Поехали
Лера ещё что-то обсуждала с танцорами — кто-то спрашивал про даты репетиций, кто-то про общий чат.
Но вся эта суета уже постепенно превращалась просто в шум на фоне.
На улице становилось прохладнее.
После духоты студии это ощущалось почти идеально.
Анар стоял возле парковки и что-то эмоционально рассказывал Вильчинскому, размахивая руками так, будто снова судил импровизацию.
— Я тебе отвечаю, некоторые вообще не понимали, что делают, но выглядели ахуенно, — говорил он.
— Это типичное описание половины индустрии, — усмехнулся Вильчинский.
Паша рядом смеялся, листая телефон.
Лера уже пыталась организовать всех хоть как-то:
— Так, давайте быстрее решать, кто с кем едет, я хочу есть.
— Мудрые слова, — сразу сказал Анар.
Несколько человек начали расходиться к машинам.
Кто-то вызывал такси.
Кто-то уже прощался.
Адель стояла чуть в стороне, поправляя рукава худи, когда Паша вдруг ткнул её локтем:
— Ты с нами едешь.
— Это был не вопрос?
— Нет.
— Прекрасно.
Лера уже открывала машину, куда собирались садиться она, Паша, Соня, Карина и ещё пара танцоров.
— У нас вроде места заканчиваются, — сказала она, оглядывая всех.
— Тогда двадцать пятую забираем мы, — вдруг спокойно сказал Егор.
Адель автоматически подняла голову.
Он стоял возле второй машины, держа дверь открытой.
Рядом уже крутился Анар.
— Ооо, персональный трансфер пошёл, — моментально начал он.
— Замолчи и садись, — бросил Егор.
Вильчинский тихо заржал.
— Не, ну это уже сериал.
— Ты тоже садись давай, — сказал ему Егор.
Потом снова посмотрел на Адель.
Спокойно.
Будто вообще ничего особенного не происходило.
— Поехали с нами.
И сказал это так обычнo, что именно поэтому внутри у неё всё снова неприятно дёрнулось.
Адель пару секунд смотрела на него.
Потом всё-таки усмехнулась:
— Вы так людей в секты заманиваете?
— Только талантливых.— Анар, сядь назад, — спокойно сказал Егор.
Вильчинский рядом уже смеялся в голос:
— Брат, тебя выселили.
— Меня унижают.
Егор только закатил глаза:
— Вы можете хоть пять минут помолчать?
— Нет, — одновременно ответили Анар и Вильчинский.
Адель невольно усмехнулась.
И прежде чем успела нормально подумать, подошла к машине.
Егор открыл переднюю дверь.
— Прошу.
— Какой сервис.
— Мы стараемся.
Она фыркнула, но всё-таки села вперёд.
Внутри пахло кофе, дорогим парфюмом и чем-то ещё слишком спокойным для её сегодняшнего уровня нервов.
Спереди за рулём уже сидел водитель.
Сзади тут же завалились Анар и Вильчинский, продолжая спорить о каком-то танцоре с кастинга.
Дверь захлопнулась.
На секунду всё стало как-то слишком реально.
Адель машинально пристегнулась и отвернулась к окну.
А внутри мозг уже медленно начинал паниковать.
Потому что она только что села в машину к Егору Криду.
И почему-то это ощущалось намного опаснее, чем весь кастинг.
——
До кальянной они ехали минут двадцать.
Москва уже окончательно ушла в ночь — мокрый асфальт после вечернего дождя блестел от фонарей, машины тянулись длинными полосами света, а в салоне постепенно становилось всё спокойнее.
Анар с Вильчинским всё ещё спорили на заднем сиденье о том, кто сегодня был сильнее на импровизации.
— Я тебе говорю, двадцать второй был пиздец техничный.
— Да скучный он был! — сразу возражал Анар. — Красиво — да. Но без вайба вообще.
— У тебя всё "без вайба", если человек не кидает голову в пол.
— Потому что танец — это эмоция!
— Потому что ты драматичный.
Егор уже перестал слушать их где-то на середине спора.
Он одной рукой держал телефон, второй листал что-то в навигаторе.
Адель сидела рядом молча, уставившись в окно.
Но иногда всё равно ловила боковым зрением, что он периодически смотрит на неё.
Не внаглую.
Мельком.
Будто проверяет, не уснула ли она.
Когда машина наконец остановилась возле кальянной, возле входа уже стояла вторая машина Леры.
Паша первым вылез наружу и сразу потянулся:
— Всё. Я официально умер.
— Ты это говорил ещё после первой хорео, — сказала Лера, выходя следом.
— Потому что я умираю постепенно.
Карина уже смеялась рядом с Соней, пока Дава снимал что-то в сторис прямо у входа.
— Не снимай меня, — сразу сказала Адель, выходя из машины.
— Поздно, — довольно ответил Дава. — Ты уже lore этого кастинга.
— Господи...
— Это правда, — кивнул Паша.
Кальянная внутри была полутёмной и тёплой.
Тихо играла музыка, пахло табаком, мятой и едой.
И после душного зала атмосфера ощущалась почти нереально спокойной.
Все начали рассаживаться за длинным столом.
Лера села ближе к краю рядом с Пашей.
Соня и Карина сразу начали обсуждать кастинг.
Дава что-то рассказывал Вильчинскому.
Анар уже просил меню так, будто не ел неделю.
— Я сейчас закажу еды на сто тысяч, — заявил он.
— Ты потом опять половину не доешь, — сказал Егор.
— Это неважно.
Адель только тихо усмехнулась, садясь ближе к стене.
И почти сразу поняла, что напротив неё сел Егор.
Конечно.
Ну конечно.
Анар заметил это первым и моментально пнул Вильчинского локтем.
— Даже рассадка сама всё делает.
— Вы можете хотя бы пять минут помолчать? — спокойно спросил Егор.
— Нет, — одновременно ответили оба.
Паша уже смеялся рядом:
— Я клянусь, завтра весь тикток будет с теориями.
— Уже сегодня, — сказала Соня, листая телефон. — Тут уже эдиты делают.
— Чего?! — Адель резко подняла голову.
Карина развернула экран:
— Смотри.
Там уже была нарезка:
её импровизация,
взгляд Егора,
Анар, кричащий что-то на фоне,
и подпись:
«enemies to lovers energy»
Весь стол моментально заржал.
Адель закрыла лицо рукой:
— Я ненавижу интернет.
— А интернет любит тебя, — сказал Дава.
— К сожалению.
Егор в этот момент тихо усмехнулся, опуская взгляд в меню.
И почему-то именно это выбило её сильнее всего.
Потому что выглядел он сейчас не как "Егор Крид".
Просто как уставший парень после длинного дня, которому неожиданно весело в этой компании.
Лера наконец хлопнула ладонью по столу:
— Всё. Хватит обсуждать интернет. Сегодня все огромные молодцы.
— Особенно двадцать пятая, — лениво протянул Анар.
— Анар... — устало сказала Адель.
— Всё-всё, молчу.
Но улыбаться не перестал.
А Егор, сидя напротив, вдруг спокойно сказал:
— Он прав вообще-то.
И снова посмотрел прямо на неё.
———
прода на 8⭐️