«Причина моих нервов»

После того вечера в офисе между ними всё изменилось. Не резко. Не громко. Но теперь это чувствовалось буквально во всём. Во взглядах. В голосе. В том, как Адам больше не проходил мимо неё равнодушно. И это пугало Эвелину сильнее, чем должно было. Потому что раньше между ними была хотя бы понятная граница: начальник и сотрудница. Теперь же всё стало слишком... личным.

⸻

— Доброе утро, Эвелина.

Она замерла прямо возле кофемашины.

Потому что раньше: «Доброе утро» от Адама Ривза звучало примерно как: «Почему вы ещё не работаете?» А сейчас его голос был спокойным. Тёплым. И это сбивало с толку.

— Доброе утро, мистер Ривз.

Он протянул ей стакан кофе.

— Без сахара. Как вы любите.

Сердце предательски дрогнуло.

Эвелина медленно подняла взгляд.

— Вы запомнили?

Адам спокойно пожал плечами.

— У вас ужасный вкус в кофе. Такое сложно забыть.

Она тихо усмехнулась.

И впервые за долгое время он улыбнулся в ответ. Совсем чуть-чуть. Но этого хватило,
чтобы у неё снова сбилось дыхание.

⸻

Теперь он постоянно замечал мелочи. Что она устала. Что пропустила обед. Что замёрзла из-за слишком сильного кондиционера. И каждый раз делал что-то будто невзначай. Оставлял чай рядом. Вызывал ей машину. Отправлял: «Напишите, когда будете дома.» И Эвелина всё сильнее понимала: он заботится. По-настоящему.

Но официально между ними всё ещё ничего не было. Никаких признаний. Никаких разговоров. Только: слишком долгие взгляды, случайные прикосновения, напряжение, от которого становилось невозможно нормально дышать.

⸻

Особенно рядом с Марком. Потому что теперь Адам ревновал совершенно открыто.

— Эва, ты идёшь на обед? — спросил Марк однажды днём.

— Да, сейчас—

— Нет.

Оба одновременно повернулись к Адаму.

Он даже не поднял взгляд от документов.

— У нас встреча через двадцать минут.

Эвелина нахмурилась.

— Вы только что её придумали.

— Возможно.

Марк тихо усмехнулся.

— Ладно. Я уже понял.

И ушёл раньше, чем Адам успел прожечь его взглядом окончательно.

Эвелина медленно скрестила руки на груди.

— Вы ведёте себя как ребёнок.

— А вы слишком много времени проводите с ним.

— Вы ревнуете?

Адам поднял взгляд. Тяжёлый. Опасный.

— Хотите честный ответ?

Сердце моментально ускорилось.

— Нет.

Уголок его губ едва заметно дрогнул.

⸻

Поздний вечер. Офис почти опустел. За окнами город медленно растворялся в огнях, а Эвелина всё ещё сидела за ноутбуком, пытаясь закончить проект.

Глаза уже болели от усталости. Но сроки горели. Она даже не заметила, как начала засыпать прямо за столом. Пока рядом не раздался знакомый голос:

— Домой, Эвелина.

Она сонно подняла голову.

Адам стоял рядом, держа в руках её пальто.

— Я почти закончила...

— Это не просьба.

Но сейчас это прозвучало совсем не как приказ босса. Скорее... как забота. Тёплая. Слишком настоящая.

Эвелина устало выдохнула.

— Вы вообще всегда контролируете людей вокруг себя?

Адам медленно поставил её чашку кофе на стол.

— Только тех, кто мне важен.

Сердце болезненно сжалось.

Она медленно подняла на него взгляд.

Слишком опасный вопрос сам сорвался с губ:

— Почему вы вообще так за меня переживаете?

Тишина.

Адам долго смотрел на неё. Будто решал, стоит ли говорить правду. А потом тихо произнёс:

— Потому что вы уже давно стали для меня чем-то большим, чем просто сотрудницей.

Воздух исчез. Полностью.

Эвелина перестала дышать.

А он вдруг подошёл ближе и осторожно убрал прядь волос с её лица. Слишком нежно.

— И это становится проблемой, — почти шёпотом добавил он.

Сердце Эвелины билось так сильно, что она была уверена: он слышит.

— Тогда почему вы не останавливаетесь?..

Во взгляде Адама мелькнуло что-то болезненное. Настоящее.

— Потому что рядом с вами я уже не хочу останавливаться.

И именно в этот момент Эвелина поняла: они оба давно проиграли эту борьбу.