Гарри Поттер и книги из будущего. Книга 4

Когда кейси хотела спросить, кто же будет читать последнюю главу на сегодня-то неожиданно появилась вспышка. Вторая вспышка за день. Когда вспышка исчезла из неё, показалась женщина в длинном платье синих цветов, а так же у неё были каштановые волосы, собранные в красивую причёску.

- Леди Ровена, - сказала Кейси.

- Здравствуйте. Кейси, позвонишь мне прочитать главу книги. У меня сегодня чтение вечером, мне нужно рассчитаться, чтобы прочистить голос, - сказала леди Когтевран.

- Конечно.

Ровена так же, как и Хельга, просто одним взглядом создала себе кресло. После чего села в него и получила книгу.

- Глава 17. Четыре чемпиона.

Гарри сидел как громом поражённый. Он, верно, ослышался... Может, это сон... Но нет, кажется, явь. Преподаватели и ученики - все устремили на него изумлённые взгляды.

Никаких аплодисментов, только жужжание, как будто в зал залетел рой рассерженных пчёл. Кто-то встал, чтобы лучше рассмотреть приросшего к стулу Гарри.

Профессор МакГонагалл стремительно встала из-за стола, обойдя Людо Бэгмена, подошла к Дамблдору и что-то горячо прошептала ему. Директор школы нахмурился.

Гарри повернулся к Рону с Гермионой. Все гриффиндорцы глядели на него, разинув рты.

- Да, началось самое интересное представление, - фыркнул Поттер.

- Это не я бросил в Кубок своё имя, - растерянно проговорил Гарри. - Вы же знаете, это не я.

Рон с Гермионой ответили ему не менее растерянным взглядом.

Профессор Дамблдор за профессорским столом выпрямился и кивнул профессору МакГонагалл.

- Гарри Поттер, - сказал он, - подойдите, пожалуйста, сюда.

- Иди, - шепнула Гермиона, подтолкнув.

- Зачем? Если Гарри не бросал своё имя, то зачем ему идти? - спросила Марлин.

Гарри поднялся на ноги, запутался в полах мантии и, спотыкаясь, побрёл к преподавательскому столу. Слева и справа столы Гриффиндора и Пуффендуя. Какой долгий путь - шагать ещё и шагать! Жужжание становится громче, взоры всех сопровождают его, как лучи прожекторов. Минула целая вечность. И вот наконец он смотрит прямо в глаза Дамблдора, под взглядами всех сидящих за столом.

- Тебе в ту дверь, Гарри, - без улыбки произнёс директор.

Гарри двинулся вдоль стола. Прошёл мимо Хагрида, тот не подбодрил его, не подмигнул. Потрясён не меньше самого Гарри и смотрит, как все, - с недоумением. Гарри отворил дверь и очутился в небольшой комнате. На стенах портреты волшебниц и колдунов, напротив красивый камин, в котором, постреливая, пылает огонь.

Лица на портретах повернулись к Гарри. Сморщенная, как печёное яблоко, ведьма выскочила из рамы, впрыгнула в соседнюю к волшебнику с моржовыми усами и что-то зашептала ему на ухо.

Виктор Крам, Седрик Диггори и Флёр Делакур стояли у камина. На фоне яркого пламени их тёмные силуэты выглядели до странности внушительно. Крам, ссутулившись и о чём-то сосредоточенно думая, притулился к каминной полке. Седрик заложил руки за спину и глядел на огонь. Флёр Делакур, откинув назад волну белокурых волос, повернулась к Гарри.

- В чём дело? - спросила она. - Надо вернуться в зал?

Она, видно, подумала, что Гарри за ними послали судьи. Как же им объяснить, что случилось? Он молча стоял и смотрел на трёх чемпионов. Какие они все высокие, совсем взрослые!

- Бедняжка, - прошептала Лили.

Позади него послышался дробный стук шагов, и в комнату вбежал Людо Бэгмен.

- Невероятно! - воскликнул он, схватив руку Гарри. - Необычайное происшествие! Джентльмены... леди, - обратился он к чемпионам, таща Гарри к камину. - Позвольте представить вам, как бы удивительно ни звучало, четвёртого чемпиона, участника Турнира!

Виктор Крам расправил плечи, оглядел Гарри с головы до ног, и его хмурое лицо потемнело. Седрик вопросительно переводил взгляд с Бэгмена на Гарри, как будто ослышался. Что до Флёр, она взмахнула блестящей волной волос и с улыбкой промолвила:

- О-ля-ля! Очень весёлая шутка, мсье Бэгмен!

- Шутка! - Бэгмен ещё не пришёл в себя. - Да нет же! Какая шутка! Имя Гарри только что выскочило из Кубка.

- Хорошая шутка, - съязвил Гарри.

Крам чуть сдвинул густые брови. Седрик пребывал в вежливом недоумении. А Флёр нахмурилась.

- Это ошибка. - В голосе её звучало презрение. - Он не может соревноваться. Он ошшень маленький.

- Мне четырнадцать. Я на три года просто вас младше. Или сколько вам там было, не знаю, - сказал Гарри.

- Да, но случилось чудо. - Бэгмен потёр гладкий подбородок и улыбнулся Гарри. - Вы ведь знаете, возрастное ограничение наложили в этом году в целях безопасности. И раз его имя выскочило из Кубка... думаю, теперь уже ничего нельзя поделать... Противоречит правилам. Вы обязаны... А Гарри придётся приложить все усилия.

Дверь позади них опять отворилась. Вошли профессор Дамблдор, мистер Крауч, профессор Каркаров, мадам Максим, профессор МакГонагалл и профессор Снейп, в открытую дверь на какую-то секунду из зала ворвался гул возбуждённых голосов.

- Мадам Максим! - негодующе воскликнула Флёр. - Они говорят, что этот пти гарсон тоже примет участие.

- Это оскорбительно, - фыркнул Поттер.

Безмолвное изумление Гарри сменилось гневом. Маленький мальчик!

Мадам Максим выпрямилась во весь исполинский рост. Макушка красивой головы задела канделябр со свечами, обтянутый атласом внушительный бюст заколыхался.

- Дамблёдорр! Кес-кёсе? Что сие означает? - властно промолвила она.

- Я тоже хотел бы это знать! - поддержал французов профессор Каркаров. На лице его застыла каменная улыбка, синие глаза превратились в льдинки. - Два чемпиона от Хогвартса? Что-то не припомню, чтобы школа - хозяйка Турнира - когда-нибудь выставляла двух чемпионов. Может, я плохо знаком с правилами? - С его губ слетел ехидный смешок.

- Импоссибль. - Мадам Максим опустила огромную, унизанную прекрасными опалами руку на плечо Флёр. - 'Огва'гтс нельзя выставить двух чемпионов, это не есть сп'гаведливо.

- «Это не справедливо, это пи*@ец какая ху»*ая ситуация,» - подумал Гарри.

- Мы были уверены, Дамблдор, что запретная линия допустит к участию в конкурсе только учеников старших курсов. - Каменная улыбка не сходила с лица Каркарова. - Иначе мы привезли бы сюда куда больше претендентов.

- Каркаров, это всё проделки Поттера, - вкрадчиво произнёс Снейп, его чёрные глаза зло поблёскивали. - Вины Дамблдора нет в том, что Поттер нарушил правила Турнира. Этот негодный мальчишка с первого дня появления в школе только и делает, что нарушает правила.

- Северус! - воскликнули Лили и Эйлин.

- Благодарю, Северус, - отчеканил Дамблдор. Снейп умолк и отошёл в сторону, но глаза его продолжали метать злобные искры.

- Боишься?

- Нет, просто интересно наблюдать, что будет дальше.

Дамблдор проницательно взглянул на Гарри, тот не отвёл взгляда, пытаясь уловить выражение его глаз сквозь половинки очков.

- Это ты, Гарри, бросил в Кубок своё имя?

- Нет, - под прицелом всех взглядов ответил Гарри. Снейп ехидно хмыкнул, выразив недоверие части присутствующих.

- Может быть, ты просил кого-то из старших бросить в Кубок твоё имя?

- Нет, - твёрдо ответил Гарри.

- Он говорит неправда! - воскликнула мадам Максим.

Снейп тряхнул головой, и по лицу у него расползлась змеиная улыбка.

- Гарри не мог бы пересечь запретную линию, - вмешалась МакГонагалл, - даже если бы захотел. В этом нет никакого сомнения.

- Тогда, наверное, ошибся сам Дамблёдорр, - пожала плечами мадам Максим.

- Наверное, ошибся, - согласился Дамблдор.

- Дамблдор, вы же прекрасно знаете, что не ошиблись, - вспыхнула МакГонагалл. - Всё это глупости. Гарри не подходил к линии. Не обращался ни к кому из старших учеников. Дамблдор в этом уверен. Полагаю, этого объяснения достаточно! - И она смерила Снейпа презрительным взглядом.

- Мистер Крауч, мистер Бэгмен. - В голосе у Каркарова появились льстивые нотки. - Вы - наши беспристрастные судьи. И вы, конечно, согласны, что происшедшее противоречит правилам Турнира?

Бэгмен вытер носовым платком круглое мальчишеское лицо и глянул на Крауча. Тот стоял в тени, в нескольких шагах от камина. Полумрак старил его, делал похожим на призрака. Но заговорил Крауч обычным брюзгливым тоном.

- Мы должны строго следовать правилам. А в них написано чёрным по белому: тот, чьё имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в турнире.

- Ну, конечно! Барти знает правила как свои пять пальцев! - просиял Бэгмен и взглянул на протестующих гостей, как бы говоря: спор завершён.

- Я настаиваю на том, чтобы увеличить число моих подопечных, получивших доступ к Кубку огня. - Каркаров отбросил подобострастный тон, улыбка сползла, лицо злобно исказилось. - Зажгите его ещё раз. Все школы должны иметь равное число чемпионов. Это, Дамблдор, будет честно!

- Да пошёл он...

Ровена взмахнула рукой. После этого Сириуса никто не слышал.

- Поймите, Каркаров, это невозможно, - возразил Бэгмен. - Кубок огня погас, и его разожгут не раньше следующего Турнира.

- Которому мы объявим бойкот! - взорвался Каркаров. - После всех встреч, переговоров, компромиссов я ничего подобного не ожидал! И готов хоть сейчас бросить всё и уехать.

- Пустая угроза, Каркаров, - прохрипел голос у двери. - Ты не сможешь отозвать своего чемпиона. Как сказал Дамблдор, чемпионы связаны магическим контрактом. Хотят они или нет, им придётся участвовать в Турнире. Что, не согласен?

В комнату вошёл Грюм и, хромая, подошёл к огню. Каждый его шаг сопровождался стуком, издаваемым правой ногой.

- Согласен? - переспросил Каркаров. - Боюсь, я не совсем тебя понял, Грюм.

Каркаров держался высокомерно, показывая всем, что слова Грюма не достойны его внимания, но профессора выдали руки, судорожно сжавшиеся в кулаки.

- Неужели? - спокойно продолжал Грюм. - Тогда слушай. Всё очень просто. Кто-то опустил в Кубок имя Поттера, точно зная, что, выпади его имя, ему придётся участвовать в Турнире, пусть хоть небо обрушится.

- Значит, мсье успешно помог 'Огва'гтсу откусить от одного яблока два раза, - подытожила мадам Максим.

- Полностью с вами согласен, - кивнул Каркаров. - И я намерен подать протест в Министерство магии и Международную конфедерацию колдунов...

- Уж кому бы подавать протест, так это Гарри Поттеру, - прохрипел Грюм. - Но смешно сказать, я ещё и слова от него не слышал.

- Впервые я согласен с Ним. - Гарри знал о ком говорит.

- Ему чего делать п'готест! - топнула ножкой Флёр Делакур. - Палец пальцем не стукнул, и чемпион! Мы много месяц т'гудились, мечтали стать чемпион. Такая честь для всей школы. За тысяча галлеон многие готовы отдать их жизнь!

- А может, кто-то и хочет, чтобы Поттер отдал жизнь. - Грюм явно силился придать голосу мягкость.

- Я знаю пару людей, - сказал Гарри.

Дамблдор посмотрел на него нечитаемым взглядом.

После этих слов в комнате воцарилось гнетущее напряжение.

Не на шутку встревоженный, Людо Бэгмен, нервно переступив с ноги на ногу, прервал молчание:

- Грюм, старина, что вы такое говорите?!

- Как всем нам известно, Грюм считает утро пропащим, не раскрой он к обеду полдюжины заговоров. - Каркаров перешёл к прямым оскорблениям. - Ему всюду мерещится опасность. Небось и студентам то же внушает. Мягко говоря, странное свойство для преподавателя, который учит, как защищаться от Тёмных Искусств. Но вам, Дамблдор, конечно, виднее.

- Мне мерещится? - вновь захрипел Грюм. - Фантазия разыгралась? Да поймите, подложивший в Кубок имя Поттера обладает огромной волшебной силой!

- А доказательства, мсье? - Мадам Максим всплеснула ручищами.

- Маг сумел обмануть предмет, обладающий исключительными магическими свойствами. Только мощнейшее заклятие Конфундус могло заставить Кубок забыть, что в Турнире должны участвовать три школы. Ведь чтобы Кубку не из кого было выбирать, надо иметь в школе всего одного претендента. И скорее всего, имя Поттера подложили от некой четвёртой школы.

- Сдаётся мне, ты очень много об этом думал, - холодно заметил Каркаров. - Занятная гипотеза. А я тут недавно слыхал такую историю: ты вбил себе в голову, - ха-ха! - что один из подарков, которые ты получил в день рождения, - хитроумно замаскированное яйцо василиска. Ты его взял и разбил, а это оказались часы для автомобиля. Потому-то мы и не воспринимаем тебя всерьёз...

- Да, существуют люди, умеющие раздуть из мухи слона. - В голосе Грюма прозвучала угроза. - Работа у меня такая: разгадывать замыслы тёмных сил, Каркаров. Тебе бы следовало об этом помнить...

- Аластор! - предупреждающе остановил Грюма Дамблдор.

Гарри не понял было, к кому он обратился. Но мигом сообразил, вряд ли Грозный Глаз настоящее имя Грюма. Грюм прикусил язык, но с удовольствием поглядывал на залившегося краской Каркарова.

- Вот именно, его имя - Аластор Грюм.

- Нам неизвестно, как это могло произойти, - обратился Дамблдор к присутствующим. - Но иного выхода нет. Кубок выбрал двоих: Седрика и Гарри. И им ничего не остаётся...

- Но Дамблёдорр...

- Дорогая мадам Максим, а вам иной выход известен? Буду рад выслушать.

Но мадам Максим не проронила больше ни слова, она просто клокотала от гнева. И не только она. Снейм был готов лопнуть от ярости, Каркаров злился не меньше. Один только Бэгмен был охвачен радостным спортивным волнением.

- Ну что ж, - потёр он руки и улыбнулся. - Пора дать чемпионам соответствующие инструкции. Эта честь, Барти, представлена тебе. Не возражаешь?

- Гарри...

- Мама, со мной всё хорошо. Видишь? - Гарри подошёл к матери, чтобы успокоить.

- Да, да... Инструкции, - очнулся Крауч от своих мыслей. - Первый тур...

Он подошёл к камину. И Гарри подумал: глава министерского департамента тяжело болен. Вокруг глаз залегли глубокие тени. Тонкую, как папиросная бумага, кожу избороздили морщины. На Кубке мира он выглядел куда лучше.

- Первый тур проверит вашу смекалку, - принялся за объяснения Крауч. - Мы не посвящаем вас в то, какое испытание вам предстоит. Для волшебника крайне важно действовать смело и находчиво в неожиданных обстоятельствах. Первый тур состоится двадцать четвёртого ноября в присутствии зрителей и судейской бригады. Участникам Турнира воспрещается принимать от учителей хоть какую-то помощь. Единственное оружие чемпиона - волшебная палочка. По окончании первого тура вы получите инструкцию для второго. Учитывая затраты сил и времени для подготовки к Турниру, чемпионы освобождаются от годовых экзаменов. По-моему, это всё, Альбус? - повернулся Крауч к Дамблдору.

- Да, всё. - Директор Хогвартса взглянул на Крауча с лёгким беспокойством. - Может, Барти, вы переночуете в замке?

- Меня ждут дела в Министерстве. У нас сейчас непростые времена. Вместо меня остаётся молодой Уэзерби... большой энтузиаст... по правде говоря, даже слишком большой...

Многие фыркнули.

- Ну хотя бы выпейте на дорогу - предложил Дамблдор.

- Оставайтесь, Барти. Я вот остаюсь! - радостно возвестил Бэгмен. - В Хогвартсе сейчас куда интересней, чем в вашей конторе.

- Нет, Людо, не могу, - в обычной категорической манере отказался Крауч.

- Профессор Каркаров, мадам Максим, от рюмочки на ночь, надеюсь, не откажетесь?

Но мадам Максим уже опустила руку на плечо Флёр, и они быстро пошли к двери, что-то лопоча по-французски. Каркаров поманил Крама, и они, не сказав больше ни слова, тоже поспешили уйти.

- Гарри, Седрик, советую вам сейчас же идти к себе, - улыбнулся Дамблдор своим чемпионам. - Не сомневаюсь, и Гриффиндор, и Пуффендуй горят желанием отпраздновать ваш успех. Нельзя лишать друзей отличного предлога устроить шумное и весёлое столпотворение.

Гарри глянул на Седрика, тот кивнул, и оба двинулись к двери.

- « Да уж, сейчас начнётся настоящий пиз*"ц».

Большой зал опустел. Свечи в тыквах догорали, придавая их зигзагоподобным улыбкам мерцающий, жутковатый вид.

- Ну вот, Гарри, - Седрик слегка улыбнулся, - опять мы с тобой соперники!

- Опять, - только и мог сказать Гарри. В голове был кавардак, как будто там побывали грабители.

Вышли в холл. Вместо Кубка огня его освещали обычные факелы.

- Скажи, Гарри, как тебе удалось бросить своё имя в Кубок? - спросил Седрик.

- Я не бросал. - Гарри твёрдо посмотрел на Седрика. - Честное слово.

- Ну да, ладно... Пока, - махнул ему Седрик. «Конечно, он мне не верит», - подумал Гарри, глядя ему вслед.

- Никто не верит, - сказал Гарри.

Вместо того чтобы взбежать по мраморной лестнице, Седрик свернул и исчез в правой двери. Гарри постоял, послушал, как он сбегает по каменной лестнице вниз, и побрёл по мраморным ступеням к себе.

Неужели никто, кроме Гермионы и Рона, не поверит ему? Неужели все считают, что он сам опустил в Кубок пергамент? Как это можно! Соперники на три года старше, они уже почти совсем маги. Турниры очень опасны и проводятся перед сотнями зрителей. Да, он думал об этом, фантазировал, но в шутку, так... пустые мечты! Всерьёз никогда не представлял себя чемпионом...

Зато кто-то другой даже очень представлял. Вот и постарался. Зачем? Чтобы доставить ему удовольствие? Какое же тут удовольствие... Потешиться, выставить его дураком? Возможно... Но чтобы убить? Очередная навязчивая идея Грюма? Или чья-то злая шутка? А вдруг и вправду кто-то хочет его убить? Кто же это?

Долго думать не надо. Есть человек, который этого хочет. Давно хочет, с тех пор как ему минул год. Лорд Волан-де-Морт... Но как он мог бросить его имя в Кубок огня? Он ведь сейчас далеко, прячется в неведомых краях, один, слабый, немощный...

Правда, Гарри недавно приснился сон. В ту ночь, когда он утром проснулся от сильной боли в голове, где шрам...

Гарри не заметил, как очутился возле Полной Дамы. Ноги сами его донесли. Дама была не одна. Та самая старая ведьма, что прыгнула в раму к соседу в комнате с камином, сейчас уютно расположилась на холсте с Полной Дамой. Наверное, заскакивала во все картины на восьми этажах, пока добралась сюда. Обе дамы смотрели на Гарри с превеликим интересом.

- Так-так-так, - молвила Полная Дама. - Виолетта мне всё рассказала. Кого же избрали в школьные чемпионы?

- И эта тоже начинает.

- Чепуха, - буркнул Гарри.

- Какая ещё Чепуха? Ничего подобного! - возмутилась гостья.

- Нет, нет, Ви, это пароль, - успокоила её Полная Дама. И портрет повернулся на петлях, пустив Гарри в гостиную.

Жуткий рёв хлестнул Гарри по ушам, едва не свалив с ног. Десяток рук втащили в гостиную, где собрался весь Гриффиндор. От крика, свиста и аплодисментов у Гарри голова пошла кругом.

- Как ты это провернул? Почему не поделился с нами?! - завопил Фред. Он был и сердит, и потрясён до глубины души.

- А где же борода? Класс! - взревел Джордж.

- Но это не я, - истово произнёс Гарри. - Понятия не имею, кто это сделал.

- Пусть не я, главное - гриффиндорец! - кинулась ему на шею Анджелина.

- Ну хоть кто-то, - сказал Джеймс.

- Это пока.

- Постарайся, Гарри, взять реванш за прошлогоднее поражение! - воскликнула Кэти Белл, ещё один охотник из гриффиндорской команды.

- У нас тут столько еды, Гарри! Иди ешь!

- Не хочу, наелся на празднике.

Никто не верил, что он сыт и что он не бросал пергамента со своим именем в Кубок. Никто не замечал, что у героя нет настроения веселиться. Ли Джордан где-то раскопал гриффиндорское знамя и обмотал им Гарри наподобие мантии. Никак от них не вырвешься: «Гарри, выпей ещё пива, на тебе чипсы, арахис...», «Гарри, как тебе это удалось... как ты обманул запретную линию?»

- Как меня это бесило тогда, - фыркнул Поттер.

- Это не я, - снова и снова твердил Гарри. - Не знаю, как такое могло случиться!

Судя по лицам, говорить им что-то бесполезно.

- Я очень устал, - взмолился через полчаса Гарри. - Правда, Джордж, устал и хочу спать!

Ему так сейчас нужны Рон с Гермионой, единственные здравомыслящие люди. В гостиной их не было. Наконец Гарри удалось выскочить на площадку, и он тут же чуть не раздавил кого-то - на него налетели малютки Криви. Стряхнув с себя братьев, он, не помня себя, рванул наверх.

Слава богу, Рон в спальне один. Лежит на кровати одетый и смотрит вверх.

- Где ты был? - захлопнув дверь, спросил Гарри.

- Это ты? Привет, - сказал Рон, натянуто улыбнувшись.

- Что?.. - Лили прикрыла рот рукой, догадываясь, что произойдёт.

Гарри совсем забыл, что на нём всё ещё намотано гриффиндорское знамя, подарок Ли. Гарри стал спешно стягивать его, не тут-то было. А Рон лежал и безразлично смотрел на мучения друга. Кое-как справившись с полотнищем, Гарри швырнул знамя в угол.

- Поздравляю тебя, - сказал Рон.

- Поздравляешь? С чем? - глянул на него Гарри. Улыбка похожа на гримасу. Что-то с Роном не так!

- Да брось ты! Никто не мог переступить запретную линию. Даже Фред с Джорджем. Надел мантию-невидимку?

- Мантии-невидимке линию не обмануть.

- Понимаю. Будь это мантия, ты бы и меня прихватил. Мы ведь под ней вдвоём умещаемся. Значит, нашёл какой-то другой способ?

- Послушай, Рон. Я не подходил к Кубку. Кто-то другой бросил в него моё имя.

Брови у Рона поползли наверх.

- Зачем?

- Не знаю.

Не отвечать же: «Меня хотят убить». Глупо! Брови Рона чуть не слились с рыжими волосами.

- Не знаешь? Так я и поверил! Мне-то ты можешь сказать правду! Пусть тебе неприятно, чтобы все знали. Но все и так знают. Зачем же врать! Тебя никто не накажет за это. Подруга Полной Дамы, ну, знаешь, старушка Виолетта, всё нам рассказала. Дамблдор допустил тебя к участию. Тысяча галлеонов, плохо ли? Да ещё экзамены не сдавать.

- Но я не бросал в Кубок пергамента с моим именем! - начал злиться Гарри.

- Да ладно, - протянул Рон, точь-в-точь как Седрик, тем же скептическим тоном. - А ты, выходит, лгун. Кто утром сказал: «Я бы бросил имя ночью, чтобы никто не видел»? Я что, совсем дурак?!

- Как ты можешь?

- Ещё и друг называется, - фыркнул Сириус.

- Сейчас, во всяком случае, очень похож.

- Чего-чего? - без следа улыбки, вымученной или какой ещё, протянул Рон. - Тебе пора спать, Гарри. Завтра ведь рано вставать. Всякие там фотосъёмки...

- Мне так хотелось тебе тогда въехать, - сказал Поттер.

- И нам, - сказали Кейси и Джастин.

Он задёрнул на кровати полог. А Гарри как прирос к полу, глядя на бархатные бордовые занавески. За ними лежал друг, который ещё никогда не подозревал Гарри во лжи.

- Конец главы.

- Спасибо, леди Ровена за прочитанную главу.

- Не за что. Мне пора, у меня скоро начнётся чтение. Приятного вечера.

После этих слов леди исчезла.

- Хорошо, мы прочитали последнюю главу на сегодня. Давайте ужинать и расходиться.

Продолжение следует...