Башня Бруно
Когда вы зашли пыль кружилась в узких лучах света, пробивавшихся сквозь щели в деревянных ставнях башни Бруно. Здесь пахло старыми травами, сыростью и чем‑то горько‑пряным — будто время в этом месте застыло, а не текло.
М: Тут… жутковато, — прошептала она, оглядываясь на груды песка, рассыпанные по полу, и на сотни крошечных осколков стекла, похожих на застывшие слёзы.
Ты: Не жутковато. Просто здесь слишком много правды. А правда часто кажется страшной, потому что она не старается быть красивой.
Вы увидели песок.
М: Касита.. А ты можешь.. Остановить этот песок?
Ты: Она говорит нет.. Тогда пошли вперед!
Ты шагнула и потянула за собой подругу. Ты первая увидела огромную лестницу, пока подруга стряхивала песок с очков.
Ты: Большая, но нам не придется идти по ней
М: Почему?
Ты: Я могу телепортироваться
М: Да ну нафиг, Я согласна!
Ты щелкнула пальцами и вы оказались на самом верху.
М: Класс
Вы начали идти по коридору, в нем были статуи лиц разных людей.
Ты: смотри! Там круглая дверь, может на туда?
М: Больше некуда! Пойдем
Вы зашли, пол сиял чем то зеленым. Ты наклонилась и раскопала песок.
Ты: Смотри! Это осколки ведения!
М: Надо их собрать!
Вы начали собирать осколки, как тут дверь захлопнулась и начал валить песок.
Ты: Мира! Быстрее!
М: Нужен последний!
М: Вот он!
Она забрала последний кусок и вы собирались телепортироваться.
М: Давай, давай!
Ты: Не могу! Что то блокирует магию!
Вы начали стучать в стену, когда песок вам уже был по нос, дверь отворилась и вы выпали наружу. У тебя началась отдышка, но ты резко закричала
Ты: ААА
М: Что такое!?
Ты встала с края обрыва и начала еще чаще дышать.
М: Успокаивайся.. Все хорошо. Дава телепортнемся и пойдем в комнату.
Ты: Есть идея покруче
Ты потянула подругу вперед и вы начали падать с обрыва.
М: Ты что сделала!? Мы сейчас упад..
Не успела она договорить, как очутилась лицом к лицу с землей. Потом она встала на ноги
М: Ты и такое умеешь!?)
Ты: Да, я умею все! хахха
М: хахха
Вы вышли из комнаты Бруно и направились в комнату Миры. Но пока вы шли, столкнулись с бабушкой.
А: Мирабель? Полумна? Куда вы так несетесь?
Ты: Э, мы..
А: Что это у вас в волосах?
Л: Я теряю свой дар!
Внезапно прибежала Луиза
А: В каком это смысле?
Л: Ну Мирабель и Полумна мне сказали что я слишком много на себя взваливаю, так вот я решила взваливать на себе меньше. Но потом поняла что это бессовестно и пошла таскать ослов, тут я поднимаю одного осла и понимаю... Мне его не поднять....
Луиса убежала в слезах
А: Что с твоей сестрой и твоей подругой?
Ты: А.. Мы..
Бабушка посмотрела на часы и сказала:
А: Мне надо встретить Гузманов, сегодня помолвка у Исабелы. Оставьте Луису в покое, я с ней сама поговорю. Больше волнений нам сегодня не нужно, а ваших фокусов тем более
В итоге вы ушли в комнату Миры и начали раскладывать осколки. Вы собрали три кусочка и увидели вас двоих.
М, Ты: Почему мы в твоем видении Бруно?
Как тут врывается тетя Пеппа. Вы спрятали все осколки.
П: Ой извините, я пришла за вещами Тонито. Как тут услышала имя которое у нас не говорят.
Тут над головой Пеппы появилась туча
П: Ну вот я гром вызвала, сейчас ливанет как из ведра! Солнечно... Солнечно...)
Ты: Тетя Пеппа, а если Бру.. Увидел кого то в своем видении..
М: То это вообще к чему?
П: Не упоминать Бруно
Опять появилась туча с дождем
М: Мы знаем, если это так.. гипотетически
П: Полумна, Мирабель перестаньте. Скоро Гузманы придут свататься
Ты: Мы просто хотели узнать, хороший это знак
М: Или плохой
Тут врывается Феликс
Ф: Это был просто кошмар!
П: Феликс!
Ф: И нечего от них скрывать правду
П: Не упоминать Бруно!
Ф: Увидел он видение и тут БАХ, это происходит!
П: Не упоминать Бруно!
Ты: А вдруг вы не понимали что он видит?
Ф: Тогда попробуйте вы понять, ведь это связано с вами!
Тут Пеппа начала петь
Не упоминай Бруно-но-но-но,
Не упоминай Бруно!
[Куплет 1 (Пепа и Феликс)]
Был нашей свадьбы день,
Солнце заливало небо, ни тучки — я был так рад!
Бруно возник — и гул праздника стих, бум, гром!
Ты всё говоришь невпопад!
Бруно нагадал грозу,
Испортил всю мою красу — бабуле зонтик несите!
Мы женились в ураган,
И тогда обет был нами дан…
[Припев (все)]
Не упоминай Бруно-но-но-но-но,
Не упоминай Бруно!
[Куплет 2 (Долорес)]
Эй, с детства нас пугают: в доме Бруно где‑то бродит,
Шёпот его слышу — на меня он страх наводит.
С каждым его шагом будто сыпется песок: тсс, тсс, тсс…
Ноша тяжела — этот дар изводит,
Всю семью по замкнутому кругу он водит.
Что в его пророчествах — им просто невдомёк,
Возьмёшь ты в толк?
[Припев (все)]
Не упоминай Бруно-но-но-но-но,
Не упоминай Бруно!
[Куплет 3 (Камило)]
Два метра рост, крысы на спине,
Позовёт тебя — исчезнет во тьме.
Он полночный вой, кошмар твой ночной!
[Припев (все)]
Не упоминай Бруно-но-но-но-но,
Не упоминай Бруно!
[Куплет 4 (один из горожан)]
Про рыбку сказал: «Умрёт» — на утро смерть,
Сказал: «Отращу живот» — как это терпеть?!
Сказал: «Мне не видать густых волос» — я начал лысеть!
Его пророчества ловят тебя в сеть!
[Куплет 5 (Исабела)]
Он сказал мне, что жизнь, как в мечте,
Получу я без всяких преград.
Он сказал, моя сила растёт,
Словно на лозе виноград.
Жених Мариано к нам идёт…
Как мне быть? Он сказал позабыть мне о том, кто любим,
Обещан другой он.
[Бридж]
Я слышу, как сейчас…
Сестра, молчать! Знай, что я не шучу.
Я слышу, как сейчас…
О, Бруно!
[Куплет 6 (Мирабель и остальные)]
Да, кстати, о Бруно…
Должна я всё узнать об этом Бруно,
Хочу я правду, всю правду о Бруно!
Исабела, твой парень здесь… Бруно здесь!
Два метра рост, крысы на спине,
Позовёт тебя — исчезнет во тьме,
Он полночный вой, кошмар твой ночной!
[Аутро (хором)]
Здесь ни слова о Бруно!
С чего я вспомнила Бруно?
Не упоминай Бруно!
Я всё думаю о Бруно!
Вы полностью собрали осколки и увидели... Вас вдвоем на фоне разбитой Каситы. Тут заходит папа Миры
Аг: Мирабееель, Полуумна надеюсь празднично одеты, а то...
Мирабель начала прикрывать осколки, но сияние им помешало.
Агустин прошел к тумбе и открыл рот, после посмотрел на вас.
М: Мы... Проникли в башню Бруно, нашли видение, дом рушится, дар Лусзы исчезает и вообще вся магия.. И кажется это все из за..
Ты, М: Нас
Аг: Мы будем молчать!! Сегодня все должно пройти идеально, пока Гузманы здесь дом не рушится, дар Луисы не исчезает, магия не гибнет, ведите себя естественно никто не узнает ничего!
Тут дверь открылась и там была Долорес
Д: Я знаю, м
Ты: Она расскажет всем
Аг: Прекрасно..
Когда вы уже были за столом, Мирабель сидела рядом с отцом, а ты между Камило и Карлосом. Когда Абуела начала говорить:
А: Союз между семьями Гузман и Мадригаль очень важен для Энканто
Ты увидела что Мирабель не слушает, а смотрит на Долорес огромными глазами.
А: Поднимем же бокалы за любовь!
Все: За любовь!
Тут перед лицом Миры пронеслась тарелка
Мар: Авокадо?
Глаза Миры и твои еще больше расширились когда увидели что Долорес все рассказала Камило. Потом Иса предложила Мире воды и уже после этого Камило все рассказал Феликсу и он плюнул водой на Гузманов, а потом Феликс все рассказал Пеппе, а Пеппа создала огромную тучу.
А: Пеппа! Что за туча?
П: Солнечно.. Солнечно..
Потом аналогично Пеппа все рассказала Джульетте.
Вы с Мирой посмотрели под стол и увидели что пол под вашими ногами трескается. Ты заглянула под стол.
Мар: Полумна?
Ты ударилась об стол и вылезла.
Мар: У тебя все хорошо?
Аг: Все превосходно, это она от радости что ты предложение делаешь.) Так что хватит тянуть, все ждут
Мар: Ну так я уже хотел..
М: Рас хотел так давай!
Мира резко повернула стул Исы и начала что то стряхивать с плеч сестры.
Мама Мар: Ну раз так, то мой Мариано в качестве вступления споет. Луиза принеси ка нам пианино
Л: Сейчаас
Луиса ушла в слезах
М: А по нашим традициям жених поет потом
Она резко, почти небрежно стряхнула Мариано со стула — будто это был не будущий жених, а просто помеха на пути. В тот же миг ты заметила, как по полу, словно живая трещина, побежала тонкая линия, расползаясь, будто паутина. Ты метнула взгляд на Мирабель — короткий, острый, как вспышка: «Смотри!»
Мира не стала тратить время на вопросы. Она рухнула на пол, будто её подкосили невидимые нити, и прижалась к доскам, словно хотела слиться с домом. Вокруг все переглянулись, кто-то фыркнул, кто-то закатил глаза, но никто не остановился. Праздник шёл своим чередом, как будто ничего не случилось.
А Мариано, отряхиваясь, уже опускался на одно колено, расправляя плечи, чтобы выглядеть достойно. Его голос звучал торжественно, чуть дрожа от волнения:
— Исабела, ты — цветок, что украшает наш дом, ты…
Но ты почти не слышала его слов. Твоё внимание приковало другое: из кармана Агустина, тихо, по-воровски, одно из маленьких животных — шустрый грызун с блестящими глазками — вытягивало осколок видения. Ты начала отчаянно подавать Агустину знаки: кивала, моргала, делала едва заметные движения пальцами, будто пыталась передать ему мысль силой воли. Но он улыбался, смотрел на Мариано и ничего не замечал.
В этот момент дверь распахнулась, и в зал ввалилась Луиса. Она тащила пианино, будто это была не мебель, а сама тяжесть мира. Дерево скрипело, ножки царапали пол, а Луиса шла, стиснув зубы, и по её щекам катились слёзы — не от боли, а от того, что она не могла быть нигде, кроме как здесь, не могла не помочь, даже если это разрывало её изнутри.
Мирабель краем глаза заметила, как под столом суетятся зверьки — они сновали туда-сюда, таская крошечные осколки, складывая их, будто собирали мозаику судьбы. И вдруг… всё сошлось. Последний кусочек лёг на место, и видение сложилось целиком — идеально, до последней трещины.
Не раздумывая, Мирабель метнулась под стол, крича что-то бессвязное — то ли «Стойте!», то ли «Я вижу!», то ли просто имя, которое застряло у неё в горле. Пианино с глухим стуком опустилось на пол — Луиса выпустила его из рук и рухнула рядом, зарывшись лицом в ладони, и её плечи вздрагивали от беззвучных рыданий.
Касита на мгновение замерла, будто задержала дыхание. Даже музыка, казалось, притихла, и только эхо крика Мирабель ещё звенело в воздухе, смешиваясь с тихим шорохом зверьков, которые, закончив свою работу, замерли, уставившись на собранное видение, как на нечто, что они и сами не до конца понимали.
Мама Мар: Да что у вас здесь творится!?
Тут Долорес закричала
Д: Мирабель и Полумна нашли ведение Бруно, оно о них, наш род обречён!!!!!!!
Ты вышла из‑за стола и встала рядом с Мирабель — будто только так, плечом к плечу, можно было выдержать то, что надвигалось. В ту же секунду воздух будто сгустился, и под тяжестью невидимой силы поднос с осколками видения сорвался с места — и полетел прямо к бабушке Альме, словно кто‑то швырнул его сквозь застывшее время.
Вы с Мирой рванулись вперёд, вытянув руки, пальцы судорожно сжимались, пытаясь ухватить хоть край подноса, хоть один осколок — но всё было тщетно. Время растянулось, а потом щёлкнуло, как сломанная пружина: вы не успели. Ни на миг.
И тут Касита застонала — не скрипом старых досок, а настоящим, живым стоном, будто дом был не камнем и деревом, а существом, которому вдруг стало больно. По стенам побежали трещины — тонкие, чёрные, похожие на вены, они расползались всё быстрее, как чернила в воде. По полу прошла дрожь, люстры задребезжали, а картины на стенах покосились, будто пытались отвернуться от того, что видели.
Вокруг поднялся крик. Кто‑то звал детей, кто‑то хватал родных за руки, и люди хлынули к дверям, спотыкаясь о собственные страхи. Дом будто отталкивал их, выталкивал наружу, чтобы сберечь хоть кого‑то.
Вы с Мирабель выбежали последними. На мгновение вы замерли на пороге, глядя, как родные разбегаются, исчезают за поворотом тропинки, и в этом бегстве было столько боли, что казалось, будто рушится не только Касита, а сама семья. Вы стояли и смотрели, как пустеет двор, как затихает голос дома, и только ветер шевелил листья, будто пытался что‑то прошептать.
А потом у ваших ног что‑то мелькнуло. Тени, быстрые и юркие, пронеслись по земле — крысы. Они бежали плотной стайкой, и в лапках у некоторых из них поблёскивали осколки видения, словно крошечные зеркала, в которых отражался надвигающийся хаос. Они не останавливались, не смотрели по сторонам — они знали, куда идут.
Не сговариваясь, вы с Мирабель бросились за ними. Ступени второго этажа гудели под вашими шагами, воздух становился гуще, будто вы бежали сквозь сон. Крысы неслись вперёд, не теряя ни секунды, и привели вас к старой картине в дальнем коридоре — той самой, которую все обходили стороной, потому что казалось, что изображённые на ней цветы смотрят вслед.
Ты протянула руку и резко сдёрнула полотно. Под ним не было стены. Вместо неё зиял чёрный коридор из грубых досок, сбитых кое‑как, будто его строили в спешке или вовсе не руками людей. Доски были тёмными, почти чёрными, и между ними мерцала тьма — не просто отсутствие света, а что‑то живое, дышащее.
Мирабель схватила тебя за руку. Её пальцы дрожали, но хватка была крепкой:
М: Ты видишь это? — прошептала она, и голос её звучал странно — тихо, но твёрдо, как у человека, который уже принял решение, даже если ему страшно.
Ты кивнула, не в силах выговорить ни слова.
Крысы исчезли в проёме, растворились в темноте, будто их и не было. А коридор ждал. И вы знали: чтобы спасти Каситу, придётся шагнуть туда, где кончается привычный мир.
Вы шли по коридору несколько минут — шаги гулко отдавались в темноте, и каждый звук казался чужим, будто дом подслушивал и запоминал. Воздух здесь был тяжёлый, пах пылью и чем‑то древним, словно время в этом месте застыло и покрылось коркой.
И вдруг впереди мелькнула фигура. Силуэт, едва различимый в полумраке: тёмный плащ, сгорбленные плечи, торопливые шаги. Ты вскрикнула, рванулась вперёд, Мирабель — за тобой.
— Эй! Стой! Кто ты?! — кричала ты, голос ломался, терялся в гулкой пустоте коридора.
Но фигура не оборачивалась. Она бежала всё быстрее, будто знала каждый поворот, каждую скрипучую доску под ногами. Вы неслись следом, не чувствуя усталости, только холодный страх, сжимающий грудь: если потеряете её — потеряете последнюю ниточку.
А потом коридор оборвался. Просто кончился — и перед вами распахнулась пропасть, чёрная, бездонная, будто сама тьма решила проглотить всё, что к ней приблизится.
Фигура на мгновение замерла на краю — и одним ловким движением перепрыгнула на другую сторону и побежала дальше. Ты, не думая, бросилась следом. В воздухе мелькнули доски, ветер хлестнул по лицу, и на долю секунды показалось, что ты летишь.
Приземление вышло жёстким: колени ударились о доски, но ты устояла. Обернулась.
Мирабель не успела. Она замерла на самом краю, пальцы судорожно вцепились в тонкую, почти сухую ветку, торчавшую из стены. Дерево трещало, кора крошилась, и ты поняла: она не продержится долго.
— Держись! — ты метнулась к ней, протянула руку, схватила за запястье.
Кожа была скользкой от пота и пыли, пальцы скользили, и в этот миг ты почувствовала, как весь мир сузился до одной точки — до её руки, до этого отчаянного усилия не дать ей упасть.
Вы обе повисли над пропастью. Ветка хрустнула, дерево застонало, и вы закричали — не слова, а просто звук, вырвавшийся из самой глубины, когда понимаешь, что сил больше нет.
Падение началось. Мимо проносились доски, тьма жадно раскрывала пасть, и казалось, что всё кончено.
Но вдруг что‑то крепко схватило тебя за запястье. Резко, больно, но надёжно — так, что даже страх на секунду отступил. Ты подняла глаза.
Над краем пропасти, вцепившись в торчащую балку, висел Бруно. Его лицо было бледным, глаза — широко раскрытыми, а на губах застыла странная полуулыбка, будто он сам не верил, что успел.
— Рука скользкая… — выдохнул он, сжимая твоё запястье так, что пальцы побелели. — Держись! Не отпускай!
Ты вцепилась в его руку свободной рукой, а другой всё ещё тянулась к Мирабель. Она висела, прижавшись к стене, и смотрела на вас широко раскрытыми глазами, в которых плескался ужас и надежда.
Бруно стиснул зубы, мышцы на руках вздулись, и он потянул тебя вверх, сантиметр за сантиметром, будто боролся не с гравитацией, а с самой судьбой. Но тут он тоже повис. Только уже на ноге Миры.
М: Держись!
Но Бруно упал..... И встал, он рукой убрал дым и поднялся к вам на верх.
Б: Пока!
И он ушел