Глава 16
Уже наступил вечер, когда Е Шаньшань вспомнил, что нужно бы выложить пост в Weibo.
Заметив, что на улице еще не совсем стемнело, и убедившись, что выглядит прилично, Е Шаньшань побежал к озеру и сделал теплое, дружелюбное фото с черным и белым лебедями.
Ему казалось, что рука при съемке не дрожала. И хотя освещение было немного странным, себя он видел отчетливо, поэтому быстро загрузил снимок и подписал: «Недавно мой агент сказал, что хочет, чтобы я делал записи в Weibo каждый день. Но я запомнил только то, что нужен один пост в день, поэтому со вторым немного припозднился. Прошу у всех прощения вместе с этими двумя лебедями-кликунами!»
Перечитав текст, чтобы убедиться в отсутствии опечаток, он нажал «опубликовать».
В итоге Е Шаньшань снова стал вирусным.
«Клуб любителей лиц», который и так был одержим его красотой, всё еще не мог прийти в себя после того селфи с жестом «виктория». Для сравнения, обычные мимокрокодилы уже почти забыли о Weibo Е Шаньшаня, переключившись на другие скандальные новости.
Однако, когда вышло это обновление, «фанаты лиц», которые начали было затихать, взорвались с новой силой.
- Мама, кажется, я только что видела ангела!
- Раз ты осмелился сфотографироваться с лебедями, то слабо выложить еще несколько фото? А? Слабо?!
- Это что, белый лебедь? Как вообще может существовать настолько красивый человек? Но даже если ты не человек, я тебя не брошу! Хозяин, море волнуется, быстро иди в мои объятия!
- Я думал, прошлое селфи было пиком красоты. Не ожидал, что настоящий пик поджидает меня здесь. Хозяин, хочу спросить: как, черт возьми, у тебя может не быть ни одного неудачного ракурса на все 360 градусов? Следующее фото будет еще лучше?
- Хозяин такой простодушный! [смех до слез] Но ты выложил всего одну фотографию, разве сердце твоего агента не обливается горькими слезами?
Чжэн Дун ждал несколько часов, прежде чем наконец увидел этот пост. Стоит ли радоваться, что Е Шаньшань вообще об этом не забыл? Он быстро сделал репост и прокомментировал: «Каждый день жду, когда молодой господин из семьи моего Хозяина соизволит выложить микро-блог. В итоге после первого поста - тишина. Это действительно удручает».
Будучи «золотым» агентом Youli Entertainment, Чжэн Дун в свое время вырастил кинодиву, чья слава не угасла до сих пор, так что у него самого была огромная база фанатов. В комментариях под его репостом начался настоящий хаос:
- Это новичок под крылом Дун-дуна? Не слишком ли это лицо прекрасно? Выводи его в свет, а!
- Раз Хозяин - артист моего Дун-гэ, чувствую, он скоро станет суперзвездой! Дун-гэ, скорее тащи его на ТВ!
- Я один это заметил? Что, черт возьми, значит «молодой господин из семьи моего Хозяина»? Дун-гэ, ты что, в штате прислуги у Хозяина числишься?
Через несколько минут Сюй Лоян тоже репостнул запись Е Шаньшаня со страницы Чжэн Дуна: «Шаньшань, я почти превратился в старое вяленое мясо, пока ждал, когда ты откроешь Weibo. Скорее, давай подпишемся друг на друга!»
В этот период Чжэн Дун отправил Сюй Лояна на съемки в глухомань. Трудности быта он еще мог вытерпеть, но невозможность зайти в интернет его просто душила. Пройдя с огромным трудом два километра, он наконец поймал сигнал. Он как раз собирался полистать ленту, чтобы узнать новости из мира смертных, когда увидел пост Чжэн Дуна.
На фото у края огромного озера стоял юноша в черной футболке с немного растрепанными волосами. У него была такая прекрасная улыбка, что люди невольно задерживали дыхание. Он стоял вплотную к паре лебедей, черному и белому, а ямочки в уголках его рта казались аккуратно выведенными самим Богом.
Сюй Лоян на несколько секунд впал в ступор, после чего немедленно кликнул на фото и сохранил его в альбом на телефоне. Все эти действия заняли мгновения, и он был уверен, что он далеко не единственный, кто так поступил.
На самом деле, исходя из десятилетнего опыта профессиональных селфи Сюй Лояна, фото Е Шаньшаня было сделано очень небрежно. Мало того что ракурс был выбран неудачно, так еще и оранжевый свет заходящего солнца падал так, что некоторые черты лица казались нечеткими.
Но именно такое селфи без всяких технических ухищрений заставило Сюй Лояна оцепенеть; он мог лишь сокрушаться, что «красивым людям законы не писаны». Он всегда был полностью покорен внешностью Е Шаньшаня, хотя и продолжал свято верить, что сам он - мужчина номер один во вселенной по красоте.
С одной стороны, он нажал «подписаться» на Е Шаньшаня, а с другой - пробормотал: «Я ведь натурал до мозга костей, а сердце почему-то предательски екнуло. Этот мир, помешанный на внешности, безнадежен...» Затем он набрал текст и нажал «репост».
Е Шаньшань действительно «зажег», но причина его популярности была своеобразной - всего лишь пара селфи и несколько минут нарезки из фильма. После нескольких дней беспрерывного пребывания в трендах нетзены обнаружили, что Е Шаньшаню больше нечего предложить, кроме как присылать по одной картинке в день.
Тогда истосковавшиеся фанаты пришли в Weibo Чжэн Дуна с сообщениями: «Может ли Дун-дун дать нашему Хозяину шанс показать личико? Реклама минералки тоже подойдет! Я клянусь посмотреть её тысячу раз и купить сотню коробок этой воды!»
Чжэн Дун хотел было ответить: «Я бы и сам снял тысячу реклам, но что я могу сделать?». Агенту было горько, но сказать он ничего не мог.
В августе Е Шаньшань валялся в домашнем кинотеатре с леденцом во рту и играл в приставку. В конце концов, у кого не бывает летних каникул? Пусть даже Великий Король Демонов Гун Юэ выделил ему всего три дня.
Но три дня - это тоже отпуск! Человек должен довольствоваться тем, что имеет, и всегда быть счастливым. Он, например, был очень доволен этими тремя днями. Пока можно играть в игры, он счастлив. Конечно, будь у него четыре дня выходных, он был бы еще счастливее!
Впрочем, это были лишь мечты.
Услышав звонок телефона, Е Шаньшань поставил игру на паузу. - Чжэн-гэ? Зачем ты мне звонишь, а? - Во рту у него был леденец, поэтому речь была немного невнятной.
- В смысле «зачем»? Я что, не могу позвонить тебе просто так? - Чжэн Дун чувствовал, что управляет не артистом, а «трудным ребенком». Если его однажды хватит удар, то точно из-за выходок Е Шаньшаня.
Е Шаньшань вынул леденец изо рта и рассмеялся: - Конечно... конечно, можешь. Я просто «невероятно польщен».
- ... - Разве идиомы можно так использовать? Чжэн Дун засомневался, но у него не было права ставить под сомнение слова «бога учебы», поэтому он решительно сменил тему. - Со мной связалась съемочная группа «Легенды о мечнике». Скоро премьера, и они начинают промо-тур. Хотят пригласить тебя на финальный этап рекламы. Я пока ничего не обещал, решил сначала спросить тебя, хочешь ли ты поехать.
- Уже премьера? - Е Шаньшань сел на диване, скрестив длинные ноги, и взъерошил волосы. - Время летит незаметно, когда ты поглощен учебой, - пробормотал он, а затем спросил: - Они назначили время?
- Да. Через пять дней, финальное шоу на ТВ... - Чжэн Дун внезапно спохватился: - Погоди, ты что, едешь? - Он понизил голос, словно боясь, что Е Шаньшань испугается и передумает.
Это было действительно нелегко! Он чувствовал, что наконец-то сделал первый шаг к своему «господству в шоу-бизнесе». От одной этой мысли ему хотелось плакать от счастья.
- Гун Юэ в это время всё равно не будет дома. Мне будет скучно одному, так что лучше поехать и набраться опыта. На самом деле он подумал: «Если я поеду работать, у меня будет повод не ходить на занятия и не решать тесты! Какая отличная идея, надо ловить шанс». Конечно, такую чистую правду Чжэн Дуну знать не обязательно.
Он хочет просто втихую хорошенько развлечься.
В ночь перед записью программы Е Шаньшань зашел в гардеробную, чтобы выбрать одежду на завтра. Увидев ровные ряды вешалок, бесконечные аксессуары и прочее, он замер на месте - выбрать что-то одно из этого множества было сложнее, чем решить контрольную по физике.
Однако отступать перед трудностями было не в стиле Е Шаньшаня. Обычно в таких случаях он искал Гун Юэ.
Поэтому Е Шаньшань мудро набрал номер Гун Юэ по видеосвязи. Он заранее прикинул время: у него сейчас ночь, значит, в Нью-Йорке должно быть утро. Он надеялся, что Гун Юэ не на совещании. Удача не должна его подвести... пусть богиня фортуны присмотрит за ним хотя бы десять минут!
К его удивлению, трубку взяли почти сразу. Е Шаньшань едва успел досчитать до девяти, как на экране появилось бесстрастное лицо Гун Юэ.
Е Шаньшань протянул руку и ткнул в экран. Убедившись, что это не иллюзия, он помахал рукой: - Доброе утро и спокойной ночи, гэ~ - Он протянул последнее слово, придвинулся ближе к камере и осторожно спросил: - Гэ, ты сейчас занят?
- Нет.
- Ну, тогда поможешь мне выбрать одежду? - Е Шаньшань почесал голову, нахмурившись. - Понимаешь, я завтра иду на шоу, но совершенно не знаю, что надеть.
- На то, где ты играешь Хозяина?
- Э? Гэ, ты его видел?
Гун Юэ подозрительно промолчал несколько секунд, прежде чем спокойно ответить: - Нет, слышал, как ты упоминал об этом.
Вроде бы и правда упоминал. - О, а я думал, ты втихаря посмотрел, ха-ха. - Е Шаньшань направил камеру на гардеробную, медленно обвел её и снова повернул на себя. - Как думаешь, что лучше?
Гун Юэ на одежду почти не смотрел. Его внимание от начала и до конца было приковано к Е Шаньшаню. - Белая рубашка посередине в первом и втором ряду слева, брюки, которые висят с самого края в третьем ряду, а из обуви возьми пару в коробке номер 52 во втором ряду справа. Это были модели из последней коллекции, которые он лично отобрал пару дней назад и отправил в Китай - так что он идеально замаскировал свою невнимательность к гардеробной в целом.
Следуя указаниям Гун Юэ, Е Шаньшань нашел рубашку, брюки и туфли. Он подумал, что его домашний Великий Король Демонов практически всемогущ!
Он поднял рубашку, чтобы рассмотреть её, и понял, что не помнит, когда она была куплена - её ни разу не надевали. Подумав, он отложил телефон в сторону и придвинулся к камере: - Я примерю эту рубашку, не вешай трубку. - Затем он поднял руки и начал расстегивать воротник.
В нью-йоркском офисе ассистент И и еще двое сотрудников замолчали, как только Гун Юэ подал им знак «пауза», когда раздался сигнал видеозвонка. Они не знали, кто звонит, но, судя по всему, этот человек спрашивал, занят Гун Юэ или нет. Выражение лица босса даже не дрогнуло, когда он ответил «нет».
Услышав это, ассистент И сразу понял, кто на другом конце провода. Он посмотрел на стопку документов, требующих обработки, и на плотный график в календаре, и почувствовал невероятное сомнение по поводу слова «не занят». Когда он услышал слова «белая рубашка» и «брюки», ассистент И растерялся еще больше - неужели его работодатель подбирает одежду для Е-шао? Из Нью-Йорка в Китай, через целый океан и разницу в десять часов - неужели это настолько интересно?
Действительно, отношения на расстоянии - это непросто.
Тем временем Гун Юэ пристально смотрел в экран.
На видео Е Шаньшань одну за другой расстегивал пуговицы на рубашке. Его голос доносился из динамика: - Гун Юэ, кстати говоря, я ведь первый раз буду на ТВ. Как думаешь, я буду нервничать, когда выйду? Ты будешь смотреть шоу? С одной стороны, хочется, чтобы ты посмотрел, а с другой - как-то неловко... Когда последняя пуговица была расстегнута, он парой движений скинул рубашку, обнажив светлую, нежную кожу и стройный, но вовсе не хрупкий торс.
Е Шаньшань повернулся и наклонился за белой рубашкой. Благодаря этому движению его тонкая талия и линия бедер предстали перед взором Гун Юэ во всей красе.
В этот момент взгляд Гун Юэ мгновенно потемнел.
Е Шаньшань же ничего странного не заметил. Он снял вещь с деревянных плечиков, накинул на плечи и начал застегивать пуговицы. При движении у него едва заметно проступили кубики пресса.
Надев рубашку, Е Шаньшань покрутился на месте. Внезапно он почувствовал, что ведет себя как какая-то «маленькая принцесса». От этой мысли он не выдержал и прыснул со смеху.
Отсмеявшись, он заметил, что Гун Юэ молчит. Е Шаньшань одернул одежду, чувствуя неловкость. - Как думаешь, хорошо смотрится? - Ох, почему сердце вдруг забилось быстрее? «Гун Юэ, ответь скорее! Ну как, хорошо или нет? Если промолчишь, я отключусь».
- Хорошо, - произнес Гун Юэ, чувствуя, что в горле пересохло. Он поднес стакан воды к губам и сделал глоток. - Оставляй эту, больше ничего менять не нужно.
Он был буквально ошеломлен его красотой.
От автора:
Шаньшань: Пить хочешь?
Гун Юэ: Угу.
Шаньшань: Сильно хочешь?
Гун Юэ: Угу.
Шаньшань: Ну, и что же ты хочешь выпить, чтобы утолить жажду?
Гун Юэ: Тебя.
Шаньшань: [остолбенел]