ОДЕРЖИМОСТЬ 18+

Мира резко вскинула голову - в глазах сверкнула искра, будто в ней вдруг вспыхнула последняя капля сил. Она не шептала, не прятала голос: слова вылетели громко, хлестко, как удар.

- Ничего! Уходи! Я не хочу тебя видеть, не хочу слышать ни единого твоего слова! Уходи, Дамиан, просто уходи! Ты каждый раз делаешь мне больно - будто специально ищешь, куда ударить посильнее! Так я никогда тебя не полюблю. Никогда! - она почти выкрикнула это, а потом, будто сама испугавшись собственной смелости, рухнула на кровать и вжалась в неё, натянув одеялку до самого носа, словно хотела спрятаться даже от собственного эха.

В комнате повисла звенящая тишина. Мира дышала часто, прерывисто, пальцы впивались в ткань одеялки так, что побелели костяшки. Она зажмурилась, будто боялась, что если откроет глаза и увидит, что он всё ещё стоит там, то вся эта резкость рассыплется в пыль, и останется только слабость.

Дамиан застыл, будто слова ударили его физически. Он приоткрыл рот, словно хотел что‑то сказать, но тут же захлопнул - понял, что любые оправдания сейчас прозвучат как издевательство. Медленно, будто каждое движение давалось с трудом, он провёл ладонью по лицу, стирая с себя эту сцену, и, не глядя на Миру, развернулся.

Шаги по полу звучали глухо. Щёлкнул замок двери.

А Мира лежала, сжавшись в комок, и слушала, как затихает звук его шагов, как растворяется в тишине то, что ещё минуту назад казалось невыносимо громким. И только теперь, когда стало совсем тихо, плечи её дрогнули, и первое беззвучное рыдание прорвалось сквозь стиснутые зубы.

Ничего не сказав, Дамиан вытер лицо - будто стирал с него не влагу, а собственные эмоции, которые больше не мог держать под контролем. Он резко развернулся и пошёл к лестнице, тяжёлые шаги гулко отдавались в тишине квартиры. Оставляя Миру одну, он не оглянулся: боялся, что если увидит её снова - сломается.

Поднявшись, он щёлкнул замком двери - звук прозвучал неожиданно громко, словно ставил точку в только что разыгравшейся сцене. Дрожащими пальцами достал телефон из кармана, будто искал в нём опору, что-то привычное среди этого хаоса. Набрал номер Руслана.

Гудок. Ещё один. Сердце билось где-то в горле, мешая собраться с мыслями.

- Да, слушаю, - раздался в трубке спокойный, но тут же насторожившийся голос Руслана.

Дамиан сжал стакан с виски так, что побелели костяшки. Сделал резкий глоток - горькая жидкость обожгла горло, на секунду вернув ощущение реальности.

- Я еду в клуб, жду тебя, - выдавил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, будто всё под контролем.

Руслан помолчал - всего пару секунд, но в этой паузе уместилось столько невысказанных вопросов, что Дамиан почти физически ощутил его взгляд сквозь трубку.

- Что случилось? Ты же не появлялся там с тех пор, как Мира появилась, - в голосе друга сквозило не просто беспокойство - в нём была тревога человека, который слишком хорошо знал, на что способен Дамиан в моменты, когда земля уходит из-под ног.

Дамиан стиснул зубы. Хотел было отмахнуться, сказать что-то вроде «ничего, просто захотелось», но язык не повернулся. Вместо этого он снова приложился к стакану, будто алкоголь мог заглушить и слова, и чувства.

- Не спрашивай, - процедил он, глядя куда-то в пустоту перед собой. - Просто будь там. Мне нужно... чтобы рядом кто-то был. Даже если я буду молчать.

Руслан снова вздохнул - тихо, понимающе, без упрёка.

- Ладно, - сказал он наконец. - Буду. Но если ты снова попытаешься спрятаться за громкой музыкой и толпой - я тебя оттуда вытащу. Понял?

Дамиан криво усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья.

- Понял, - коротко бросил он и, не дожидаясь ответа, сунул телефон обратно в карман.

Он постоял ещё мгновение, прислушиваясь к тишине квартиры. Где-то внизу, в той комнате, всё ещё была Мира. Её слова снова зазвучали в голове, острые и безжалостные: «Ты делаешь мне больно всегда...»

Дамиан зажмурился, будто это могло помочь не слышать их. Потом резко тряхнул головой, допил остатки виски и направился к выходу. Дверь захлопнулась за ним с глухим стуком, отрезая прошлое от будущего - хотя бы на эту ночь.

В клубе было шумно - музыка накатывала волнами, пульсируя в груди, неоновые огни резали глаза, окрашивая всё вокруг в резкие, неестественные оттенки. В центре зала, в полумраке, разбавленном бордовым и синим светом, Дамиан стоял, будто застывший посреди этого хаоса. Руслан смотрел на него пристально, не отводя взгляда, - он знал друга слишком хорошо, чтобы поверить в показное спокойствие.

- Что случилось? Рассказывай давай, бро, - снова настойчиво повторил Руслан, чуть наклоняясь вперёд, чтобы перекрыть гул музыки.

Дамиан медленно поднял стакан с текилой, поднёс к губам, сделал ещё один глоток - короткий, резкий, будто пытался выжечь изнутри то, что жгло сильнее алкоголя.

- Никогда ещё не видел тебя с таким пламенем в глазах, - тихо добавил Руслан, кивая, будто сам с собой соглашаясь.

Дамиан усмехнулся - горько, без тени веселья. Его взгляд скользнул по толпе, по мелькающим силуэтам, но ничего не видел. Перед глазами стояло совсем другое.

- Я поступил ужасно с Мирой, - выдавил он, и эти слова прозвучали тяжелее любого признания. Он снова приложился к стакану, но на этот раз даже горечь не помогала.

В память хлынуло воспоминание - острый, как осколок, кадр: тот самый первый раз. Грубо, жестоко, долго. Он не слушал её крики, не замечал слёз, не хотел видеть страха в её глазах. Тогда ему казалось, что это единственный способ удержать её рядом, заставить остаться. Сейчас же эта мысль казалась чудовищной.

Он зажмурился, будто мог стереть эту картину, но она только становилась чётче.

- В первый раз я взял её грубо и жестоко, не щадя её невинное тело, отпивая виски - изнасиловал, против воли, несмотря на её боль.

- Каждый раз, когда я думаю об этом, мне хочется разбить что-нибудь, - прошептал он, скорее себе, чем Руслану. - Или исчезнуть. Чтобы никто не помнил, что я это сделал.

Руслан молча смотрел на него, и в его взгляде не было осуждения - только тяжёлое, горькое понимание. Он положил руку Дамиану на плечо, крепко, по-дружески, не давая ему снова уйти в себя.

- Ты не можешь стереть прошлое, - спокойно, но твёрдо произнёс он. - Но ты можешь с ним что-то сделать. Не прятаться в этом клубе, не глушить память алкоголем. А посмотреть ему в глаза. И попробовать всё исправить. Если она даст тебе такой шанс.

Дамиан открыл глаза и посмотрел на друга. В груди всё сжималось, а слова застревали где-то в горле.

- А если не даст? - тихо спросил он. - Если для неё всё уже кончено?

Руслан чуть сжал плечо, будто говоря: «Я здесь. Ты не один».

- Тогда ты хотя бы скажешь ей правду. Без оправданий. Без попыток всё перевернуть. Просто признаешь, что был не прав. Это тяжело, Дамиан. Но это единственный путь, чтобы не потерять себя окончательно.

Дамиан опустил стакан на стойку, пальцы всё ещё дрожали. Музыка продолжала греметь, толпа вокруг жила своей жизнью, но для него в этот момент весь мир сузился до этого разговора.

Он медленно кивнул, будто принимая не просто совет, а какое-то внутреннее решение.

- Ладно, - тихо сказал он. - Я попробую. Не сегодня, может быть, не завтра... но я должен попытаться.

Руслан слегка улыбнулся - не радостно, а с той особой теплотой, которая бывает, когда друг делает первый, самый трудный шаг.

- Вот и правильно, - кивнул он и пододвинул к Дамиану стакан воды. - А сейчас - давай без текилы. Тебе нужна ясная голова.

Дамиан взял воду, сделал глоток - на этот раз не обжигающий, а освежающий, будто смывающий с себя остатки той ночи, которую он так отчаянно пытался забыть. И впервые за долгое время почувствовал, что, возможно, ещё не всё потеряно.

-ты дал мне надежду рус- протянул Дамиан

- Я поехал домой- вставая со стула , алкоголь не сильно вдарил ему в голову.он умел контролировать ситуацию выпившим

- Давай бро,не натвори глупостей.- сказал Руслан

Дамиан сел в машину и минут пять просто сидел не включая двигатель,сидел и думал как действовать дальше...

недолго подумав повернул ключи машина завелась нажав пищаль газа помчался в свой особняк думая о той что сейчас спит в холодном грязном подвале зареванная сломанная его.

Дамиан мчался по ночному городу, и фары его машины выхватывали из темноты лишь обрывки улиц - размытые силуэты домов, мелькающие светофоры, редкие прохожие, застывшие у переходов. Он не замечал ничего, кроме пульсирующей мысли: «Она там. В подвале. Одна. Моя».

Шины взвизгнули на резком повороте, но он даже не сбавил скорость - будто пытался обогнать собственные воспоминания. Перед глазами вставали её слёзы, дрожащие пальцы, сжатые в кулаки, и эти слова: «Уходи... Ты делаешь мне больно...» Они впивались в сознание, как осколки стекла.

Когда особняк показался впереди - тёмный, угловатый, похожий на крепость, которую он когда‑то считал надёжной, - Дамиан резко затормозил у ворот. Двигатель ещё хрипло урчал, а он уже выпрыгнул из машины, не закрыв дверь.

Охранник у входа хотел что‑то сказать, но замер, увидев его взгляд.

- Не мешай, - бросил Дамиан, проходя мимо.

Он спускался по бетонным ступеням в подвал, и с каждым шагом воздух становился тяжелее, холоднее. Здесь пахло сыростью и страхом - и этот запах бил по нервам сильнее любого крика.

Дверь в камеру была заперта на тяжёлый замок. Дамиан на секунду замер, рука зависла над ключом. Он вдруг понял: открыть её - значит признать, что всё это было не «ради неё», не «чтобы защитить», а просто его эго, его власть, его боль, которую он переложил на неё.

С глухим щелчком замок поддался.

Мира спала, подтянув колени к груди, укутанная в то самое лёгкое одеяло, которое едва спасало от холода.

Дамиан шагнул внутрь, но остановился на полпути.сняв Обувь

- Мира... - его голос прозвучал непривычно тихо, очень тихо,почти шепотом.

Она не шевельнулась. Только чуть крепче прижала к себе одеяло, словно оно могло стать щитом.

- Дамиан?, - прошептала она, и в этом шёпоте было столько усталости, что у него сжалось сердце. - Зачем ты пришел?- также шепотом полусонным голосом.

Он шагнул ближе,ложась на один бок, зарывшись лицом в нежную шею,прижимая ее к себе за талию в объятия.

- Я не трону тебя, - наконец выдавил он. - Клянусь. Я... я просто полежим,так,спи маленькая.

Мира томно вздохнул, доверившись его голосу,аромат которого отдавал алкоголем,волна страха поднялась, ведь не понятно что он может сделать пьяным.

- Хорошо- прошептала она боясь разозлить его.

Дамиан сжал руки так, что ногти впились в ее талию. Ему хотелось кричать, разбить что‑нибудь, стереть из памяти все те моменты, когда он выбирал силу вместо нежности, контроль вместо доверия.

- Тогда позволь мне хотя бы начать с малого, - тихо сказал он, не сводя с неё глаз. - Позволь сделать тебе хорошо.

Она долго молчала, вглядываясь в его лицо, будто пытаясь найти там хоть крупицу правды. Потом осторожно кивнула закрыв глаза.

- Ты ведь не сделаешь опять это..?- со страхом в голосе спросила.

Дамиан отрицательно кивнул, не раздумывая.

- Не сделаю- переходя на ее лицо,нежно целуя щёчку,терясь об ее щеку.

большим пальцем он стер капельку слезинок.

- Тшш- поглаживая ее нежную кожу живота.

- Я боюсь...ты..ты пьян?-с испугом в голосе и не открывая глаз спросила тихо и аккуратно.

- Пьян - сказал он, стараясь не пугать ее.

Она медленно кивнула, всё ещё не доверяя ни ему, ни этому внезапному «Нежному обращению»

- Пьян тобой - тихо сказал он.- только если тобой, малыш.- переходя на губки что так голодно тянули его.

И на этот раз он не грубо поцеловал ее.

---------------------

★★
Мои заи , ну как вам глава, понравилась?

Если да, поставьте

ЗВЁЗДОЧКУ,

пожалуйста.
Мой телеграм‑канал - mialore 💋.Напишите в поисковике ТГ, и он вам найдёт.

вы мне 🌟 я вам главу)