Глава 56: Резонанс Крови и Льда
Свет утреннего солнца, пробивающийся сквозь плотные портьеры спальни Адриана, больше не приносил покоя. Он лишь обнажал руины, оставленные вчерашней битвой внутри нас, и ту сумасшедшую, осязаемую дорамную химию, что теперь намертво сковала наши судьбы.
Я резко расбахнула глаза, вырываясь из леденящего омута забвения. Судорожный, рваный вдох разорвал легкие, и я рывком села на огромной кровати. Темный шелк простыней зашуршал, обжигая кожу, которая всё еще помнила запредельное давление багрового пламени Серебряных Королев. Истощение никуда не делось - оно сидело глубоко в костях свинцовой тяжестью, но адский пожар внутри наконец-то утих, сменившись глухой, пульсирующей силой.
- Проснулась...
Этот голос, хриплый, надрывный и до боли знакомый, заставил мое сердце пропустить удар.
Я медленно повернула голову. Адриан сидел в кресле у самого окна, окутанный утренними тенями. Он не спал ни минуты - это было видно по его потемневшим, неотрывно устремленным на меня глазам. На нем всё еще была вчерашняя толстовка, пропитанная лесной гарью и моей засохшей кровью. Но в ту секунду, когда наши взгляды встретились, воздух в комнате зазвенел от такого бешеного напряжения, что стало трудно дышать.
Его взгляд больше не был просто холодным взглядом Альфы. В нем бурлила неистовая, дикая смесь из первобытного страха, облегчения и... преклонения. Он смотрел на меня так, словно я была единственным выжившим божеством в этом проклятом мире, его личным спасением и его самым опасным наваждением.
Превозмогая слабость в теле, ведомая каким-то неосознанным, мистическим притяжением нашей связи, я спустила ноги с кровати. Едва мои босые ступни коснулись холодного мраморного пола, я сделала неуверенный шаг к нему.
В ту же секунду Адриан резко поднялся. В два мощных, хищных движения он преодолел разделявшее нас расстояние. Его леденящая голубая аура Альфы диким, ревнивым вихрем взметнулась вверх, мгновенно заполняя комнату и с треском сталкиваясь с невидимыми барьерами. Но это не был хаотичный шторм паники - это был защитный щит, который яростно, собственнически стремился оградить меня от всей вселенной.
- Зачем ты встала? - прорычал он, и его голос сорвался на глухой, разрывающий душу стон.
Он резко, но сдерживая свою волчью силу, перехватил мои ладони. Его огромные, ледяные руки сжали мои пальцы, и в этот момент по нашим венам пронеслась мощнейшая, ослепительная волна резонанса. Сумасшедшая химия между нами сработала как катализатор. Я чувствовала, как его лед рвется внутрь меня, пытаясь остудить остатки выжигающего багрового пожара. Но моё величие Серебряных Королев, только что пробужденное его кровью, не собиралось отступать или подчиняться.
Пространство между нашими телами буквально заискрило от плотности магии. В ответ на его напор **алое пламя в моих глазах вспыхнуло с новой, первобытной и неукротимой яростью**, прорезая полумрак спальни. Этот опасный, царственный свет Серебряной Королевы горел прямо в его зрачках. Я упрямо сжала челюсти, отказываясь отступать хоть на миллиметр, и смотрела прямо в его шокированное лицо. Маски были сброшены окончательно. Мы оба понимали: я больше не хрупкая «мышка», которую нужно прятать. Я была силой, способной перевернуть Гринвуд.
- Я сделала то, что должна была, Адриан, - мой хриплый, но властный, королевский шепот заставил воздух вокруг нас завибрировать. - И я не позволю Совету забрать то, что принадлежит мне. Того, кто принадлежит мне.
Адриан прерывисто, шумно выдохнул, и на мгновение его стальная хватка ослабла. В его темных глазах отразилась такая дикая, сладкая боль от моих слов, словно они ранили его сильнее фиолетового яда карателей. Он завороженно смотрел на багровое пламя в моем взгляде, чувствуя, как наши ауры переплетаются, образуя единый, непробиваемый кокон Крови и Льда.
Вся его гордость, вся его власть Альфы академии сейчас преклонялись перед этой необузданной, опасной могущественностью. Он медленно, едва дыша, потянулся к моему лицу, намертво блокируя меня в пространстве между своим телом и кроватью.
- Мышка... - этот шепот, полный безумной нежности и глухого отчаяния, опалил мои губы. - Ты погубишь нас обоих. Но клянусь, я пойду за тобой до самого адского пекла.
И в этот критический момент, когда напряжение достигло своего пика, колоссальный откат силы снова ударил по моим нервам. Алое пламя во взгляде мгновенно погасло, сменившись глубоким темным цветом, и сознание начало стремительно ускользать.
Заметив это, Адриан среагировал мгновенно. Он бережно, словно хрупкую фарфоровую куклу, подхватил мое обмякшее тело, намертво прижимая к своей широкой груди. Моя голова тяжело, безвольно опустилась ему на плечо, руки плетьми соскользнули вдоль его шеи, и я окончательно рухнула без сил прямо в его руках, засыпая глубоким, но теперь уже абсолютно безопасным сонным забвением под мерный, бешеный стук его сердца.
Он осторожно опустил меня обратно на шелковые простыни, укрывая пледом, и остался стоять над кроватью. Между нами все еще пульсировал невидимый, нерушимый резонанс. Мы приняли этот бой. И теперь весь мир содрогнется, когда мы вернемся в академию.