Лед, который нас сожжёт

...

Он резко повернулся. Его глаза были красными — от усталости, от сдерживаемых слёз, от ярости.

— Ты ничего не понимаешь, — прошипел он. — Ты эгоистка, Помни. Ты думаешь только о себе. О своей травме, о своём последнем сезоне. А я? Мне ещё жить после спорта. Мне ещё смотреть в зеркало и не ненавидеть себя за то, что я сломал чужую карьеру.

— Ты не ломал! Это был несчастный случай!

— А вот она сказала, что я сломал! — заорал он так, что эхо разнеслось по пустому катку. — Она всем сказала! Тренерам, федерации, журналистам. И ты тоже так думаешь, да? Ты тоже считаешь меня монстром?

Помни сделала шаг вперёд. Она стояла так близко, что видела каждую трещинку на его губах, каждую слезинку, которая не упала.

— Я считаю тебя трусом, — сказала она спокойно, почти презрительно. — Ты боишься признать, что тебе больно. Ты боишься признать, что я могу быть хорошей партнёршей, если ты перестанешь ныть о прошлом. Потому что тогда придётся снова рисковать. А ты уже рисковал — и проиграл.

— Ты мне не партнёрша, — сказал он, сквозь зубы. — Ты — обуза, которую мне навязали.

— Тогда зачем ты встаёшь в 5 утра? Зачем ты приносишь кофе?

— Потому что я профессионал! — рявкнул он. — В отличие от тебя, я умею отделять личное от работы.

— Ложь, — сказала девушка. — Ты просто боишься остаться один. Любой партнёр тебе подойдёт, лишь бы не быть одному. Я — просто тело на льду.

— Ты права, — его голос стал ледяным. — Ты — просто тело. Которое не умеет прыгать, не умеет держать ось и которое через год сядет на скамейку запасных. А я ещё буду кататься.

Эти слова ударили больнее любой пощёчины.

Она замерла. Её лицо сначала побледнело, потом залилось краской — от обиды, от унижения, от ярости.

— Скажи это ещё раз, — тихо попросила она.

— Ты — просто тело, — повторил парень, глядя ей в глаза. — Временно исполняющее обязанности партнёрши.

Она занесла руку.

Пощёчина вышла звонкой — такой, что эхо прокатилось по трибунам. Ладонь обожгло. Джекс даже не шелохнулся. Только голова чуть повернулась от удара.

На его щеке проступил красный след — отпечаток её пальцев.

Он медленно повернул голову обратно. Посмотрел на неё. Глаза — пустые, уставшие.

— Наконец-то, — сказал он хрипло. — Ты ударила. Может, теперь ты почувствуешь себя лучше?

— Ничего я не почувствовала, — выдохнула Помни. Её голос дрожал. — Ты просто мудак.

— Я знаю.

Он коснулся горящей щеки, поморщился.

— Если хочешь, бей ещё. Легче не станет, но хотя бы выпустишь пар.

— Не хочу.

Девушка отвернулась. Её плечи тряслись — от злости, от бессилия, от того, что он был прав в одном: она действительно боялась, что через год станет никем.

— Завтра в 6 утра, — сказал Джекс за спиной. Голос вернулся к обычной, ровной интонации. — Я принесу кофе. И мы будем работать. Без личных оскорблений.

— А если я не приду?

— Придёшь. Ты не умеешь сдаваться.

Она услышала, как его лезвия скрежетнули по льду. Он поехал к выходу.

У самого борта он остановился. Не оборачиваясь, сказал:

— Про «просто тело» — это было грубо.

— Поздно извиняться, — ответила она, не поворачиваясь.

— Знаю.

Дверь закрылась.

6:15. Каток. Они пришли оба.

Помни вошла в раздевалку ровно в шесть. Глаза красные — не от слёз, от бессонницы. Она не спала почти всю ночь: лежала, смотрела в потолок и прокручивала в голове каждое его слово.

«Ты — просто тело».

Колено ныло. Она замотала его туже обычного.

Джекс уже был на льду, когда она вышла. Катался кругами, не глядя на неё. Щека — там, где она ударила — слегка припухла и пожелтела у края. Он не замаскировал. Ей показалось — нарочно.

Они не поздоровались.

Кейн включил музыку. Дорожка шагов — вчерашняя, та самая, с которой всё началось. Джекс протянул руку, не глядя. Помни вложила свою. Пальцы были холодными и чужими.

Они прошли дорожку. Без синхронности, без жизни. Просто движение.

— Стоп, — сказал Королер. Он стоял у борта, скрестив руки на груди, и выглядел так, будто не спал тоже. — Снимите коньки. Оба.

— Что? — девушка замерла.

— Снимите, я сказал.

Они переглянулись в первый раз за утро. Взгляд Джекса был пустым. Взгляд Помни — злым.

——————————

Ежедневная глава. Не хочу вас баловать, поэтому теперь буду выпускать главы КАЖДЫЙ ДЕНЬ В 16:30 по мск (вот такая вот я офигевшая), и доп. Главы с 09:00 до 19:00 также по мск, кроме времени поездки в Тверь, там НАМНОГО реже😭.