ОДЕРЖИМОСТЬ 18+

- Завтра свадьба... и там будем только мы? - спросила Мира, взглянув в его глаза.
- Будем только мы. Какие желания? Тебе нужен кто‑то ещё? - сказал Дамиан, гладя тыльной стороной ладони по щеке.
От этого у Миры побежали мурашки по коже.

- Дамиан... - опустив глаза от нахлынувших слёз, - а как же мои родные? Знаешь, я всегда... - замявшись, она замолчала, сжимая кулачки рук.

- Что ты всегда? Договаривай. - Подняв кончиком пальца её подбородок, он смотрел прямо в глаза. - Давай, скажи, ну же, - настаивал Дамиан.

- Я всегда мечтала об свадьбе с... - заглянув ему прямо в глаза, продолжила: - родными, друзьями, родственниками... и всё такое: девичник, вечеринки, предсвадебные торжества.

- Если бы мы были с тобой оба влюблёнными, невинными и чистыми, так бы и было, - улыбнувшись, сказал он, покачав головой. - Но ты слишком малышка, не понимаешь, насколько опасен этот мир. И со мной ты в безопасности - без пати, вечеринок. Ты и так моя.

- Но... - капелька слёз скатилась с её щеки.

- Чш‑ш‑ш, - приложив указательный палец к её губам. - Сейчас мы пойдём в спальню, сложим платье, примем душ и пойдём кушать. После посмотрим фильм. Что думаешь?

Отпустив взгляд на его ладонь у своих губ, она слабо кивнула.

Направляясь в сторону лестницы, они поднялись в спальню.

Спустя несколько мгновений Дамиан снял с неё платье - медленно, почти бережно, будто боялся спугнуть её одним резким движением. Он не отводил взгляда, но и не смотрел прямо: его глаза скользили по полу, по стене, по окну - куда угодно, только не на её обнажённые плечи, словно ему было невыносимо видеть и эту уязвимость, и свою причастность к ней.

Сложив платье на кровать, он расправил складки дрожащими пальцами - так старательно, будто от того, насколько ровно ляжет ткань, зависело что‑то бесконечно важное. Шёлк послушно лёг, переливаясь в тусклом свете лампы, и на миг показалось, что в этом жесте - вся его попытка всё исправить, хоть немного сгладить ту пропасть, что зияла между её мечтами и его реальностью.

Платье лежало на кровати - нежное, из тончайшего шёлка, с вышивкой по краю, будто сотканное из лунного света. Мира остановилась возле него, пальцы дрогнули, потянулись к ткани, но тут же отдёрнулись, словно она боялась обжечься.

Дамиан подошёл бесшумно, встал за её спиной. Его тень накрыла её, как тяжёлое, но привычное покрывало.

Мира стояла неподвижно, обнимая себя за плечи, будто пыталась удержать внутри ту дрожь, что рвалась наружу. Она не плакала - слёзы будто высохли, оставив после себя только горькую пустоту и странное оцепенение. В комнате повисла тишина, густая и тяжёлая, в которой слышно было только их неровное дыхание.

Дамиан выпрямился, сжал и разжал кулаки, будто сбрасывая напряжение, и наконец поднял на неё глаза. В них читалась не властность, не привычная холодная уверенность, а что‑то новое - неуклюжее, неловкое, почти испуганное.

- Не бойся, - тихо произнёс он, и в этом голосе не было ни приказа, ни угрозы - только странная, почти болезненная мягкость. - Оно не причинит тебе вреда. Это просто ткань.

Мира сглотнула, не оборачиваясь.

- Дело не в платье, - прошептала она. - Дело в том, что оно значит.

Он не стал спорить. Вместо этого осторожно взял платье, сложил его с той бережной точностью, с какой складывают что-то бесконечно ценное, и убрал в шкаф. Щёлкнул замок - тихий, но окончательный звук.

- Душ, - напомнил он, чуть кивнув в сторону ванной. - Тебе станет легче. Вода смывает лишнее.

Она наконец повернулась к нему, глаза всё ещё блестели от невыплаканных слёз, но в них уже проступало упрямое, тихое принятие.

- А если я не хочу, чтобы смывало? - тихо спросила она. - Если я хочу помнить, что у меня когда‑то были мечты?

Дамиан замер на мгновение, будто эти слова ударили его куда‑то глубоко, туда, где он старался ничего не чувствовать. Потом медленно, очень медленно протянул руку и коснулся её волос - так легко, словно боялся спугнуть.

- Ты можешь помнить, - сказал он. - Никто не отнимает у тебя твоих мечтаний. Просто... сейчас мир устроен иначе. И я делаю всё, чтобы ты осталась жива. А это иногда значит - отказаться от вечеринок и девичников.

Мира опустила ресницы, пряча взгляд. В груди всё ещё ныло от тоски по тому, чего не будет, но где‑то в глубине шевелилось и другое чувство - усталое, но настоящее: она знала, что он не лжёт. Он действительно верил, что защищает её. Даже если его защита душила.

- Ладно, - выдохнула она, чуть склонив голову. - Я приму душ.

Он едва заметно кивнул, отступил на шаг, давая ей пространство, но не уходил - оставался рядом, как тень, которая не собирается исчезать.

- Можно мне халат?- тихо попросила она, кивнув на кресло, где лежал мягкий, тёплый халат. - А потом... потом мы пойдём пить какао. И смотреть фильм.

Дамиан кивнул, стараясь скрыть, как дрожат его пальцы, когда он снимал халат с вешалки и аккуратно накидывал его на её плечи. Он запахнул полы, завязал пояс - и на секунду задержал руки на её талии, будто хотел запомнить это ощущение: тепло, мягкость, доверие, которое она ему подарила.

- Готово, - пробормотал он, отступая на шаг, но не слишком далеко - ровно настолько, чтобы она чувствовала его рядом, но не чувствовала себя загнанной в угол.

Они вышли из спальни, и дверь тихо щёлкнула за их спинами, оставляя внутри всё невысказанное, всё тяжёлое - платье, мечты, сожаления. А впереди их ждали тёплый свет кухни, аромат какао и тихий вечер, который они могли прожить просто вдвоём.

Они прошли на кухню.Дамиан принялся готовить.Движения его были резкими, почти дёргаными, будто он пытался загнать внутрь ту бурю, которую разбудили её слова. Он поставил чайник, достал две чашки, насыпал в одну чай, в другую - какао, как она любила. Потом замер, глядя на эти чашки, и тихо выругался себе под нос.

«Я не умею делать её счастливой», - мелькнуло в его голове. «Я умею только защищать. И забирать».

Когда Мира подошла, волосы её были влажными, тёмными прядями липли к шее, а лицо стало чуть спокойнее, будто вода и правда забрала часть напряжения. Она остановилась, глядя на него, и впервые за вечер в её взгляде не было ни страха, ни ненависти - только тихая усталость и вопрос.

- Ты злишься? - спросила она.

Он резко мотнул головой, будто отгоняя эту мысль.

- Нет, - ответил твёрдо. - Я просто... думаю, как сделать так, чтобы тебе было легче.

Мира подошла ближе, остановилась в шаге от него, потом осторожно, будто проверяя, можно ли, положила ладонь ему на предплечье. Ткань рубашки была тёплой, под ней чувствовались напряжённые мышцы.

- Просто посиди со мной, - тихо сказала она. - Без планов, без «мы будем только мы». Просто... посиди.

Что‑то в нём дрогнуло. Он медленно выдохнул, снял с плиты чайник, налил чай и какао, подвинул к ней чашку с какао. Потом сел рядом, не слишком близко, но и не так далеко, чтобы между ними снова выросла стена.

Они пили молча. За окном темнело, город зажигал огни, а в этой маленькой кухне время будто замедлилось, позволяя им обоим перевести дыхание.

- Фильм? - наконец спросил Дамиан, кивнув на телевизор.

Мира слабо улыбнулась - впервые за вечер улыбка получилась не натянутой.

- Да, - сказала она. - Давай фильм.

И когда он включил что‑то лёгкое, с простыми шутками и предсказуемым сюжетом, она придвинулась чуть ближе, положила голову ему на плечо, и он, помедлив всего секунду, обнял её, укрывая от всего мира - от опасностей, от сожалений, от несбывшихся девичников и свадеб с толпой гостей.

На этот вечер этого было достаточно.

---------------------

★★
Мои заи , ну как вам глава, понравилась?

Если да, поставьте

ЗВЁЗДОЧКУ,

пожалуйста.
Мой телеграм‑канал - mialore 💋.Напишите в поисковике ТГ, и он вам найдёт.

вы мне 🌟 я вам главу)