Латте с кровью

Pov: Isabella

Прошло пять дней, как я здесь. Мне ужасно плохо, я не чувствую себя дома — как чувствовала раньше. Пустота. Вот что сейчас чувствуется.

Я потеряла всё. Подругу. Собаку. Билла. Тома. Всё. Но сейчас главное — у меня есть родители. Они одни, кто остался со мной. Я уехала от них ещё позавчера, в съёмную квартиру. Не потому что мне не хотелось жить с ними — потому что я хотела побыть одна. Слишком тяжело это всё.

Мне снова придётся искать работу, привыкать к этому месту. Но... я не хочу. Прямо сейчас я хочу оказаться в его машине, в машине Тома. Почувствовать его родной запах. Оказаться «случайно» в его объятиях. И просто побыть рядом с ним. С Тосей. Моя милая девочка, которая стала частичкой меня. Она тоже ушла. Как я.

Смотря на чужие улицы с балкона, по моей щеке течёт слеза. Опять. На протяжении всего времени, что я здесь нахожусь, не было ни дня, чтобы я не плакала. Не было ни дня, чтобы я нормально поела. Всё, что я ела — пирог, который испекла моя мама, когда я приехала.

Я курила уже третью сигарету за последний час. Но я не курю часто. «Ты просто хочешь утишить боль, которую чувствуешь, с помощью сигарет». Хочется избавиться от проблем как затянуться. Просто затянулся — выдохнул. И на этом проблемы закончились. Жаль, что только в моих иллюзиях.

Я даже не включала телефон за всё это время. Он просто лежит в неразобранном чемодане. Я просто забыла про него. Всё-таки нужно ответить хотя бы Дэвиду, если уж он написал.

Последний раз затянувшись, я бросила сигарету в урну. Дойдя до своей комнатки, я всё же открыла чемодан. В нём находилось немного вещей. Чёрная блузка. Пара джинс. Несколько футболок-скинни, косметика, фото с Августиной. И на этом всё. А, ну и телефон.

Включив его, я увидела столько сообщений и пропущенных, сколько не видела за всю жизнь: 516 пропущенных от Тома и плюс 252 сообщения. 401 пропущенный от Билла — сообщений от него нет, и на этом спасибо. И ещё 123 сообщения от Дэвида-босса и 5 пропущенных. Удивил.

Я отвечу лишь Дэвиду, чтобы он просто не ждал. Я не читала то, что он писал. Лишь написала:

«Я уехала, не знаю, на сколько. Когда приеду обратно — обязательно напишу. Прости».

И теперь я просто отложила телефон подальше, чтобы не видеть ничего.

Моя квартира однокомнатная, меньше, чем моя, конечно, но за её цену сойдёт. Тут комната со светлыми обоями, одна кровать у стенки. Столик с каким-то компьютером, который запретили трогать. Кухня не очень большая, но мне пойдёт. И главное, что есть: балкон. Там, где я курю, провожу времени больше, чем в комнате. И мне так хорошо.

---

Спустя шесть дней.

Сегодня мой первый день на новой работе. Теперь я работаю официанткой в одном клубе. Он не очень популярный, но мне так лучше. Стало намного легче. Постоянная музыка, запах кальяна, шумная работа. Зато теперь я не схожу с ума со своими мыслями дома.

Теперь у меня есть одна подруга — она тоже работает официанткой. С первого дня, как я сюда устроилась, я сразу же с ней поговорила, и мы нашли общий язык. Зовут её Диляра, но я называю её Диля. Она зеленоглазая кудряшка с тёмными волосами, которые смахивают на тёмно-коричневый. Она старше меня на два года, работает здесь уже четвёртый год. Она рассказала все правила — что не нужно делать, а что нужно.

А работа у меня с одиннадцати ночи до семи утра. Как же я заёбываюсь, но что не сделаешь ради того, чтобы не жить на шее у родителей. Мне двадцать один, это уж точно не хорошая идея.

Прошло уже два часа, как танцпол в самом разгаре. Все танцуют, кто-то поёт, кто-то ноет, кто-то просто пьёт или курит.

— Что, опять думаешь о своём Томе? — усмехнулась Диля. Я рассказала ей всё, абсолютно. Но она меня поддержала, сказала, что поможет и будет рядом. Это первая моя подруга после смерти Августины. Я рада, что обрела её. Она единственная моя подруга здесь, и терять её я точно не намерена.

— Спасибо, что напоминаешь мне о нём! — улыбнулась я, но я лишь пошутила.

Она по моему выражению поняла, что я шучу, и приобняла меня.

— Как я рада, что ты появилась у меня, — сказала она.

— И я. Правда, очень сильно. Я не думала, что ты восстановишь меня. По крайней мере, я не плачу. Мне наоборот получше. Ты спасла меня, — я говорила всё это честно, потому что, думаю, если бы я работала одна, я бы уходила куда угодно, чтобы поплакать. А с ней мне не хочется, потому что она не даёт повода, она радует.

— Моя заинька!

Мы стояли в обнимку на протяжении трёх минут, но потом пришли в себя и принялись работать.

---

Сегодня пятница, народу больше, чем обычно. Я работаю только третий день, но я уже слишком устала.

Подойдя к столику, чтобы забрать заказ, я увидела парня лет девятнадцати. Он улыбался, смотря мне в глаза, но я не смотрела в ответ. От него пахло... очень ужасно. Не как у Тома. У этого чмыря духи как из мусорки — вонючие, слишком резкие. Меня щас стошнит. А у Тома одеколон такой, что хочется чувствовать этот запах вечно.

Наконец, уйдя от него, я зашла в подсобку, чтобы отправить туда грязную посуду. Господи, как я держалась от его духов. Пиздец какие они протухшие.

---

Наконец-то я дома. Я просто провалилась в кровать и уснула сразу же. Какой же тяжёлый день.

(Спустя несколько дней)

Ночная смена закончилась в семь утра. Я вышла из клуба, и холодный утренний воздух ударил в лицо. Берлин просыпался. Где-то пели птицы, ехали первые машины, и город казался почти мирным.

Я шла пешком до дома — всего двадцать минут, но мне хотелось продлить этот момент, когда я никуда не спешу и ничего не должна.

Дома я скинула туфли, налила себе стакан воды и села на пол, прислонившись спиной к кровати. Усталость была такой, что я не чувствовала своего тела. Только пустоту.

Телефон лежал на полу. Я смотрела на него, и в груди что-то сжалось. Там были его сообщения. Тома.

Я не читала их. Боялась. Знала, что если прочитаю — сломаюсь. Но сегодня я не могла больше прятаться.

Я взяла телефон. Открыла чат. И начала читать.

«Милая, ответь. Пожалуйста».

«Я знаю, что ты уехала. Я знаю, кто такая Августина. Я знаю всё».

«Я не знал. Если бы я знал, что она твоя подруга... я бы никогда не позволил Густаву её тронуть. Я бы сам её защитил».

«Я люблю тебя, Изабелла. Я не знал, что такое любовь, пока не встретил тебя».

«Ты — лучшее, что было в моей жизни. Я не хочу тебя терять».

Я читала, и слёзы текли по щекам. Я не вытирала их. Они капали на экран телефона, и буквы расплывались.

«Я приехал в Берлин. Я ищу тебя. Я не уеду, пока не найду».

«Я был у твоих родителей. Отец сказал, что ты уехала. Но я не сдамся».

«Я хочу, чтобы ты знала: я убил бы любого, кто встанет между нами. Даже себя, если бы это вернуло тебя».

Я зарыдала. Громко, как в детстве. Отчаянно, без стеснения, без надежды.

Зачем? Зачем он написал всё это? Зачем он делает мне больно? Он не знает, что мне было бы легче, если бы он просто забыл меня. Ненавидел. Вычеркнул из памяти.

Но он не забыл. Он искал меня. Он приехал. Ради меня.

Я закрыла телефон и отбросила его в сторону. Лёжа на полу, я смотрела в потолок и чувствовала, как по щекам всё ещё текут слёзы.

— Я люблю тебя, Том, — прошептала я в пустоту. — Но я не могу вернуться. Не сейчас.

Я лежала так долго. Может, час. Может, два.

А потом я встала, умылась холодной водой, посмотрела на себя в зеркало — глаза красные, опухшие, но живые — и сказала себе:

— Ты справишься, Изабелла. Ты уже справляешься.

Но внутри я знала: это не конец. Это только начало новой боли.

Прошу вас подписаться на мой телеграмм канал,там вам будет интересно 🥹

https://t.me/tomkaulitzz197