Красная помада и разбитые костяшки

Дверь распахнулась, и я, зажмурившись, приготовилась к худшему. Но в комнате было пусто. Только форточка, которая была закрыта пять минут назад, теперь была широко распахнута, впуская в комнату ночной холод. Кощей успел сигануть в окно — благо, второй этаж позволял.

Валера застыл на пороге, его взгляд метался по пустой комнате, и он уже было открыл рот, чтобы что-то рыкнуть, но его опередили.

— Ты совсем страх потерял, Валера?! — Дина, которая до этого момента выглядела вполне спокойной, буквально вылетела из-за шкафа, встав перед ним стеной. Её лицо пылало не от стыда, а от ярости. — Какого черта ты ломишься в мою комнату?! Я тебя звала?!

Валера, привыкший к тому, что на него все смотрят с опаской или уважением, на секунду растерялся. Он перевел взгляд с открытого окна на разъяренную старшую сестру.

— Дин, я... тут шум был, я подумал, что... — начал он, но Дина не дала ему закончить.

— Ты подумал?! Ты вообще головой своей думаешь?! Тебе девятнадцать, мне двадцать три! Я здесь хозяйка, а не ты со своими подвальными замашками! — она ткнула его пальцем в грудь с такой силой, что он невольно отступил на шаг. — Ты мне не отец, не муж и не командир! Убирайся вон из моей комнаты, пока я не начала орать так, что весь подъезд сбежится!

Валера опешил. Он привык, что в «штабе» его слушаются беспрекословно, что он — Турбо, лидер, старший. А здесь, дома, его отчитывали, как нашкодившего щенка. Он перевел взгляд на меня, ища поддержки или хотя бы объяснения, но я прижалась к стенке, стараясь стать невидимой.

— Я просто проверил... — буркнул он, уже не так уверенно.

— Проверил он! — Дина продолжала наступать, выталкивая его из комнаты. — Проверяй своих пацанов в подвале, а здесь — мой дом и моя территория! Еще раз зайдешь без стука — пожалеешь!

Она с грохотом захлопнула дверь прямо перед его носом. В коридоре воцарилась гробовая тишина. Валера стоял, глядя на закрытую дверь, и его лицо медленно менялось: от шока к глухому раздражению, а потом — к растерянности.

Он медленно повернулся ко мне.
— Она что, совсем с катушек съехала? — тихо спросил он, явно не ожидая такого отпора от старшей сестры.

Я только пожала плечами, чувствуя, как внутри меня начинает распирать смех от всей этой абсурдности ситуации.

Я стояла в коридоре, хлопая глазами, и даже не сразу сообразила, что произошло. Валеру, нашего «грозу района», только что построили, как мальчишку. Он до сих пор стоял перед закрытой дверью Дины, сжимая челюсти, явно не зная, как реагировать на то, что старшая сестра не приняла его «авторитет».

Я бросила на него быстрый взгляд — он выглядел таким потерянным в своей злости, что мне стало даже немного жаль его. Но сейчас мне было не до него.

Я тихонько шмыгнула в комнату Дины. Она сидела на краю кровати, тяжело дыша, и впивалась взглядом в закрытую дверь. Лицо у неё горело, а руки слегка дрожали.

— Дин... — я осторожно прикрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. — Ты... ты даешь. Ты вообще не боишься, что он сейчас вернется и разнесет тут всё, если поймет, что Кощей через окно свалил?

Дина подняла на меня глаза, и в них блеснул какой-то отчаянный огонек.
— А пусть попробует, — выдохнула она, откидывая прядь волос со лба. — Он думает, если он «Турбо», то может везде нос совать? Мне двадцать три, Вика. Я устала от этого его «пацанского» контроля. Каждый раз, когда он приходит домой, я чувствую себя не дома, а в каком-то продолжении его подвала.

Я подошла к ней и села рядом. В комнате пахло духами Дины, вперемешку с остатками табачного запаха Кощея.

— Ты знала, что он будет в бешенстве, — сказала я, понизив голос. — Но ты так на него наехала, будто ждала этого момента вечность.

Дина горько усмехнулась и посмотрела на открытое окно, за которым была только холодная июньская ночь.
— Я просто хочу, чтобы он понял: я не его «объект» для охраны. И ты тоже. Мы — Туркины, мы сами по себе. Хватит с нас того, что он за тебя постоянно трясется.

В коридоре послышались тяжелые шаги Валеры. Он прошел мимо двери Дины, что-то буркнув себе под нос, и направился на кухню. По звукам было понятно, что он сейчас будет греметь кружками, пытаясь успокоиться.

— Слушай, — я подалась вперед, переходя на шепот. — А Кощей... это всё серьезно? Ты же знаешь, что Валера его терпеть не может, а если узнает, что это был он...

Дина замолчала, глядя на свои руки. На её лице впервые за вечер промелькнуло что-то похожее на страх, но она быстро его стерла.

— А пусть узнает, — тихо сказала она. — Рано или поздно он всё равно узнает. Лучше пусть сейчас, чем когда мы зайдём дальше.

———————

Извините меня, грешную, за этот бред
Иногда мне кажется, что писать фф с моей фантазией — не самая лучшая идея, но уже поздно
Так что терпите
Ваша Вишенка 🍒