Школьный сад🍃

┈─ ꕀ ─── ꕀ ─── ꕀ ─┈

17 мая🍃, четверг, 15:40

Сад цвёл. пионы Коко распустили первые бутоны, а кактус Инуя, вопреки всем законам природы, выпустил крошечный белый отросток.

Клуб садоводов, к удивлению всех, не развалился. Более того - после истории с Тайджу о них заговорила вся школа. Кто-то с уважением, кто-то с недоумением. Но никто больше не топтал грядки.

А ещё по школе поползли слухи о другом клубе.

Клубе фотографии.

Говорили, что капитан у них - новенькая. Что она странная. Что её фотографии - не просто картинки, а будто застывшее время. И что аппарат у неё старый, плёночный - щёлк, и готова красивая фотография.

Такемичи заинтересовался.

- Я посмотрю и вернусь, - сказал он, снимая перчатки. На скуле пластырь уже сняли - остался розовый шрам. - Вы тут без меня справитесь?

- Иди уже, - махнул рукой Чифую, поправляя подвязку у огурцов. - Всё равно ты сегодня только мешаешься.

- Иди-иди, - поддакнул Коко, сидя на корточках перед своими пионами с блокнотом, куда записывал стадии цветения. - Только осторожнее. У неё говорят взгляд тяжёлый.

Майки, который дремал на старом диване в углу теплицы, приоткрыл один глаз:

- Принеси печенья. Если у них там еда.

- У фотографов нет еды, - вздохнул Мицуя.

- Тогда принеси фотографию печенья.

Такемичи усмехнулся и вышел.

*---*

Клуб фотографии располагался в бывшем подсобном помещении на втором этаже - темноватом, пахнущем деревом и пыльцой. Дверь была приоткрыта, и оттуда доносился негромкий щелчок затвора.

Такемичи постучал.

- Войдите, - сказал голос - тихий, спокойный, с какой-то странной грустью.

Он зашёл.

Внутри царил полумрак. Шторы задёрнуты. На столе - старый фотоаппарат, лупа, кюветы с проявителем, верёвка с прищепками, на которой сушились чёрно-белые отпечатки. На стенах - другие снимки. Лица. Трава под дождём. Теннисный мяч в луже. И один портрет - размытый, почти неразличимый - огромной собаки.

За столом сидела девушка.

Белые, почти пепельные волосы до плеч. Тонкая, с острыми запястьями. Большие глаза цвета серой стали - без выражения, но внимательные.

На ней был длинный бежевый свитер и старые джинсы. И никакой косметики.

- Ты Такемичи, - сказала она, не спрашивая.

- Откуда ты... - он не договорил.

- Фотографы видят. Но не так, как все, - она чуть склонила голову. - Ты тот, кто собирает сломанных. И не чинит. Просто ставит рядом, чтоб были и грели тебя.

Такемичи замер.

Она щёлкнула фотоаппаратом - в его сторону, но чуть в сторону. Будто снимала не его, а воздух вокруг.

- Я Акане. Инуй Акане.

- Инуй... - повторил Такемичи, и вдруг в голове щёлкнуло. - Постой. В моём клубе есть Инуй. Он...

- Мой брат, - спокойно закончила Акане. - Младший. Хотя выглядит старше. Ему всегда было тяжело с людьми. А с цветами - легче. Спасибо, что взяли его. Он приходил домой и впервые за три года улыбался.

Она опустила камеру и посмотрела на Такемичи впервые по-настоящему.

- Я хотела снять твой клуб. Но не для газеты. Для себя. Вы красивые. Но не лицами - расположением. Если позволишь.

- Эм... - растерялся Такемичи. - Наверное, да. Только спроси у остальных.

- Уже спросила, - она кивнула на стопку бумаг на столе. - Чифую сказал «без разницы». Дракен сказал «платить будете?». Коко написал три страницы условий. Тайджу ничего не сказал - просто кивнул.

Такемичи моргнул.

- А Майки?

Акане чуть улыбнулась - первый раз за разговор. Улыбка вышла кривоватой, как будто мышцы отвыкли это делать.

- Майки сказал: «Только если на меня упадёт какой-нибудь свет». И съел моё печенье. Которое лежало для контрастности объекта.

Такемичи рассмеялся. Легко - и сразу поморщился - шрам на скуле ещё тянул.

- Ты похожа на брата, - сказал он. - Взглядом.

- Нет... Он - на меня. Только он молчит, а я фотографирую. Одно и то же, по сути.

Она встала, подошла к окну, раздвинула шторы. В комнату ворвался солнечный свет, и на полу вытянулась длинная, тёплая тень от подоконника.

- Завтра в четыре я приду в ваш сад, - сказала Акане. - С камерой. Не прогоняйте.

- Не прогоним, - ответил Такемичи. - У нас теперь всех берут. Даже тех, кто умеет только щёлкать.

Она снова поднесла камеру к глазу.

Щёлк.

На этот раз - прямо на него.

В полумраке, в луче солнца, с половинкой шрама на лице.

- Это будет хороший кадр, - сказала Акане, пряча аппарат.

Такемичи постоял ещё минуту, рассматривая фотографии на стенах. Потом махнул рукой и вышел.

В коридоре он достал телефон и написал в общий чат клуба садоводов:

Садоводы общий сбор:

10 участников, 1 в сети.

Такемучи!!:🟢

Всё хорошо. Клуб нормальный. Капитан - сестра Инуя. Придёт завтра снимать. Не пугайтесь. Майки, печенья у них нет, только проявляющая жидкость. Не пей.

15:58

(Через минуту пришло три сообщения.)

Белый:🟢

...

15:59

Майка:🟢

А на вкус как?

15:59

Коко:🟢

Пионы не фоткать в фас, только в профиль. У них лучший угол 35 градусов.

16:00

Такемичи убрал телефон и улыбнулся.

По дороге к теплице он подумал: интересно, что Акане увидела в своё объективе такого, чего не видит никто другой.

И почему от её «просто ставишь рядом, чтобы тебя грели» стало так тепло.

Пусть фотографирует.

В их клубе всем найдётся место.

Даже тем, кто застывает время.

┈─ ꕀ ─── ꕀ ─── ꕀ ─┈

18 мая🍃, пятница, 16:00

Акане пришла ровно в четыре.

Ни минутой раньше, ни минутой позже - просто открыла дверь теплицы бесшумно, как тень, и замерла на пороге. В руках - старый фотоаппарат на ремне, через плечо - потрёпанная сумка с объективами. На ногах - резиновые сапоги.

- Здравствуйте, - сказала она тихо.

Воздух в теплице был влажным и пахло помидорами.

- О, а это кто? - Дракен приподнялся на локтях. Он лежал на матрасе, который теперь официально считался «зоной Дракеа». - Ты новенькая? К нам вступать?

- Она фотограф, - объяснил Такемичи, вытирая руки о штаны. - Капитан клуба. Я вчера рассказывал.

- А, точно, - Дракен кивнул. - Та, у которой взгляд тяжёлый.

- Ничего не тяжёлый, - вдруг сказал Нахоя, поднимаясь с колен. Он полол грядку с морковью и весь вымазался в земле. - Нормальный взгляд. У нас Майки иногда смотрит - вот тот тяжёлый.

Майки, который сидел на перевёрнутом ящике и доедал третью пачку таяки, поднял голову:

- Я тяжёлый? - он как раз смотрел на Нахою большими детскими глазами. - Просто я голодный.

Акане поднесла камеру к глазу.

Щёлк.

- Ты не тяжелый, - сказала она, опуская аппарат. - Ты пустой внутри. Но не злой. Просто устал.

Майки перестал жевать.

В теплице стало тихо. Чифую замер с лейкой в руках. Коко выглянул из-за куста пионов.

- Она... - начал Коко, - она прямо в суть... это жутковато.

- Я не жуткая, - спокойно ответила Акане, перешагивая через шланг. - Я просто вижу. Можно, я пройду?

Такемичи кивнул.

Она двинулась вдоль грядок - медленно, почти бесшумно. Останавливалась. Смотрела. Иногда подносила камеру. Иногда нет.

- Твои пионы, - сказала она, останавливаясь напротив Коко. - Первый бутон раскроется через три дня. Утром. В восемь четырнадцать. Если хочешь красивый снимок - приходи с камерой.

Коко открыл рот.

- Откуда ты...

- Вижу.

Она пошла дальше.

У грядки с чесноком задержалась дольше.

- Здесь поливали неравномерно, - сказала она, не оборачиваясь. - Левый край пересушен. Правый залит. Тайджу?

Тайджу, который усердно выдёргивал сорняки, вздрогнул.

- А... да. Я стараюсь. Но не очень получается.

- Получится, - Акане наклонилась, провела пальцами по сухой земле. - Просто слушай растения. Они говорят. Не словами - цветом листьев. Как мои фотографии.

Тайджу посмотрел на неё - и вдруг его лицо смягчилось.

- Ты похожа на Инуя, - сказал он.

- Нееет... Он на меня..- ответила Акане, и в её голосе впервые проступило что-то тёплое. - Где он, кстати?

Инуй сидел в самом конце теплицы, на старом табурете, и молча пересаживал кактус в горшок побольше. Увидел сестру - и замер.

- Привет, - сказала Акане, подходя.

Инуй ничего не ответил. Просто подвинулся на табурете, освобождая место рядом.

Она села.

Какое-то время они молчали. Такемичи наблюдал издалека. Инуй смотрел в землю. Акане - на кактус.

- Хороший, - сказала она о растении. - Колючий снаружи, внутри мягкий. Как ты.

Инуй дёрнул щекой - то ли улыбнулся, то ли сдержал всхлип.

- Ты больше не дерёшься? - спросила Акане.

- Не дерусь, - тихо ответил Инуй.

- Ножи не носишь?

- Не ношу.

- Тогда можно, я останусь здесь на час? Поснимаю?

Инуй кивнул.

Акане встала, оглядела теплицу, потом посмотрела на Такемичи.

- У тебя хорошо здесь, - сказала она просто. - Не только из-за цветов. Из-за того, кто собирает вместе тех, кого остальные выбросили.

Такемичи почувствовал, как уши заолели.

- Я никого не собираю, - пробормотал он. - Они сами приходят.

- Именно, - сказала Акане. И щёлкнула затвором.

*---*

Через час она свернула аппарат.

- На сегодня хватит, - сказала она, убирая объектив в сумку. - Я обработаю плёнку и принесу отпечатки через пару дней. Не ждите шедевров - я не волшебник.

- Волшебник, - неожиданно сказал Нахоя, который до этого старательно делал вид, что его не интересует происходящее. - Ты про пионы угадала. И про Майки. И про полив. Это магия.

- Это внимательность, - ответила Акане. - Магия в другом. - Она посмотрела на Такемичи. - Магия - когда из банды убийц получается клуб по интересам. А вот это я не понимаю, как работает. Но хочу понять.

Она вышла.

В дверях столкнулась с Мицуей, который возвращался из кулинарного клуба с новой партией печенья.

- О, простите, - сказал Мицуя. - Вы кто?

- Сестра Инуя. Фотограф, - ответила Акане и, помедлив, взяла одно печенье. - Можно?

- Да, конечно...

- Спасибо. Я вижу, что ещё не попробовав оно вкусное. До свиданье, Такемичи.

Она ушла.

Мицуя застыл на пороге с открытым ртом.

- Она, - повернулся он к саду, - она... она читает печенье?

- Она читает людей, - вздохнул Такемичи. - И растения. И время.

┈─ ꕀ ─── ꕀ ─── ꕀ ─┈

20 мая🍃, воскресенье, 11:30

Акане пришла с отпечатками.

Разложила их на старом столе в теплице - аккуратно, как врач раскладывает инструменты. Чёрно-белые. Живые.

- Смотрите, - сказала она и отошла в сторону, сложив руки на груди. Ей явно было неловко, хотя лицо почти не изменилось - только кончики ушей порозовели.

Первым подошёл Дракен. Схватил верхний снимок и замер.

На фото был он. Лежит на матрасе, глаза прикрыты. Одна рука свисает вниз, в пальцах зажат секатор. Свет падает полосами - сквозь листья помидоров. И от этого кажется, что он не просто спит - а упал в какую-то тёплую, спасительную траву.

- Я... - Дракен сглотнул. - Я так себя не помню.

- Потому что ты никогда себя таким не видел, - ответила Акане. - Со стороны.

Дальше подошёл Коко. С опаской. Взял свою фотографию.

Он сидел на корточках перед пионами - и лицо у него было такое... открытое. Без защиты. Без холодной усмешки. Просто обычный парень...

- Эту можно мне? - спросил Коко севшим голосом.

- Все ваши, - кивнула Акане. - Я снимала для вас.

Майки долго рассматривал свой портрет. На снимке он сидел на подоконнике, но его лицо было в тени. Высвечены только пальцы - тонкие, длинные. И половина печенья в них.

- Меня не видно, - сказал Майки.

- Тебя никто не понимает и видят, - ответила Акане. - только некоторое видят тебя как личность.

Майки подумал, потом сунул фото в карман.

- Пойду, - сказал он и вышел из теплицы. Но на пороге остановился. Обернулся. - Спасибо, фотограф. Ты первая, кто не пытался заглянуть мне в душу.

Акане чуть кивнула.

- фотографий не врут... - сказала она тихо.

*---*

Инуй не взял свою фотографию.

Смотрел на неё долго. На снимке он держал кактус - обеими руками, как чашу. Глаза опущены. В сгибе локтя - тень от листа. Растерянный. Но какой-то... чистый.

- Оставлю здесь, - сказал он наконец. - В теплице.

- Хорошо, - согласилась Акане.

Она уже собралась уходить, когда её окликнул Тайджу.

Он стоял в углу, переминаясь с ноги на ногу, и мял в руках свою фотографию.

- Спасибо, - сказал он угрюмо, не глядя в глаза. - Тут я... нормальный.

- Ты и есть нормальный, - ответила Акане. - Просто забыл об этом.

Тайджу отвернулся к стене, и все сделали вид, что не заметили, как он вытер глаза рукавом.

*---*

Акане подошла к Такемичи в самую последнюю очередь.

Он всё это время стоял в стороне и не трогал отпечатки - ждал, пока другие разберут.

- А твоя - отдельно, - сказала Акане и достала из сумки один снимок.

Не чёрно-белый.

Цветной.

Такемичи взял его - и замер.

На фотографии был сад. Весь. Сверху. И люди в нём - крошечные, как муравьи. Чифую с лейкой. Коко над пионами. Инуй с кактусом. Тайджу в углу. Нахоя вытирает пот со лба. Дракен спит как всегда на диване. Мицуя собирающий овощи для еды. И Майки на подоконнике - только пятно золотых волос и тень.

А посередине - он сам. Такемичи. Сидит, и смотрит на цветок...нет, смотрит куда-то вверх - туда, где небо.

- Ты - центр, - сказала Акане. - Не потому, что ты главный. А потому, что всё держится на том, что ты просто... не уходишь. Даже когда можно.

Такемичи долго молчал.

Потом повесил фотографию на стену теплицы, поверх старого ржавого гвоздя.

- Спасибо, - сказал он. - Я повешу её здесь. Чтобы все видели.

Акане посмотрела на него долгим взглядом.

- Ты странный, - сказала она.

- Я знаю, - улыбнулся Такемичи.

- Это комплимент, - ответила Акане и вышла в солнечный свет, на ходу доставая из кармана печенье. Откусила. Ветер подхватил её пепельные волосы.

Инуй проводил её взглядом. И чуть улыбнулся - впервые за эту неделю.

*---*

Коко подошёл к стене, где висела цветная фотография, и долго её разглядывал.

- Она права, - сказал он наконец. - Мы все здесь... потому что ты ещё не ушёл.

- Не ушёл, - подтвердил Нахоя, вытирая лопатку.

- Никогда не уходи, - добавил Чифую, не оборачиваясь. Поливал огурцы.

Такемичи посмотрел на них, на сад, на теплицу, на уходящего фотографа. А потом на цветной снимок на стене - и почувствовал что-то тяжёлое, теплое в сердце.

- Не уйду, - сказал он тихо, так, чтобы никто не услышал.

И взялся за лейку.

┈─ ꕀ ─── ꕀ ─── ꕀ ─┈