Глава 24. Последний аккорд Ирины
Вспышки конфетти всё еще кружились в воздухе, медленно опускаясь на зелёную траву заднего двора. Шум аплодисментов гостей заглушал биение сердца Вали, которое, казалось, готово было вырваться из груди.
Егор отстранился от её губ, но не отпустил. Он держал её за талию, глядя на неё так, словно вокруг не было сотен людей и направленных камер.
— Ну привет, жена, — тихо, в самое ухо прошептал он.Валя не успела ответить. К ним, едва не сбивая с ног видеооператора, подлетела кристина. В руках она сжимала планшет, её лицо светилось от безумного, дикого торжества.
— Мы сделали это! — почти прокричала она, тыча экраном им в лица. — Трансляция побила все рекорды! Спонсорские интеграции, донаты от фанатов... Целевой счёт пополнен. Юристы только что отправили сделку на счёт фонда. Пятьдесят миллионов переведены. До копейки!
Егор медленно выдохнул. На его лице отразилось такое облегчение, будто с его плеч сняли каменную глыбу. Он посмотрел на Валю, и в его глазах промелькнула безграничная благодарность.
Но их триумф прервал холодный, отчетливый стук каблуков по деревянному настилу террасы.Гости притихли. Из толпы вышла Ирина Викторовна. В своем строгом темно-синем костюме она выглядела среди праздничных декораций как грозовая туча на чистом небе. Она остановилась в двух шагах от новоиспеченных супругов, смерив их ленивым, пренебрежительным взглядом.
— Поздравляю, — ледяным тоном произнесла она. — Разыграли красивый спектакль. Девочка-спасительница и её карманный музыкант. Думаете, вы победили?
Егор сделал шаг вперед, заслоняя Валю собой. Его плечи были расправлены, а взгляд — твердым и уверенным. Больше не было того испуганного мальчика, которого она сломала пять лет назад.
— Долг погашен, мама, — спокойно сказал Егор. — Деньги на счету фонда. Твои юристы уже получили уведомление. Иск о блокировке моих счетов аннулирован автоматически. Всё честно. По закону.
Ирина Викторовна тонко, зло усмехнулась.По закону? Да. Но бренд «Егор Шип» всё ещё завязан на партнерство с моими компаниями. Ты думаешь, что сможешь просто так уйти и петь свои песенки? Я могу затаскать тебя по судам за Нарушение авторских прав на старые треки.Не сможете, — в разговор вмешалась Валя. Она сделала шаг вперед, встав вровень с Егором, и расправила шлейф своего белого платья. — Потому что прямо сейчас на нашей трансляции сидит полмиллиона человек. И если вы попытаетесь забрать у Егора его музыку после того, как обычные люди скидывались ему на закрытие долга, ваша репутация и статус вашего «благотворительного» фонда сгорит за пять минут. Вы же так боитесь грязного пиара, Ирина Викторовна?
Женщина замерла. Её идеальная маска на секунду дрогнула, обнажив настоящую, бессильную злость. Она поняла, что её прижали к стене. Сила интернета и преданность аудитории оказались мощнее её юридических хитростей
— Ты пожалеешь об этом, девчонка, — процедила она сквозь зубы, глядя прямо в глаза Вале. — Ты связала себя с неудачником.
— Я связала себя с человеком, которого люблю, — твердо ответила Валя, крепко сжимая руку Егора. — А теперь, пожалуйста, покиньте наш дом. Вам здесь не рады.Ирина Викторовна еще несколько секунд стояла статично, сжимая в руке дорогую кожаную сумку так, что побелели пальцы.Затем она резко развернулась и быстрыми шагами направилась к выходу. За ней потянулась её свита из адвокатов.
Как только ворота за ними захлопнулись, задний двор взорвался криками и аплодисментами. Гости праздновали победу.
——————————
Позже, когда стемнело, а уставшие гости и съемочная группа разъехались, наступила долгожданная тишина. Валя сидела на ступеньках террасы, поджав под себя ноги. На плечи был накинут пиджак Егора, который пах его любимым парфюмом. Она смотрела на мерцающие в темноте гирлянды и не верила, что всё позади.
Егор подошел сзади, неся две кружки горячего чая. Он сел рядом, протянув ей одну.
— Устала? — тихо спросил он.
— Безумно, — Валя прислонилась головой к его плечу. — Но это лучшая усталость в моей жизни. Мы свободны, Егор. По-настоящему.Егор поставил кружку на ступеньку, повернулся к ней и аккуратно взял её лицо в свои ладони.
— Нет, Валь, — тихо сказал он, вглядываясь в её глаза. — Это я свободен благодаря тебе. Но самое главное... я больше не хочу быть свободным от тебя.
Он медленно провел большим пальцем по её кольцу, на котором всё еще красовалась та самая скрытая гравировка «Fake Love».
— Завтра мы сменим эти кольца на нормальные, — улыбнулся он. — Без глупых надписей. Только наши имена. Если ты, конечно, не против.Валя улыбнулась в ответ, чувствуя, как на глазах наворачиваются слезы счастья.
— Я только за, Шип. Только за.
Он притянул её к себе, и их поцелуй в темноте пустой террасы стал финальным аккордом их старой, фальшивой истории. И самым первым словом в их новой, настоящей жизни.