Танцы в запретном лесу

Когда Руби открыла глаза, первое, что она ощутила - это пронзительный зимний холод и резкий глоток морозного воздуха. Волшебный сон отпустил её. Она тяжело задышала, отплевываясь от озёрной воды, и почувствовала, что её крепко удерживают над поверхностью сильные, надёжные руки.

- Всё хорошо, Руби... Держись за меня, я держу, - раздался хриплый, прерывистый от усталости голос.

Руби повернула голову. Это был Седрик. Его каштановые волосы были мокрыми и облепили лоб, лицо побледнело от долгого пребывания в ледяной воде, а на губах играла лёгкая синева. С помощью заклятия Головного пузыря он дышал под водой, но сейчас, на поверхности, тратил последние силы, чтобы удержать Руби на плаву и плыть к судейскому помосту. В его серых глазах, обычно таких спокойных, сейчас плескался дикий, первобытный страх за неё.

Огромные трибуны Хогвартса взорвались оглушительными аплодисментами. Хаффлпаффцы ликовали - их чемпион вернулся первым, успешно выполнив задание.

Помощники судей подхватили Руби и Седрика, помогая им выбраться на деревянный настил. Их мгновенно укутали в огромные, пушистые шерстяные одеяла и протянули кубки с дымящимся согревающим зельем.

Руби сидела на краю помоста, её длинные белые волосы намокли и тяжёлыми серебряными прядями облепили полночно-синюю мантию. Она дрожала от холода, но её взгляд был прикован к Седрику, который сидел рядом. Он тяжело дышал, его плечи под одеялом вздрагивали от озноба, но он смотрел только на неё

- Ты как? - спросил Седрик, и его голос сорвался на тихий шёпот. Он протянул дрожащую руку и аккуратно коснулся её ледяных пальцев. - Когда Дамблдор сказал, что под водой спрятали именно тебя... Руби, у меня сердце остановилось. Я плыл туда так быстро, как только мог. Русалки пытались меня задержать, но... я бы ни за что не оставил тебя там. В этой чёрной темноте.

Руби смотрела в его серые глаза, полные безграничной, чистой преданности. И в этот момент вся её аристократическая сдержанность, все защитные стены, которые она так тщательно выстраивала вокруг себя после гибели приёмных родителей, окончательно рухнули. Нападение тёмных сил на её дом научило её бояться потерь, но сейчас, глядя на этого продрогшего до костей хаффлпаффского чемпиона, который рискнул жизнью ради её спасения, она поняла самое главное.

Её добрая, весёлая и сильная душа наконец-то обрела покой. Она больше не боялась.

Руби отбросила в сторону своё одеяло, сделала шаг вперёд и со всей искренностью, на которую была способна, крепко обняла Седрика за шею, утыкаясь носом в его мокрое плечо.

- Седрик... - прошептала она, и из её голубых глаз покатились горячие слёзы облегчения. - Спасибо тебе. Я так сильно испугалась... не за себя. За тебя.

Седрик удивлённо замер на секунду, а затем его лицо озарила самая счастливая улыбка в мире. Он крепко прижал её к себе здоровой рукой, укрывая их обоих своим одеялом от пронзительного ветра.

Прижавшись к его груди и слушая, как бешено стучит его сердце, Руби наконец-то чётко и ясно осознала то, от чего так долго бежала: она любит его. Любит Седрика Диггори больше всей своей жизни, и никакие тайны происхождения или угрозы Турнира больше этого не изменят.