалось чересчур... домашним, что ли?

Он поискал в коробках зубную щётку и предметы для душа, и, вооружившись всем необходимым, отправился исследовать ванную на практике.

***

Джисон сушил волосы полотенцем, когда услышал звук отпирания двери и характерного шуршания пластиковых пакетов. Несмотря на запертую дверь ванной, он поспешил облачиться в халат. Дождавшись, пока шаги за стенкой удалятся на кухню, за угол, Хан открыл дверь и прошёл в свою комнату, чтобы переодеться. Одев белую футболку и обычные домашние штаны, он замер у двери. С одной стороны, выходить никуда не хотелось, а с другой… «Наверное, нужно помочь ему с продуктами?»

Подумав так, Хан решил всё-таки выйти из комнаты. Он встал у стены кухни и поздоровался, уже жалея, что пришёл.

– Привет.

Минхо поднял глаза, держа в руках коробку с хлопьями.

– Привет. – Он задержал взгляд на влажных волосах Хана дольше, чем нужно было, и это не укрылось от омеги.

– А… Эм… Тебе нужно помочь с продуктами?

Альфа пожал плечами:

– Если хочешь.

Хан кивнул.

– Тогда… Я сложил фрукты туда, а всё для завтрака – вот тут, в ящике. Я без понятия, где что должно лежать, но тут почти ничего нет, так что… –Альфа помялся, оглядывая кухню. – Какую кашу ты любишь? Я взял овсяную и манную, надеюсь, угадал…

– Эм… овсяную.

Минхо кивнул и подвинулся, освобождая пространство у пакетов на барной стойке.

Омега взял из пакета пачку макарон, и, не придумав ничего лучше, засунул в первый попавшийся шкаф у плиты: подумал, что это будет удобно.

Они с альфой ходили туда-сюда, изредка тихо уточняя, куда другой положил ту или иную категорию продуктов. Минхо старался избегать физического контакта, помня, какой эффект он вызвал у Хана на подиуме в день свадьбы. Джисон этого благополучно не замечал, и просто старался не мешать, если пересекался с альфой.

Когда продукты, закончились, Минхо сложил пакеты в ещё свободный ящик и ушёл на диван, читая что-то в телефоне. Несмотря на огромное пространство, альфа сел на самом дальнем конце от Хана, с краю, у подлокотника.

«Оставляет место мне? Серьёзно? Или ему тоже неуютно в такой большой комнате?..» Хан решил, что слишком долго смотрит на альфу и поспешил скрыться в своей комнате.

Он хотел посмотреть, в каких коробках что лежит: наверное, личные вещи не стоит пока раскладывать в квартире, хотя так было бы удобнее и уютнее. Джисон решил просто перетащить коробки с одеждой в гардеробную и просто разложить вещи в шкафу. Идти к Минхо не хотелось, и омега решил просто занять место с одного края шкафа, примерно деля пространство пополам.

Хан, то и дело оборачиваясь в сторону гостиной и прислушиваясь, по нескольку перетащил коробки в соседнюю комнату и сел на полу. Всего потребовалось два захода – омега не ожидал, что справиться так быстро. Когда он жил дома, казалось, что у него много вещей, так как они рассредоточивались по всему его пространству. А сейчас…

***

Минхо слышал, что Хан занимается чем-то за стенкой, но не спешил идти смотреть или мешать. Он пытался читать какую-то книгу, но не мог вникнуть в сюжет: постоянно отвлекали мысли о том, что делает Джисон; правда ли он тихо напевает песню или Минхо просто кажется из-за гнетущей тишины в огромной квартире…

Он глянул в окно. Внизу виднелись силуэты машин и опавшая листва на земле. Тёмные скелеты деревьев, легко качающиеся на ветру. Люди с такой высоты казались ничтожно маленькими, но их всё же было видно. Он проследил за каким-то парнем, ведущим на поводу рыжую кошку, почти сливающуюся с листьями на дороге. Улыбнулся, вспомнив СунДунДори – надо бы поскорее перевезти их сюда.

Пошёл дождь. Серые капли оседали на больших стёклах и медленно стекали вниз. «А к такому виду можно и привыкнуть…» – подумал альфа.

Джисон, видимо услышал дождь: он резко сменил мелодию на более спокойную, грустную. «Да, всё-таки не показалось – поёт… Так… мило?»

***

Так прошёл первый день: в разных комнатах, но в постоянном присутствии друг друга. Оба старались не выходить, но прислушивались к звукам за стеной. К каждой тишине, к каждому взоху, чувствуя, что теперь всегда будут делить пространство с ними и их владельцами.

Джисон не знал о том, что Минхо слышал его пение. Он и не стремился к этому – ему просто нравилось петь и нравились тексты давно знакомых песен. Он всегда пел дома, и для любого пространства, его окружающего, это стало естественным.

Минхо слышал его и думал о том, каким странным это кажется. Новый человек, новые привычки. Если бы кто-нибудь попробовал запеть у него дома… он бы не понял. А сейчас… Под шум дождя, чувствуя под собой мягкую ткань, он думал, что может привыкнуть не только к виду за окном.

Дождь шёл до поздней ночи. Парни заснули довольно быстро под звуки падающих капель, перед сном случайно встретившись на кухне и, немного посомневавшись, пожелав друг другу сладких снов.

***

На следующий день Хан решил всё же пойти в университет – его там и так потеряли, наверное… Когда он осторожно постучал в спальню Минхо (тот уже не спал, Хан слышал, как он ходил на кухню), чтобы сообщить о цели своего ухода, альфа сказал ему номер своего водителя и сообщил, что тоже уедет сегодня ненадолго. Хан поблагодарил и вышел, невольно задерживая в памяти образ спальни – широкую кровать с большим количеством подушек и панорамное окно вместо одной из стен. Омега подумал, что всё-таки зря отдал хозяйскую спальню Минхо, но тут же решил, что не смог бы спать там в одиночку – несмотря на его любовь к прекрасным видам, такие окна давили, когда ты был в комнате один.

Они почти не пересекались и в этот день, и в следующий, и после тоже. Обоих это пока устраивало – каждый позволил себе и другому привыкнуть к новому пространству. Хан в первой половине дня ездил на пары, иногда обедал с Феликсом, иногда – один в кафе. Он наверстал долги по учёбе и теперь шёл в прежнем темпе. Минхо тоже иногда уходил в компанию к отцу, на работу. Вечером они оба оказывались дома, но лишь перекидывались парой фраз, изредка выходя из комнат.

Готовил, кстати, Минхо: для альфы это было необычно, но Джисон не жаловался – не любил заниматься приготовлением больших блюд самостоятельно. Обычно Минхо готовил около шести часов вечера, ел сам и, ничего не говоря, оставлял вторую наполненную тарелку на столе. Чуть позже из спальни выходил омега, и, поев всегда вкусный ужин, мыл посуду. Они не сговаривались об этом, просто оба начали делать с первого дня.

Мама Хана оказалась права – он быстро начал привыкать к изменившемуся быту. Личные вещи постепенно доставались из коробки и находили новое место в квартире; Джисон запомнил, где находится переключатель света во всех комнатах (кроме хозяйской спальни), и мог включить свет наощупь в полной темноте. Он теперь точно знал, где на кухне лежат хлопья для завтрака, а где – кофе, который они с Минхо готовили по очереди по утрам. Он даже купил запасы шоколада и сложил в холодильнике. Аккуратно, в уголке, но так, чтобы было видно, и альфа тоже мог пользоваться при необходимости.

Минхо тоже медленно наполнял пространство собой: несколько книг и журналов уже стояли на полках в гостиной, оставленные там дабы заполнять пустоту. В ванной появилось несколько новых баночек, а в холодильнике – контейнер мятного мороженого.

Медленно, очень медленно – но пентхаус становился домом для них. Ещё не общим, но уже немного родным местом для каждого.

***

Со свадьбы прошло одиннадцать дней. Было около четырёх часов дня. Минхо сидел в своей комнате с самого утра, и в квартире хозяйничал Джисон. Он сидел на диване в гостиной с гитарой и негромко напевал меланхоличный мотив: за окном была та самая погода раннего декабря, серая и мрачная.

Омега писал сам – впервые в новом доме. Правда, он делал это гораздо тише, чем в родительском пентхаусе… доверить своё творчество постороннему парень всё ещё не решался.

Хан почти дописал припев, когда услышал, как дверь в спальню приоткрылась. Джисон тут же опустил руку со струн – ему не хотелось, чтобы Минхо слышал мелодию. Это всё ещё казалось слишком… его.

Альфа мялся в проходе, видимо, собираясь что-то сказать.

– Джисон…

– Да? – Омега поднял голову, слыша непривычное волнение в голосе Минхо.

– Ты не против, если я привезу сюда своих котов? Они пока живут у папы, но…

– Котов? Ты имеешь ввиду СунДунДори?

Минхо поднял взгляд.

– Ты знаешь их имена? – Джисон тут же смутился, боясь, что выдал себя.

– Ну… ты же… модель. Я видел в соцсетях пару постов о них, – быстро нашёлся он. Голос звучал чересчур небрежным.

– Понятно. Так что? Если у тебя аллергия, или они будут мешать, скажи, я что-нибудь придумаю…

– Мешать? Три пушистых комочка? Нет конечно! Если они будут драть диван, я сделаю вид, что не заметил. – Омега улыбнулся, глядя на в миг посветлевшего Минхо.

– Хорошо. Я тогда… съезжу за ними.

– Угу.

Альфа надел своё пальто, замотался шарфом и немного поспешно, искренне радуясь, вышел из квартиры.

Хан убрал гитару в комнату, подумав, что она может помешать, и сел обратно на диван.

Омега уже привык к Минхо (насколько можно было привыкнуть за такой короткий срок), привык к его красоте и уютным свитерам, которые так будоражили раньше через экран смартфона. Но коты… Ему было до жути интересно посмотреть и на них самих, и на то, как альфа будет вести себя в доме с ними. Измениться ли его поведение, когда его будут окружать родные существа?

Минхо вернулся довольно быстро: он приоткрыл дверь одной рукой, второй удерживая две большие переноски. Альфа, не раздеваясь, прошёл в гостиную и поставил сумки на пол, опускаясь на корточки и открывая дверцы сумок, приглашающе что-то шепча. Джисон заинтригованно подался вперёд.

Первым вылез Дори, с любопытством обнюхивая ламинат. Минхо пододвинулся, и Хан спустился с дивана, присев неподалёку от котов. Он не тянулся сам, а ждал, когда Дори подойдёт. Это очень удивило Минхо – обычно люди бросались тискать котов, не задумываясь о том, что им тоже нужно время для знакомства. На его лице мелькнула улыбка. Альфа отошёл снять верхнюю одежду, а когда вернулся, Дори уже ласково тёрся о руку Джисона, выглядевшего по-детски счастливым.

Из переноски, вдохновившись примером младшего, вылезли Суни и Дуни. Последний остановился у дивана, замерев, а вот Суни почти сразу подошёл к Хану, запрыгивая на колени и выставляя животик.

Минхо поднял брови. Суни так быстро доверился… Им всем понравился Джисон, альфа это видел. И это… успокаивало.

Окружённый котами омега понял сияющие глаза на Минхо и открыто улыбнулся. Альфа замер, глядя ему в глаза; на миг ощущая странное чувство от вида чужого, искренне радостного лица. Хан опустил голову и наклонился к Суни, всё ещё лежащему на его коленях.

– Кто тут такой тёплый, м? Почесать тебя? – Он снова повернулся к Минхо. – Это ведь Суни, да? – Альфа кивнул, не скрывая удивления осведомлённостью Джисона.

– А это… Дуни? Такой милый… Он хмурится, смотри!..

– Да, милый… – Согласился Минхо, хотя смотрел вовсе не на Дуни.

 Через пару минут Суни и Дори решили, что получили достаточно внимания и разбрелись по квартире: старший примостился на диване, а младший ушёл в сторону кухни. Дуни лежал на коленях Минхо, а Хан оглядывал комнату, сидя рядом.

– Знаешь… С ними стало гораздо уютнее. До этого тут было как-то пусто.

Минхо улыбнулся, поглаживая Дуни за ухом, и кивнул.

– Спасибо. – Тихо сказал альфа. Хан мягко улыбнулся. Он знал, за что Минхо благодарит.

За то, что он не испугался его котов. За то, что позволил частичке личного, сокровенного мира альфы поселиться у них в квартире, даря ей немного по-настоящему домашнего уюта.