7
Прослушав о географии чумных захоронений, я начала сомневаться в верности своего решения сбежать в Темнейшую академию, и это день только начался!
Следующей парой шла юриспруденция, и она рассматривала... лазейки в законах основных королевств материка! Насколько я поняла, предмет раньше был чем-то в духе «как быть темным и не попасть на костер», что в целом даже оправданно. Зато сейчас подразумевал обретение общей юридической грамотности формата «как наколоть законников государства N в части доходов, налогов и сборов, а также смертных казней».
После этого была еще пара совершенно потрясающих занятий, очень профильных для факультета некромантии. Про себя я обозначила их уроками по выбору и заточке штыковой лопаты для выкапывания гробов – очень интересно, но ничего не понятно. А главное, абсолютно не нужно одной затесавшейся в ряды темных магов целительнице.
Преподаватели предпочитали меня игнорировать. Наверное, большая часть просто не понимала, что со мной делать и как реагировать, а потому они читали лекции в привычном режиме, пока я набиралась впечатлений на галерке.
Последней парой значилась философия, от которой я уже не ждала ничего хорошего. Вела философию госпожа Пибол, крепкая старушка с такими ясными серыми глазами, что мне показалось, будто морщины и серебро в иссиня-черных волосах – нарисованные.
Помимо некромантов, в огромную аудиторию с рядами парт на разных уровнях набилось еще несколько факультетов, среди которых, к своей неожиданной радости, я увидела Чонгука. А вот он меня, к сожалению, не заметил. Впрочем, сложно что-то заметить, когда на тебе виснут близняшки.
– О, я смотрю, в наших рядах прибыло. Что это вы, милочка, забились под самый потолок? Спускайтесь, вон на первом ряду есть место.
Место действительно было – целый ряд! То ли такой интересный предмет, то ли такой интересный преподаватель. Мне ужасно не хотелось проверять, но несколько десятков студентов уже развернулись ко мне и рассматривали с откровенным любопытством. Подавившись фразой «Спасибо, мне и тут прекрасно», я с высоко поднятой головой пересела на парту в первом ряду.
– Прекрасно. Люблю, знаете ли, смотреть идеологическому противнику в глаза.
– Я вам не противник, – спокойно ответила я, выдержав взгляд.
– Так это пока, милочка, это пока, – с акульей улыбкой ответила госпожа Пибол.
Я почувствовала почти щемящую тоску по опекуну, которого не стеснялась послать в пешее эротическое путешествие, и мучительно пыталась подобрать какой-нибудь цензурный, но максимально колкий ответ. Впрочем, парировать мне в любом случае не удалось: сбоку послышалось какое-то движение.
– Чон? – Преподавательница вскинула идеально нарисованную черненую бровь.
Чонгук встал, и вместе с ним пришлось встать всему ряду после фразы «Кыш-кыш-кыш». С шумом, оттоптанными ногами и непечатными комментариями маг немаленьких габаритов протиснулся в проход, чтобы легко сбежать по ступеням и плюхнуться рядом со мной.
– Чон? – повторила госпожа Пибол, ожидая объяснений, и улыбка ее стала еще более хищной.
– Чувствую, лекция предстоит увлекательная, – не моргнув глазом заявил парень. – Дай, думаю, пересяду поближе, чтобы быть максимально причастным.
Пибол погрозила наманикюренным пальцем и с улыбкой произнесла:
– Ах, Чон, доиграетесь.
И начала лекцию. Удивительно, но говорила старушка бодро и увлекательно. Хотя, кажется, увлеклась тут только я – остальная аудитория мирно посапывала, и даже сидящий рядом Чонгук клевал носом.
Во всем остальном нормальном мире философия размышляла о бытие человека, его отношении к миру и взаимоотношениях с этим миром. Несложно догадаться, что в Темнейшей академии философия изучала все то же самое, но про темных магов. В моем блестящем герцогском образовании философия присутствовала, хотя я ее не очень любила. Много воды, полное отсутствие осязаемого результата. Но здесь философия внезапно стала для меня способом понять темных.
– Итак, давайте попробуем рассмотреть место темных в этом новом дивном мире. – Госпожа Пибол оскалилась. – Как вы думаете, каково наше место в мире?
Аудитория сонно молчала, я даже сомневалась, что кто-то услышал вопрос.
– Никак не думаете? – Она заломила бровь. – Думать студентам несвойственно? Манобан, ну, может, вы станете лучом света в нашем темном царстве?
– Вряд ли, – честно ответила я.
– Почему же? – прищурилась Пибол.
– Свое место я знаю, а место темных магов должны определять только темные маги, вы не находите?
– Ну светлые же определяли наши места многие века, вы не стесняйтесь, поделитесь.
Я проявила чудеса наблюдательности и спросила:
– А почему вы злитесь на меня?
– А почему нет? Ты светлая, и ты здесь. Я могу злиться на тебя и даже мелочно мстить.
Это была настолько очевидная агрессия, что я растерялась.
– Госпожа Пибол, – подал голос Чонгук. – Это не...
– Непрофессионально? – подсказала преподавательница с таким видом, будто сейчас кинется на нас.
– Негостеприимно, – закончил фразу Чонгук. – Мы все знаем, как нам жизненно необходим целитель. Если обмен учениками будет признан успешным, мы перестанем хоронить студентов.
Пибол пожевала губами, задумчиво глядя на меня. Справедливости ради, мне их философия нужна была как телеге пятое колесо, но перспектива вылететь из академии прямо под венец придавала рвения в учебе.
– Ладно, я готова дать тебе шанс, милочка. Один шанс! Который, я надеюсь, ты упустишь. – Пибол предвкушающе облизала губы, и сразу стало ясно, что даст она мне не шанс, а возможность феерически облажаться. – Сделаешь мне курсовую на тему сегодняшней лекции. Если она будет хотя бы удовлетворительной, я, так и быть, освобожу тебя от посещения моего предмета.
Чисто из любопытства хотелось спросить: «А что, если нет?» – но инстинкт самосохранения остановил. Была угроза нарваться на отработку по философии, а оставаться наедине с этой ласково скалящейся акулой у меня не было ни малейшего желания. Ну и потом, факультатив по философии – меня же засмеют в родной академии, когда узнают!
Если узнают, конечно.
Я тихонько вздохнула от этой мысли, и сидевший рядом Чонгук накрыл мою ладонь своей и приободряюще пожал. Я благодарно улыбнулась и продолжила слушать пространные рассуждения Пибол о высоких темных материях.
Только под конец пары я совершенно неожиданно поняла, что мы так и просидели, держась за руки. И когда поняла, мягко, но решительно высвободила руку. Чонгук хмыкнул, но никак не прокомментировал, а после окончания пары как ни в чем не бывало бодро предложил:
– В столовую? Приобщаться к социальной жизни академии?
Я кинула взгляд на часы, проверяя, сколько времени осталось до дежурства в лазарете.
– Да успеваешь ты, успеваешь, – прокомментировал Чонгук, заметив мой взгляд. – Лучше скажи, помощь с курсовой нужна?
– Ты так хорош в философии? – искренне изумилась я.
– А что тебя удивляет?
– Ну... – я подняла одну руку, сложив ладони чашечкой, – боевой маг, – подняла вторую, – философия, – покачала руками на манер весов.
– Я оскорблен в лучших чувствах, – с самым серьезным видом заявил темный маг. – Это ужасный стереотип бестолковых боевиков. Я такого от вас не ожидал, герцогиня!
– Серьезно? – спросила я с почти искренним любопытством.
– Нет, – фыркнул Чонгук, не в силах удержать суровую мину. – Но с курсовой действительно могу помочь. Пибол потеряла всю семью при беспорядках в Беллариуме и после этого сильно сдала в адекватности.
– Немудрено, – нахмурилась я.
– Не вздумай ее жалеть! – возмутился Чонгук. – Она изверг, садист и просто кошмарный маг-проклятийник. Так что насчет курсовой?
– Мм... – неопределенно протянула я, размышляя, чего компания Чонгука принесет больше – пользы или головной боли? Этикет благородных дам был для таких случаев прекрасен, им и воспользовалась: – Я подумаю над твоим предложением, спасибо.
– Как знаешь, – слегка разочарованно ответил маг, и мы наконец добрались до столовой.
* * *
Чонгук провел меня к линии раздачи, которая не порадовала ничем вкусненьким, и я, чувствуя себя столичной красоткой на жесткой диете, покидала на поднос что попало, лишь бы посытнее. Мне предстояло провести минимум два часа в лазарете, которые, по моему опыту, превратятся в лучшем случае в четыре, и требовалось набраться сил.
Размышляя над тем, как делать некромантские домашние задания с полным отсутствием темного дара, я и не заметила, за какой стол привел меня Чонгук. А привел он меня не к Дженни, которой, кстати, нигде не было видно, а к своим друзьям. В резко замолчавшей компании наличествовали уже знакомые мне близняшки, тощий бледный парень, жилистый некромант, с которым я сегодня ходила по занятиям, но имени которого решительно не знала или не помнила, лишний пустой стул непонятно для кого, а теперь еще и Чонгук с моей скромной персоной.
– Привет! – бодро поздоровался темный маг, плюхнув поднос на стол. – Знакомьтесь, Лалиса Манобан.
– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась я. Присутствующие меня изучали. – Я не кусаюсь, не надо так на меня смотреть.
– Конечно, ты не кусаешься, – подал голос бледный парень, – ты же не маг крови. Кстати, меня зовут Юнги.
Юнги широко улыбнулся, и я увидела клыки у парня.
– Как интересно, – задумчиво произнесла я, опускаясь на свое место и рассматривая клыкастика. – А зубы настоящие или накладные?
– Обижаешь, светлая. Все настоящее!
– Коренные? – деловито уточнила я.
– Э? Да... – растерялся Юнги.
– А они с рождения такие или под действием магии?
Парень немного завис, то ли пытаясь вспомнить, то ли не совсем понимая, с чего такая реакция.
– Магии, конечно, – ответил за него Чонгук. – У каждого темного мага есть э-э-э... некоторые отличительные особенности в силу своего дара.
– Кроме ведьм, – подала голос одна из близняшек.
– Кроме ведьм, – согласился Чонгук, – но ведьма и не маг.
– Значит, под действием магии... – задумчиво проговорила я, рассматривая Юнги.
– Гук, я ее боюсь, – честно заявил парень, отодвинувшись от меня, насколько хватало стола.
– Красивая девушка так заинтересованно на тебя смотрит, что в этом страшного? – не понял Чонгук.
– Это интерес некроманта к свежему трупу, а не женщины к мужчине!
– Лалиса, – вздохнул Чонгук, – скажи нашему другу, что ты ни о чем таком не думаешь. Не думаешь же?
– Ни о чем «таком» я не думаю, – согласилась я.
– А о чем ты думаешь, так внимательно меня рассматривая? – прищурился маг крови, и я в принципе понимала его тревогу, а потому не стала облегчать парню жизнь.
– Думаю, вот если выбить или, например, выдрать твои клыки, отрастит ли их магия снова? – честно ответила я, заставив всех присутствующих как-то подозрительно хрюкнуть.
– М-да-а-а-а... – протянул так и не представившийся некромант. – Девушка, а вы точно целительница?
– Однозначно, – подтвердила я, берясь за приборы.
– Темная целительница, – с уважением резюмировал некромант.