Глава пятая. Стена.
В келье было прохладно. Омега сел на пол спиной к стене. Его затылок коснулся холодного бетона.
Терзо сидел в кабинете. Его руки дрожали, грудь стала тяжёлой. Папа уселся спиной к стене на полу.
— А если он разочаровался во мне? Если я потерял его доверие? Что же ты со мной делаешь... Я не должен ныть, я не размазня.
Терзо почувствовал лёгкую вибрацию от бетона. Он мило улыбнулся, прижимая ладонь к стене.
— Мне тоже страшно, — юноша прикрыл глаза и задремал.
— Он идеален, он — Папа, я — гуль. Расходный материал. Чем я думал, Омега хотел провалиться сквозь землю. — Я причинил вред, он почти простил. Может всё не так плохо?
Солнце пустило лучи в окно Омеги.
— Он был восхитителен, даже когда я душил его. Как ему удаётся всегда быть безупречным? Его глаза прекрасны в любом виде, — эфирный гуль улыбнулся.
Омега потёрся спиной и затылком о стену, словно ощущая тепло Терзо за ней.
— Ты странный. Как и все до тебя, но в тебе есть что-то, что цепляет. Мне жаль. Я- Я- Я люблю тебя, — Омега успокоился. Теперь хотя бы себе он сказал правду. Эфирный гуль прикрыл глаза, хвост безжизненно валялся на полу, уши не двигались, не прислушивались.
Где-то в коридоре шептались сёстры. Вдалеке хлопнула дверь. Но сейчас Омегу это не волновало.
Влюблённый гуль стал проваливаться в сон. Он почувствовал, как что-то тёплое касается его. Омега прошептал первое, что пришло на ум:
— Терзо... Che fai?